Он захлебнулся воздухом, не сумев даже вскрикнуть.

Перед глазами всё распалось на белые вспышки.

А потом мир провалился.

***и вместо чёрного зала он вдруг увидел цветущую вишнёвую рощу. Лепестки медленно падали вниз, кружась в тёплом воздухе. Солнце мягко грело лицо. Он держал чью-то руку — тёплую, уверенную. Рядом была какая-то девушка. Её рука была такой нежной…

Дэмиену снились странные сны.

Он летел высоко над заснеженными горами.

Так высоко, что птицы оставались где-то далеко внизу. Холодный воздух резал грудь, ветер свистел в ушах, а под ним тянулись бесконечные белые пики.

Но страха не было.

Только восторг.

Сила.

Он чувствовал мир вокруг слишком отчётливо. Слышал треск льда где-то далеко внизу. Чувствовал движение воздуха под крыльями — огромными, тяжёлыми.

И ещё — сердце.

Быстро бьющееся.

Живое.

Добыча.

Где-то среди заснеженных склонов бежал олень. Красивый. Сильный. Его сердце билось часто и испуганно.

Дэмиен — или не совсем Дэмиен — сложил крылья.

И камнем сорвался вниз.

Ветер взвыл.

Мир размазался.

В последний момент вперёд рванули когти.

Мощные.

Черные.

Он подхватил оленя прямо на лету.

Тяжёлое тело дёрнулось в лапах.

И в груди вспыхнуло странное, дикое удовольствие.

Сон сменился резко.

Теперь вокруг был внутренний двор огромного замка.

Тёмный камень под ногами будто хранил тепло недр — гладкий, тяжёлый, почти живой. Башни вокруг поднимались высоко, уходя в серое небо острыми зубцами. На их вершинах что‑то блестело — чёрные стеклянные грани, вспыхивающие короткими искрами, когда ветер шевелил флаги.

Он стоял в центре двора. В руках — меч. Тяжёлый. Идеально знакомый.

Он двигался быстро.

Слишком быстро для человека.

Лезвие рассекало воздух, оставляя за собой огненные сполохи.

Удар.

Разворот.

Ещё удар.

Он чувствовал чужие взгляды.

И ему нравилось это.

Нравилось, что смотрят.

Нравилось, что восхищаются.

Он хотел, чтобы видели его движения.

Его силу.

Его мастерство.

И где-то внутри разливалось тёплое, опасное чувство превосходства.

А потом снова —

цветущая роща.

Лепестки кружились в воздухе.

Медленно падали вниз.

Тёплый ветер.

Тишина.

Он смотрел в небо и чувствовал в своей ладони чужую руку.

Мягкую.

Тёплую.

Такую знакомую, что внутри щемило.

Он повернул голову — и почти увидел лицо рядом.

Он очнулся на том же месте.

Пол был залит кровью. Его кровью.

Дэмиен с трудом приподнялся на локтях. Всё тело болело так, будто его пропустили через мясорубку. Рубашка промокла насквозь, руки дрожали. Он посмотрел на пол — тёмно-красные разводы, брызги на стенах.

Кристоф стоял рядом и спокойно снимал с него кулон. Лицо Наместника было абсолютно безэмоциональным, словно ничего особенного не произошло.

Дэмиен увидел несколько капель крови на белой рубашке Кристофа под расстёгнутым пиджаком.

В массивную дверь зала Уединения били с той стороны. Громко. Отчаянно.

Кристоф поправил галстук, подошёл к двери и открыл её одним движением.

На пороге стояли Лана — бледная, с горящими от ярости глазами, Влад с обнажённым стальным мечом в руках и Мистиен, готовая к бою.

— Что ж. Тотем открыт. Перед вами — Золотой Дракон, — спокойно произнёс Кристоф

Лана увидела Дэмиена, всего в крови, и её лицо исказилось.

— Что ты с ним сделал?! — почти выкрикнула она. Золотое сияние уже вспыхнуло у неё на ладонях.

Влад крепче сжал рукоять меча и шагнул вперёд.

Мистиен молниеносно сместилась вперёд. Одним движением удержала Лану за запястье, а сама вклинилась между Владом и Кристофом, преградив Владу дорогу.

Кристоф даже бровью не повёл.

— Ничего серьёзного. Просто исправил его… дефектность. Через пару лет он полностью освоит свои способности. Но в данный момент ради его безопасности я ограничил его магию.

Лана вырвалась из хватки Мистиен и бросилась к Дэмиену. Опустилась рядом, сразу положив светящиеся ладони ему на грудь. Тёплое золотое сияние начало вливаться в тело, убирая боль.

— Он весь в крови! Ты врёшь! Так тотемы не открывают!

Кристоф поправил манжету рубашки.

— Если у тебя есть претензии, сестра, к приказам нашего Наставника — можешь подать официальную жалобу. А теперь прошу прощения, мне нужно работать.

Он спокойно развернулся и пошёл к выходу.

Мистиен и Влад нехотя расступились, хотя оба смотрели на него так, будто готовы были разорвать.

Дэмиен сидел на полу, тяжело дыша. Он почти ничего не соображал. И совсем ничего не помнил. Только обрывки: холодная ладонь на голове, головокружение, а потом — вишнёвая роща, тёплое солнце и чья-то рука в его ладони…

Лана нежно провела пальцами по его волосам, продолжая лечить и пытаясь успокоить боль.

— Сейчас всё пройдёт, — тихо сказала она. — Потерпи немножко.

Дэмиен закрыл глаза, чувствуя, как тепло её магии разливается по телу.

И в этот момент ему показалось, что он действительно когда-то держал чью-то руку в той цветущей роще.

В лазарете острова был переполох.

Обычно здесь никто не задерживался.

Сломал руку на Арене?

Двадцать минут.

Пробило магическим осколком?

Час.

Даже серьёзные травмы давно стали для Ордена рутиной.

Но сейчас всё было иначе.

Дэмиен уже второй час лежал в отдельной палате, и главный целитель лазарета впервые в жизни выглядел по-настоящему растерянным. Его способностей уже не хватало, поэтому Дэмиеном лично занималась глава Ордена.

— Его опять вырвало, — тихо сказал он.

Лана сидела возле кровати.

На её ладонях мягко мерцало золотое свечение.

Дэмиен был бледный. Он был в полусознательном бреду.

Под глазами залегли тени.

На шее ещё оставался след от цепочки Кристофа. Словно ожог.

Парня снова скрутило.

Он резко отвернулся, закашлялся, и целитель мгновенно подставил металлический тазик.

Кровь.

Совсем немного.

Но кровь.

Влад грязно выругался:

— Да что этот ублюдок с ним сделал вообще?..

Лана не ответила сразу.

Она медленно провела ладонью над грудью Дэмиена, прислушиваясь к потокам его магии.

— Вот оно…

Главный целитель вопросительно посмотрел на неё. Лана продолжила:

— Наместник открыл тотем, а затем наложил на него искусственные ограничители.

Она на мгновение прикрыла глаза.

— Дракон сопротивляется. Каждый раз, когда магия пытается прорваться через печати, она рвёт собственные магические каналы. Отсюда и кровь.

Лана снова положила ладонь на грудь Дэмиена.

— Повреждения я залечу. Но сами ограничители трогать нельзя.

Мистиен стояла у окна, скрестив руки.

— Значит, он посадил нашего дракона в клетку, — холодно сказала она.

— В клетку?! — Влад резко повернулся. — Да он пацана чуть не угробил!

Лана молчала.

Золотое свечение текло из её рук в тело Дэмиена, медленно стабилизируя магию.

Дэмиен слабо застонал во сне.

Лана сразу наклонилась ближе.

— Тише… Всё хорошо.

Её голос стал неожиданно мягким.

Влад тяжело выдохнул и провёл рукой по лицу.

— Я всё равно ни хрена не понимаю. Если Повелитель хотел открыть тотем — почему просто не сделать это нормально?

Мистиен медленно посмотрела на него.