Чем-то особым этот кусочек суши не был примечателен. Скалистый холм в центре, небольшой лес вокруг, каменистое побережье с небольшой бухточкой, к сожалению, неспособной вместить все корабли поредевшей флотилии, подводный, рифовый мыс, тянущийся к северу. Несмотря на то, что еще пара часов светового дня еще оставалась впереди, на ночевку было решено остановиться возле этой непримечательной земли. Изменившийся ветер, задувший с юго-запада, тоже оказался очень некстати, в плане дальнейшего продвижения.

На вершину местного холма сразу же отправились разведчики, надеясь наметить дальнейшую цель пути. Двигаться от острова к острову было весьма удобно и безопасно. Пускай во время продвижения вокруг флотилии иногда кружили какие-то морские твари, особо размерами они не выделялись и не проявляли лишней агрессивности, благодаря стараниям ведуний. Конечно, в родных водах подобные страхолюдины нагоняли на моряков страх, так как преспокойно могли разделаться с фотами. Но после всего увиденного, морской змей в десяток саженей уже не казался чем-то страшным или пугающим, да и угрожать каракке, по сути, не мог. Пара уцелевших фотов, чудом переживших прочие трудности пути, старались держаться между крупных кораблей и их чужое внимание тоже миновало.

К сожалению, сильно порадовать разведчики не смогли. Ничего похожего на очередной остров с холма разглядеть не удалось. Перспектива продолжения путешествия вслепую, естественно, никого не обрадовала, но иного выбора не оставалось. Каждый из капитанов старался держать свои команды в узде, не давая им слишком зацикливаться на этой пугающей мысли. Пару часов, оставшихся до отбоя, всех матросов на кораблях загрузили той или иной работой, лишь бы отвлечь от ненужных размышлений.

И это более чем сработало. Лейф весь вечер был занят в трюме, конопатил борта, хотя этим не так давно занимался кто-то другой, перебирал припасы, чтобы убедиться, что те в порядке, не отсырели и не гниют. Сытный ужин, над которым Мурио, как всегда, расстарался, послужил последним «ударом» еще сильнее разморив и в миг убаюкав уставшего парня. И не только его. Покачиваясь в гамаке, Лейф сквозь дрему с удовольствием отметил удивительную тишину в трюме – почти никто из его вахты не шумел, явно намереваясь хорошенько поспать.

Новый день встретил моряков далеко не так приветливо, как проводил прошедший. Еще до утреннего подъема на море поднялась качка и небо подзатянуло облаками. Вскоре поднявшийся промозглый, порывистый ветер то и дело приносил с собой легкую морось и мельчайшие соленые брызги. Не страшно, но все это не слишком располагало к веселью на кораблях. Отбытие от острова и вовсе затянулось, когда капитаны вновь решили собраться на суше и посовещаться. По всей видимости Вестгейр боялся повторить ошибку Рерика со слишком поспешным отплытием от Битры. Еще одного такого же шторма и всего, что за ним последовало, флотилия могла не пережить.

Море чуть успокоилось через пару часов, северный ветер сменился приемлемым северо- восточным. Лучшего сигнала к отплытию можно было и не ждать, особенно учитывая, что на острове не было открытого источника свежей воды. Каждый день простоя мог оказаться безумно важным. Уже через четверть часа, корабли один за другим начали сниматься с якорей и по одному отправляться дальше на запад. Правда замеченные через час пути чьи-то плавники среди морских бурунов, заставили флотилию вновь принять более плотное построение, оберегая друг друга.

Сегодня Лейфу отчасти повезло, с утра была его вахта. Дежурить на палубе, карабкаться по вантам, поднимать или опускать паруса по команде было куда приятнее, чем работать в темном трюме. А несколько человек туда сегодня уже отправили, в том числе и Дагфинна, к его сильнейшему неудовольствию. Недавно Ковалю пришлось вспомнить свою профессию, пока флотилия стояла то возле одного, то возле другого острова, парень занимался починкой тех или иных металлических частей не только на «Змее», но и на фотах, которые пострадали сильнее всего. Капитаны других каракк имели в своем составе кого-то умеющего работать с металлом и от помощи Веста отказались. Может быть боялись, что он подошлет Финна на их суда в качестве шпиона? Лейфу это казалось бессмысленным, но легкий разлад и напряжение меж капитанами становились все более очевидными даже для обычных матросов. Как бы не дошло до сражения…

Арнбьерн, стоявший у штурвала, скомандовал убавить парусов – ветер слишком разыгрался. Лейф, уже привычно подбежал к вантам, начал карабкаться наверх с легкостью и уверенностью, которым не мог не радоваться. «Как же все-таки здорово, что я так быстро освоился,» – довольно подумал парень, насвистывая под нос какую-то незамысловатую мелодию. Добравшись до марсов, он начал подниматься еще выше, у стеньги встретившись с Левшой – еще одним матросом из новеньких, набранных в Аульфтау. Тот тоже что-то напевал в полголоса. «Фальшивит,» – краем сознания отметил рыжий.

Поднявшись на нужный уровень, Лейф начал распускать парус, пробираясь вдоль брам-реи. Лишь в этот момент, он вдруг сообразил, что Левша неумело напевал тот же самый мотив, что и он. А мелодия эта была той самой, что Рудый иногда слышал по ночам. От неожиданности, парень чуть не сорвался вниз, в последний момент вцепившись в рею обеими руками.

Лейфу пришлось приложить немало усилие воли, чтобы выкинуть из головы и мелодию и ненужные сейчас переживания. Он на высоте больше чем в десяток саженей над палубой, сейчас не до размышлений! Впрочем, быстро собрав паруса, Рудый метнулся к мачте и на салинге – небольшой площадке, где вполне можно было стоять – перехватил Левшу. Тот все еще что-то напевал себе под нос.

— Не пой! — шикнул на него парень.

— Чего? — вздрогнул Левша – худощавый мужчина, с жиденькой бородкой на подбородке. — Ты о чем, Рудый?

— Сам не слышишь, чего под нос мурлычешь?

Мужчина нахмурился, открыл было рот, чтобы ругнуться, но тут вдруг сообразил, о чем говорит собеседник. Побледнев, Левша ухватился за мачту, чуть не сверзившись вниз, Лейф ухватил его за плечо.

— Авгрунн милостивая, я и не сообразил! Рудый, это ж все она! До сих пор за нами плывет, дурманит нас! Фрестарийка!

— Тише, — шикнул юноша. — Не вопи, прошу! Надо что-то… что ж делать то?

Лейф чувствовал, как от страха и волнения потеют ладони, которыми он вцепился в стеньгу. Левша выглядел не сильно лучше, негромко нашептывая молитву Авгрун, Скипу, Квельг, да и вообще перебирал Богов, будто обращался ко всем разом. Зачем-то даже Кригара помянул – Бога войны. Вот уж кто сейчас их точно не спасет!

Рыжий начал спускаться, дернув товарища за штанину, увлекая его за собой. Особого плана у парня не было, но ведь обдумывать стратегию и не его задача? Пускай Вигдис уже выслушивала Лейфа и еще пару страдавших от странных снов моряков, еще разок поговорить с ней не помешает. Оставалось надеяться, что в этот раз Пол Ведьмы воспримет рыжего достаточно серьезно.

Задерживаться на верхней палубе Лейф на долго не стал. Вообще-то он был на вахте отлучаться было бы нежелательно, но парень немного наловчился понимать, когда и каких команд стоит ожидать. Ветер на море усилился, но пока не на столько чтобы спускать марселя, для чего Рудому снова придется карабкаться наверх. А с работой на палубе справятся и без него, несколько минут свободы он мог себе позволить. Подгоняемый собственным нетерпением, юноша приоткрыл дверь, ведущую внутрь полуюта, к личным каютам верхушки. Перед тем, как скрыться внутри, он еще успел обратить внимание на Святошу – матроса, с которым Финн иногда играл в кости. Мужчина тоже насвистывал себе под нос что-то подозрительно знакомое.

Стараясь слишком не шуметь – рыжий все равно не мог отделаться от чувства, что не имел права отлучаться – он быстро добрался до нужной двери. Да так и застыл, услышав приглушенные голоса с той стороны. Один точно принадлежал Вигдис, второй, более низкий, хм… кажется, Вестгейру. Компания капитана могла оказаться весьма кстати, а могла и оборвать разговор, даже не дав ему начаться. Откуда ему знать, есть ли им сейчас дело, до обсуждения тревог и суеверий моряков? Но ведь не пустых тревог! Или все же…