Лейф, наблюдавший за всем с палубы, перегнулся через борт, с интересом разглядывая наползающее обратно полотно саргассов. Пускай это была не сухая земля, но подобной «суши» вполне хватало для каких-то мелких рачков и крабов, снующих среди насквозь сырых растений. Кое-где, среди сбившихся в колтуны водорослей, копошились какие-то склизкие пиявки или длинные личинки. Вид они имели весьма отталкивающий и мерзкий, так и хотелось разворошить колтун, передавив всех паразитов. Сплюнув за борт, рыжий отошел прочь. Его вахта недавно была закончена, со спокойной душой можно идти спать, но парень предпочел остаться наверху. Тут было куда интереснее, даже усталость пока что отступила. Да и в случае непредвиденной ситуации или опасности, Лейф не собирался стоять в стороне, намереваясь одним из первых броситься на помощь вахтенным.

— Вода здесь какая-то мутная, — хмуро заметил подошедший к другу Финн.

— Из-за водорослей наверно, — пожал плечами Лейф. — Но даже будь она чище – все равно не разглядишь, есть ли что-то в глубине.

— И не поспоришь, — вздохнул коваль и передернул плечами.

— Какой-то ты невеселый.

— Я? — чуть замялся Дагфинн. — Ну да, пожалуй. Да и чего веселиться?..

Рыжий снова пожал плечами. Друзья немного помолчали, наблюдая за проплывающим мимо полем саргассов. Финн будто порывался что-то спросить, но не делал этого. Лейф молчал, покачиваясь в такт качающемуся на волнах кораблю, ухватившись рукой за ванты.

Чужие возгласы привлекли внимание парней. За бортом что-то происходило, но, к счастью, вроде как не опасное. Один из матросов тыкал на что-то в воде и заинтересовавшиеся Лейф и Финн тоже поспешил к борту.

Взглянув на то, что привлекло внимание матроса, на секунду у рыжего мелькнула мысль о дельфинах, хотя почти сразу он ее откинул. Гибкие, змеевидные тела, осклизкие, без плавников и удлиненных морд, мало походили на тех добродушных водоплавающих, что сопровождали корабли вдоль старого континента. Среди саргассов шныряли твари ничуть не меньше дельфина в размере, являясь ничем иным, как подросшими пиявками, копошившимися в замеченных ранее колтунах из водорослей. Ударяясь боками о борт корабля, твари уверенно скользили в толще воды за ним, изредка пробуя мореное дерево на зуб, но зацепиться у них не получалось. И слава Богам! Только таких попутчиков «Змею» и не хватало.

— Надеюсь прыгать эти твари не умеют, — передернул плечами Лейф. — Представь, какого сейчас тем, кто сидит в фотах. У них-то борта куда ниже наших.

— Да уж, — поежился Финн.

— На водяных чертей с наших Болот похожи, — рядом раздался голос Нэрьи, незаметно подошедшей к парням. — Разве что у наших кожа на вид погрубее будет, обувь из нее шить можно. А эти мерзкие какие-то.

— Эти ваши черти, судя по всему, не лучше, — буркнул Дагфинн.

— Но зато привычнее.

Коваль что-то еще проворчал, глянул на друга исподлобья и отправился в сторону трюма.

— Чего это он? — удивилась Нэрья.

— Если бы я знал, — нехотя ответил Лейф.

— Хотела извиниться, если с утра была слишком грубой, — произнесла девушка, глядя на бурые водоросли за бортом. — Не слишком вежливо было с моей стороны огрызаться на тебя.

— Тоже извиняюсь, — на всякий случай ответил рыжий, понимая, что ходит по тонкому льду.

Обижать девушку, отвечая в каком-то напыщенно-пренебрежительном стиле он не хотел. Как и обойтись банальным: «Принимаю». Тогда бы это выглядело так, будто Нэрья и правда в чем-то перед ним виновата.

— Глупая ситуация. К тому же Бруни нас видел. А уж он то язык за зубами держать не будет.

Пиромантша скривилась, будто съела что-то кислое:

— Я надеюсь ты его россказням потакать не будешь. Быть девушкой на корабле посреди бескрайнего океана и так не слишком просто, даже если можешь за себя постоять. Не хватало мне еще глупых слухов.

— Да уж, мне, наверное, не понять. И часто к тебе на корабле пристают? — как бы невзначай поинтересовался парень.

— Не слишком, тень Вигдис за спиной защищает. Но и плаванье только началось.

— Не боишься?

— Мелочи это все. К тому же за себя я постоять смогу, так что не вздумай свою защиту предлагать, Рудый, — Нэрья предостерегающе сверкнула глазами. — Только слухи подстегнешь.

— И не думал, — фыркнул парень. — Может мы уже завтра ко дну пойдем, так что лучше сосредоточусь на том, чтобы этого не допустить.

— А справишься? — пироматша скептически глянула на собеседника.

— Сделаю все, что от меня зависит. В этом и смысл вроде? Мы же команда. Каждый делает свою работу полностью и может еще чуточку больше. Если не будет ошибаться и медлить, то все будет хорошо.

— Надеюсь…

Сквозь поле саргассов корабли, вытянувшиеся столь длинной цепочкой, что из ее начала невозможно было разглядеть конец, даже если забраться на мачту, двигались весь остаток дня. Когда уже казалось, что ночевать придется прямо здесь, в окружении бурых переплетений, густота водорослей пошла на убыль. Незадолго до этого переменившийся ветер тоже оказался кстати – еще до того, как солнце начало погружаться в океан, идущие ему навстречу корабли набрали скорость и выскочили на «большую воду».

В целом, не смотря на немного жуткую и гнетущую атмосферу саргассового поля, миновать его удалось без происшествий. Сновавшие в воде гигантские пиявки не могли повредить караккам. Попытавшись бросаться на фоты, они получили серьезный отпор и тоже отстали. Примерно тогда же Лейф узнал, что эти твари не гнушались каннибализмом – раненые после нападения на корабли пиявки, были с огромной скоростью и охотой растерзаны своими же товарками. Мерзкое и неприятно зрелище!

А еще, незадолго до того, как эскадра покинула поле, в отдалении мелькнули и другие жители этой необычной местности. Судя по всему, это были довольно мирные и травоядные существа, плохо различимые из-за расстояния. Лейф видел лишь их лоснящиеся, серые спины, когда животные выныривали из воды, расталкивая саргассы и загребая их своими широкими пастями.

— Океан только кажется пустым, — ворчал лысый Кнуд, покуривая трубку. Именно он нес вахту на юте, когда неведомые твари решили перекусить водорослями на виду у людей.

— Они не опасны? — ненадолго оторвавшись от штурвала Бруни.

Лейф, все же немного поспавший после вахты, ошивался рядом и тоже навострил ушил.

— Съёкиры – считай тюлени здоровенные или коровы, только плавающие. Рыбёшку вроде не едят, больно медлительны, зато водоросли жрут, может ещё что. Иногда их на севере Островов гарпунами бьют, ради ворвани.

— А мясо? — Лейф вспомнил, что про этих тварей ему вроде как доводилось слыхать.

— Дрянь пахучая. Сколько не вари – тухлятиной какой-то тянет.

— А если вдруг еда в море закончится? Совсем никак мясо их не приготовить?

— Голодный что ли? — усмехнулся Бруни, доворачивая штурвал, чтобы вновь занять место в рассыпавшемся строю.

— Не, просто на всякий случай, — пожал плечами Лейф.

— Проще змея какого-нибудь морского загарпунить, вот их мясо съедобное, — буркнул Кнуд. — Да и проще их найти будет, чем съекиров. Точнее они сами нас найдут. Может и щас на хвосте висит тварюга какая.

На кораблях с приближением ночи вновь начали зажигать фонари и спускать паруса. Последние фоты выскочили из саргассового поля, теперь занимая места в центре построения, окруженные каракками. Может в этом и не было смысла, ведь враг скрывался под водой, а не где-то за горизонтом, но люди хотели хотя бы психологического успокоения.

Сидя на баке, Лейф вглядывался в горизонт, размышляя о пережитом за день. Сегодня во время обеда Бруни с легкой гордостью заявил, что уж вот теперь то они точно вошли в число первооткрывателей. Западнее Хвальсэяра мало кто плавал, потому сейчас они плывут считай по неизведанным водам. Правда заработав затрещину от Мурио, ненадолго отвлекшегося от выдачи порций голодным матросам, здоровяк умолк:

— Чтобы стать первооткрывателями надо для начала вернуться. Иначе наши открытия так с нами и уйдут на дно, — проворчал худощавый восточник. — Не дели шкуру неубитого медведя, или как там у вас говорят?