К удивлению, Лейфа, многие ждали высадки на пустынном острове. Как оказалось, еще в Аульфтау Вест, как и капитаны многих других кораблей, намеревались на Хвальсэйяре еще разок постараться покрепче сплотить свои команды. Но это только звучало так торжественно и серьезно. На деле же всех ждала добрая попойка, последняя перед тем, как отправиться в воды, действительно не изученные никем из ныне живущих.

После прошлого раза, когда от торжественного вечера у кайзера Лейф толком ничего и не запомнил, он немного опасался подобных празднеств. Но в вахту, которая останется сторожить «Змей», парень попадать все равно не хотел. Много пить рыжий сам перед собой зарекся, но даже без выпивки на берегу явно будет веселее, чем на корабле.

К счастью, сойти на берег повезло и Лейфу и Финну. Парни не успели войти в число особо проштрафившихся, из которых и набрали ночную смену, да и, если честно, на корабле в основном оставались старожилы. Это был народ тертый, пускай по океану и не ходивший до этого, но им Вест доверял. Куда сильнее он желал еще хоть чуть-чуть сплотить остальную часть команды, которой не доставало опыта. А потому даже на перепивших у кайзера парней, Вестгейр взглянул сквозь пальцы.

Пока на мысу, поросшем кустарником и приземистыми, корявыми деревьями, кипела подготовка к вечеру, друзья под шумок улизнули из лагеря. Людей в бухте собралось очень много, а потому было не удивительно, что их команде пришлось располагаться на самом мысе. Но в целом так было даже лучше – до «Змея» рукой подать.

Чуть ли не впервые с начала путешествия, Лейф мог так близко взглянуть на чужие команды и корабли. Только теперь, когда вся эскадра собралась в небольшой бухте, набившись в нее, как сельди в бочку, парни увидели, как же много людей смог собрать под своими знаменами Рерик.

До адмирала юноши и не надеялись пробиться. Тот заседал, накрывая стол для своих людей, в центральной, самой укрепленной заставе. Впрочем, старый моряк занимался не только сплочением духа своей команды. Лейф видел, что за стены один за другим заходят капитаны, в том числе в толпе кажется мелькнула и светлая коса Вестгейра.

— Видно последнее совещание перед тем, как в океан выйти, — заметил Лейф.

— А смысл?

— Потом то, как дела обсудишь? Друг к другу на шлюпках добираться?

— Ну да, опасно как-то, — Финн задумчиво поскреб щетинистую щеку.

Не смотря на холодный и хмурый океан кругом, в бухте вода была довольно спокойной и даже не такой темной на вид. Волны если и докатывались до гавани, разбивались о борта многочисленных кораблей, ветер же и вовсе стих, так что ненадолго установилась вполне неплохая погода. Людям будто бы передался настрой окружающего их мира и вскоре по всему лагерю пускай и не началось еще основное празднество, но все чаще стал звучать смех, запылали костры, застучали друг о друга кружки и винные рога. Гулявших по лагерю парней, с интересом рассматривавших чужие корабли, несколько раз звали к огню, расспрашивали откуда они и на каком судне служат, угощали выпивкой. Вскоре Лейф понял, что стоявшие на якоре каракки и фоты он рассматривает в одиночку – Финн остался у одного из костров, а рыжий даже и не помнил у какого.

Уже собираясь возвращаться в лагерь, Лейф заметил расположившуюся чуть дальше группу людей. Кажется, это была команда фота или двух, вряд ли больше. На фоне остальных, уже начавших веселиться или по крайней мере пытавшихся приободриться алкоголем, эти выглядели довольно тихими, если не сказать мрачными. Из интереса Лейф подошел чуть ближе.

Судя по всему, главным в этой компашке был немолодой мужчина, с хмурым, украшенным оспинами лицом. Речей его парень не слышал, а при приближении Лейфа тот и вовсе замолк, и подозрительно глянул на нового слушателя:

— Чего тебе, салага?

— Да так, гуляю по лагерю, просто мимо проходил.

— Ну так и проходи дальше! — рыкнул мужчина.

Ему на плечо положил руку сидевший рядом парень, не многим старше самого Лейфа:

— Погоди, Дьярви, может паренек тоже не прочь от этой авантюры отказаться.

— О чем вы? — удивился рыжий, в принципе уже догадываясь, что за люди здесь собрались.

— Собираем тех, кто только сейчас осознал, в какое дерьмо мы все вляпались, — виновато улыбнулся молодой. — Дьярви капитан «Буйного ветра», я командую «Весенней грозой». Меня Моди Свейнсон звать. А ты из чьих будешь?

— С «Длинного змея» Вестгейра Морехода.

Дьярви неприязненно сплюнул и только фыркнул. Моди был более приветлив:

— В какой-то мере тебе повезло. За каракки твари возьмутся в последнюю очередь, а может, если Авгрунн милосердна будет, кто-то из вас даже вернется.

— А вы значит уже никуда плыть не собираетесь? — нахмурился Лейф.

— Как видишь. Здесь собрались люди из наших команд и немного из других, кто понял, что помирать еще не хочет. Мы, знаешь ли, считаем, что вся эта экспедиция – всего лишь изощренный способ самоубиться. Особенно на наших фотах дальше в океане делать нечего.

— Но зачем-то же вы за Рериком изначально пошли?

— Повелись на его и кайзеровские сладкие речи, — буркнул Дьярви.

— Скорее уж надеялись проскочить под прикрытием каракк, — поправил товарища Моди. — Но как видишь получается пока наоборот. Служить для вас прикрытием мы больше не желаем, так что останемся на Хвальсэйяре, немного переждем, пока океан, взбаламученный эскадрой, успокоится, и рванем назад на всех парусах. Будем идти даже ночью, стараясь как можно меньше работать веслами, чтобы шум не поднимать. Может и проскочим.

— Дело ваше, — пожал плечами Лейф. — Чего уж тогда тянули так долго? Я видел, что кое-кто и раньше поворачивал, не дожидаясь пока так далеко заберемся.

— Не умничай, парень, — фыркнул Дьярви. — Хочешь и дальше рисковать своей жизнью почем зря – валяй, топай к своему Весту. В пору менять ему прозвище на Утопленника или Корм для съярваров, как и для всей вашей команды, помяни мое слово!

Вспыхнув, Лейф рванул сакс из ножен, мало задумываясь, что делает. Те из моряков, кто сидел ближе к нему тоже подскочили, выхватывая свои ножи. От чего-то непоправимого парня уберегла цепкая рука и острый глаз боцмана, как оказалось тоже прогуливавшегося по лагерю.

— Ты чего тут устроил, паря? — рыкнул Кнуд, огладив густую бороду и состроив страшную рожу.

— У этого поганца язык совсем без костей, вздумал на Веста пасть разевать! — Лейф все еще был переполнен злостью.

— Сам-то полегче в выражениях будь, малец, — Дьярви поднялся на ноги.

Кнуд оценивающе осмотрел собеседника и ощерился, от чего вновь стало заметно, что у него не хватает пары или тройки зубов. В сочетании с длинным шрамом от левого виска, до правой скулы, вид у него стал совсем страшный и разбойничий:

— А, Дьярви Два Паруса… Под одним идет на юг, под другим тут же на север. По итогу стоит на месте. И разговор ведь отнюдь не про море. Не тебе моего племянника хаять.

Капитан фота недовольно засопел и буркнул:

— Вы все покойники, Паук, неужто не понимаешь?

— Оставь его, Дьярви, а ты, Кнуд, оставь нас, — из-под бровей бросил Моди. — Мы всего лишь хотим повернуть, пока это еще возможно. Вы бы тоже…

— Ваше право, — прервал собеседника боцман. — Пошли, парень. Ты вроде не для того в команду вступил, чтобы трусов всяких слушать? Не хватало еще, чтобы у тебя поджилки трястись начали. И нож свой убери-ка, если дойдет до Веста, что ты поножовщину устроил, угадай, кто тебе с десяток плетей всыплет?

Лейф не стал сопротивляться и, спрятав сакс, поспешил за боцманом. Против собственной воли он понял, что разговор с Дьярви и Моди все же поселил в его душе легкое сомнение. Удивительно даже для самого себя, парень решил поговорить об этом с Кнудом:

— А вы почему уверены, что мы живы останемся? Что за океаном хоть что-то есть? Потому что Вигдис что-то там чувствует?

— При чем здесь Пол Ведьмы? — фыркнул Паук. — Девка может и говорит с Богиней, да только мало ли, что она там слышит?

— Тогда почему?