Но это все, как раз, не столь важно. Ошибка его заключается в том, что он не счел нужным как следует пройтись по мыслям и воспоминаниям юной княжны Нижегородской. Зачем? Эта самонадеянная дурочка, мнящая себя умной и хитрой, и так влюбилась в него по уши. А оказалось, что теперь из-за этого весь план, продуманный его мудрым отцом, королем Синестрии Гругрумом Шестнадцатым может провалиться.

И тогда… Тогда следующим на трон сядет не он, Кригор, а его младший брат. И станет Гругрумом Семнадцатым. Вот тоже идиотский обычай, который они позаимствовали у эльфов — каждый король после коронации меняет свое имя, данное при рождении, на имя основателя их династии, великого мага-некроманта Гругрума Первого'.

Кригор поднялся с кресла и заглянул в спальню, где на постели в неудобной позе, как-то странно изогнувшись, валялась (именно валялась, а не лежала) обнаженная Нижегородская княжна и пускала на подушку слюну.

«Еще часа три в таком состоянии пробудет, — оценил ее вид мужчина. — Потом придет в себя. Надо будет ей память подтереть. Но не всю. Воспоминания о том, как она ублажала меня на зависть самым последним шлюхам, пусть останется при ней. Послушнее будет, если и когда мне это понадобится», — криво усмехнулся он.

Маг развернулся и прошел в другую комнату. Там плечом к плечу стояли, прислонившись к стене, два крепких телохранителя княжны и пустыми глазами пялились в зашторенное окно. На появление Кригора они никак не отреагировали.

«А вот эти так и останутся навсегда овощами, — удовлетворенно кивнул он. — Не надо было пытаться связаться по коммутатору с отцом Веры. Пришлось им мозги в жидкую кашицу превратить и подвергнуть полному подчинению».

Тут маг почувствовал неприятный запах и, приглядевшись, увидел, что один из громил пустил под себя лужу.

— Вылижи языком пол, кукла! — жестко приказал он. — А потом шагайте оба в подвал. Прямо по коридору и налево вниз по лестнице! Там хоть все загадьте! Только не забывайте предварительно свои портки спускать!

'Уроды! — мужчина раздраженно развернулся на каблуках и возвратился к своему креслу в соседней комнате. — Убить бы их, но надо, чтобы валяющаяся сейчас без сознания в спальне девка доставила их живыми, пусть и невменяемыми, домой. Ему не нужно, чтобы Нижегородский князь начал расследование по факту их смерти. А так? Спятили телохранители его любимой дочурки. Почему? А кто его знает? Пускай его лекари разбираются. Вере он вложит в голову воспоминание, что она их такими обнаружила в машине, когда вернулась с вечеринки.

Между прочим, вчера, когда он привез ее и этих двоих обалдуев к себе, в арендованный им дом в элитном поселке по Рублевскому шоссе, она от смеха надрывалась, увидев, в кого он их одним взмахом руки превратил'.

— Так им и надо! — весело смеялась она. — Как же они мне надоели своим постоянным присутствием! Не телохранители, а настоящие надзиратели! Володя, ты гений! — и княжна прижалась к нему всем телом.

«М-да… Не повезло Нижнеуральскому князю с такой „родственницей“, а вот ему она оказалась очень полезной», — мужчина покрутил в пальцах лежащий перед ним на столе амулет.

Уникальная вещь. Позволяла его обладателю превратиться в того, чью кровь предварительно в имеющуюся в амулете полость закачивали. Благодаря этому артефакту Кригор и смог выдавать себя за Владимира Шебуршина. Сколько оборотней, пойманных для исследований в Мезинаре, пришлось замучить до смерти, пока не смогли разгадать, какие магические эманации, приобретенные оборотнями в результате мутации, позволяют им перекидываться в зверей! А потом еще и повторить их нужно было в этом амулете, да так, чтобы не в волка превратиться, а в того, чью кровь предварительно запечатывали в кристалле.

Единственное, чего добиться не удалось, так это безболезненности трансформации. Оборотни при превращении ничего не чувствуют, а Кригору, когда он надевал амулет и за несколько минут становился копией Шебуршина, приходилось терпеть адские муки.

Но все равно! Уникальный артефакт, соединивший в себе природную магию оборотней и запретную магию крови.

А все его отец, Гругрум Шестнадцатый! Пожалуй, по своим талантам не уступит и своему легендарному предку под номером «один». Да что там этот амулет? Это он, его отец, смог изготовить артефакты, пронизывающие пространство и открывающие порталы. Это он нашел этот мир — Землю.

Как же тогда они все были рады. Здесь они обнаружили изнеженных обитателей, никогда не знавших или забывших, что такое «война под белым флагом», то есть — до полного уничтожения.

Всего сотня магов-некромантов проникла тогда в город, который, как они потом узнали, назывался Париж, и уже через сутки миллионы его жителей превратились в армию жаждущей крови нежити. Попытавшиеся оказать сопротивление войска, как и местные слабосильные маги, были сметены, и они пошли дальше. Через считанные месяцы все соседние страны были опустошены, а в их мир — Синестрию отправились тысячи рабов и миллионы зомби. Всех брать с собой не стали — упокоили после того, как они выполнили свою задачу.

— Нам надо продолжать! — настаивали советники его отца, да и он, будучи в то время еще совсем молодым и недальновидным, разделял их мнение.

Но отец решил по-другому.

— Нет, — отрезал он. — Этот мир слишком ценен для нас. Пусть здесь слабое магическое поле, но технологии, которые мы обнаружили, позволят нам подняться на недосягаемую высоту. Теперь мы постараемся не уничтожать полностью местное население, а заставим подчиниться нам.

Увы… Несколько следующих попыток осуществить задуманное не принесли успеха. Слабые земляне на разных континентах сопротивлялись, пока их не убивали, или разбегались по горам, лесам и непроходимым джунглям.

— Всё! Хватит, — принял тогда решение Гругрум Шестнадцатый. — Открою вам нечто, что приведет вас всех в восторг. Эта Земля оказалась в сопряжении с Мезинарой, откуда шесть веков назад были вынуждены бежать наши предки! Так что у нас появился шанс захватить и ту, и другую. Но действовать нужно умно.

Умно, по мнению отца, означало следующее. На первых порах всячески ослаблять небольшими вторжениями Мезинару, а в это время постараться исподволь захватить власть на Земле.

— Легче всего управлять разумными тогда, когда они даже не подозревают, что их действия кто-то направляет из вне, — поучал он Кригора. — Нам просто нужно посадить своего ставленника на трон и из-за его спины править. Из тех земных стран, которые нам известны и которые мы еще не тронули, в наибольшей степени для этого подойдет Российская империя. Во-первых, там правит император, то есть нам нужно будет подчинить своей воле или заменить только одного человека, а во-вторых, повторюсь, мы, к счастью, это государство еще не уничтожили и даже не нанесли ему никакого урона. Еще лучше, если на трон там сядет кто-то из нас, — добавил он.

Достаточно быстро среди захваченных в рабство землян были отобраны те, кто выразил готовность служить своим хозяевам не за страх, а за совесть, и были засланы в Российскую империю в качестве шпионов с задачей информировать обо всем, что там происходит.

— Мы, поляки, ненавидим русских, мы сделаем все, что прикажете, — заявил самый активный из них.

Кстати, этот Станислав оказался очень полезен. За несколько лет он смог сделать потрясающую карьеру. И не где-нибудь, а в имперской службе безопасности. Именно от него и стало известно, что самый влиятельный из российских аристократов, князь Тверской, являющийся любовником вдовствующей императрицы, прочит в женихи наследнице престола некоего боярича Владимир Шебуршина.

— Ты должен стать Шебуршиным! — сообщил Кригору отец. — Не кривись! Шпионы доносят, что эта девчонка, их принцесса, весьма недурна собой. Женишься на ней, ментально обработаешь, и она будет тебе в рот смотреть. Здесь тебе другую жену найдем, более тебя достойную, ну а там придется потерпеть. Ты же понимаешь, что я не могу доверить такое дело никому другому? Только тебе или твоему младшему брату. Я выбрал тебя. Гордись!