Водник развел руками.
— Много.
Каэлен вскочил и чуть не упал, запутавшись в одеяле. Он бросился в умывальню, а затем скорее начал переодеваться.
— Мы же опоздаем.
— Да ладно, не парься. Опоздаем так опоздаем, — пробубнил Игорь.
Земляной маг быстрым движением выхватил лишние книги из сумки, кинул их на стол и собрал нужное. Надев мантию, Каэлен схватил сумку и выскочил за дверь. Игорь последовал за ним. Дверь хлопнула. Черная книжка покачалась, словно в задумчивости, на краю и упала вниз, застряв между столом и стеной.
В Оранжерее было влажно. Где-то вдалеке монотонно шумела вода. Здесь выращивали даже самые капризные южные растения. В другое время Каэлен бы с упоением изучал каждый листок, но сейчас ему было решительно не до ботанических чудес. Юноше приходилось стоять и смотреть. Только смотреть, как другие используют дар. А ему пока нельзя практиковать. Совсем нельзя. Земляной маг выпрямился до хруста, приняв самый независимый вид. Вот только магия дергалась внутри. Или это его фамильная гордость? Занятия с куратором помогают. Юноша уже отлично всё контролирует. Даже почти привык к ощущениям. Ему скоро разрешат практиковать. Он уверен. Когда занятие закончилось, Каэлен с трудом сдержал облегченный выдох, развернулся и вышел на улицу первым. Он вдохнул промозглый морской воздух. После тепла Оранжереи холод приятно освежил его кожу и проветрил гудящую голову. Юноша неспешно пошел по тропинке к общежитию. Время до занятия с куратором ещё есть. На дорожке впереди появился наследник герцога. Он уверенно пошел к нему навстречу и остановился.
— Привет, Каэлен. Так тебя, вроде, зовут. А меня зовут Натаниэль. Рад знакомству.
Натаниэль протянул ему руку, приветливо улыбаясь. Каэлен, скрывая растерянность, посмотрел в его лицо, затем на руку. Что ему нужно? Почему он знакомится первым? Да ещё после тех событий? В любом случае не стоит его раздражать и нарушать приличия…
Юноша легко пожал руку Натаниэля и вежливым сухим тоном отчеканил:
— Рад знакомству, милорд. Да, я Каэлен.
— Можно не так официально. Просто Натаниэль. В Академии всё проще. Хотя, конечно, настоящая древняя кровь держится всегда вместе. Согласен со мной, Каэлен?
— Возможно, Натаниэль.
— Я собираю сегодня небольшой вечер в моих покоях. Заходи, Каэлен. Я очень буду тебя ждать.
— Благодарю за приглашение. Но мне надо учиться.
— Не прибедняйся, Каэлен. Ты ведь получил идеальное воспитание. Род л’Арианесов не ударил в грязь лицом, я уверен. Так что отказ не принимается. Тем более тебе это будет полезно. Разве ты не хочешь пообщаться с равным тебе кругом?
Каэлен заметался, хладнокровно держа снаружи аристократический фасад. Отказывать второй раз наследнику герцога было уже неприлично. К тому же… Разве не об этом он мечтал? Об общении с равными. Ведь л’Арианесы — действительно древняя кровь.
— Тогда я приму ваше приглашение, Натаниэль. До вечера.
— До вечера, Каэлен.
Натаниэль прошел мимо, а Каэлен медленно побрел дальше к общежитию. Наследник герцога был так любезен, так вежлив. В этом скрывается какой-то подвох? Или нет? Вечер для тех, кто древней крови… Вполне реальная причина для общения. Юноша вполне может гордиться своим родом. Они ничуть не хуже Честервинддов. Каэлену хотелось верить, что Натаниэль просто восхищён л’Арианесами. Ему безумно хотелось верить в это. К тому же Натаниэль так настаивал. Отказываться было уже неудобно. Он сходит. Не будет пить и есть там. Ничего не случится. Совершенно ничего. Всё же Каэлен ничего не сделал Натаниэлю. Да, он был рядом с Игорем тогда, при освобождении Леля, но водник сам справился. Земляной маг окончательно решил, что Натаниэль действительно просто собирает старую знать — и только. Он уже согласился, и опасности никакой нет, если сохранять осторожность.
Когда четверка поздних сидела в столовой за ужином, в их сторону направился Натаниэль.
— Чего ещё этот индюк прет? — пробурчал Игорь, сдвигая брови.
Натаниэль подошел прямо к их столу, остановившись со стороны Каэлена.
— Приятного аппетита, — вежливо улыбаясь, сообщил он. — Каэлен, я забыл сказать, что начало в восемь. Я живу в гостевом флигеле. Комната двадцать три. Буду ждать.
— Хорошо, Натаниэль. Я понял.
Натаниэль развернулся и ушел. Повисло тяжелое молчание. Каэлен всей кожей чувствовал, как остальные сверлят его взглядами. Он заставил себя выпрямить спину ещё сильнее и продолжил механически есть.
— Я не понял, — наконец прошипел Игорь, — когда ты успел закорешиться с герцогским щенком?
— Это просто вежливость, Игорь, — сухо ответил Каэлен.
— Вежливость? — ядовито усмехнулся водник. — И поэтому ты идешь к нему в гости? Что ты там забыл?
— Натаниэль пригласил меня на вечер для старой знати. В этом нет ничего предосудительного, — слегка пожал плечами Каэлен, в его голосе бессознательно проскользнула холодная надменность. — У меня древний род.
Игорь шумно фыркнул и откинулся на спинку стула.
— Старая знать, древний род. А мы для тебя отбросы, значит? Выбираешь сторону врага.
— Игорь, — укоризненно перебила Лиана.
Но сама она при этом рассматривала стол, избегая смотреть на Каэлена. Это ударило по нему сильнее любых слов. Внутри всё похолодело. Неужели она поверила, что он может считать их отбросами? Элеонора тоже молчала, опустив глаза в тарелку.
— Не передергивай, Игорь, — строго отчеканил Каэлен. — Натаниэль нам пока ничего плохого не сделал.
— Да он просто использует тебя, дурака! — зло выплюнул водник. — Ты совсем жизни не знаешь.
Каэлен приподнял бровь и смерил Игоря ледяным взглядом.
— Твои бандитские советы мне не нужны, Игорь. Позволь напомнить, что ты моих совсем не слушал. Натаниэль относится ко мне с уважением. В отличие от тебя.
— Да и пожалуйста. Вали к своему Натаниэлю! — Игорь вскочил, чуть не опрокинув стул. — Я вижу, что ошибся в тебе, ты такая же высокомерная сволочь, как и все. Хорошо скрывался!
Игорь резко выбежал из столовой. Он даже не доел. Каэлен бросил взгляд на девушек. Они молча смотрели в тарелки, слегка ковыряя еду. Ничего… Он сходит на этот вечер. Всего раз. А потом они поймут, что он не думает про них как про «отбросов». Юноша методично принялся уничтожать свою порцию. Поесть необходимо. Теперь, когда у него есть возможность, то не следует отказываться от еды. Хотя сейчас она никак не лезла.
— Ты уверен, что Натаниэль не задумал что-то? — раздался тихий голос Элеоноры.
— Я буду осторожен. Не буду пить и есть у него, — сдержанно ответил Каэлен. — Он ничего не сможет сделать.
— Ну, как минимум, Натаниэль уже сделал… — пробормотала Лиана. — Он разрушил нашу команду. Что-то мне не хочется есть. Я, пожалуй, пойду. Я хочу побыть одна…
Лиана встала и медленно направилась к выходу. Элеонора и Каэлен проводили её глазами.
— Надеюсь, ты понимаешь, что делаешь, Каэлен, — холодно произнесла Элеонора и продолжила есть, не обращая на него внимания.
Каэлен промолчал. В желудке образовался тяжелый комок. Он вроде ничего такого не сделал. Не собирался делать. Всего лишь пойти на встречу старой знати. Почему всё так получилось? Почему они разругались? А этот взгляд, который он поймал от Лианы напоследок. Там было… разочарование. Юноша начал жалеть, что согласился. Но теперь не было возможности отказаться. Слишком поздно. Только болезнь или смерть могла заставить его нарушить обещание. Ничего, он разок сходит на встречу. И хватит. Больше не согласится. Они наладят отношения заново. И Лиана не будет смотреть на него так...
Почти ровно в восемь Каэлен постучал в дверь комнаты двадцать три гостевого флигеля. На пороге появился сам наследник герцога.
— Каэлен, — приветливо улыбнулся он. — Очень рад тебя видеть.
Натаниэль распахнул дверь пошире, и земляной маг сделал пару шагов вперед. За спиной с громким глухим стуком захлопнулась массивная створка, и юношу пробрала мелкая дрожь. «Здесь нет ничего страшного», — мысленно подбодрил он себя, но не помогло. Каэлен всё равно ощущал себя не в своей тарелке. Юноша кинул быстрый взгляд по сторонам. Комната оказалась больше, чем его, раза в два. И это только гостиная, из неё вели ещё две двери. В полумраке, разгоняемом лишь светом нескольких настольных ламп и жарким огнем из темно-серого камина, рассредоточились старшекурсники. Каэлен насчитал навскидку человек десять, в основном парни, они лениво переговаривались, держа в руках напитки. В кожаном кресле сидела единственная девушка. Каэлен засмотрелся на её ярко-красные волосы. Он раньше не знал, что такой странный, неестественный цвет существует. Он перевел взгляд на её лицо, но тонкие черты складывались в такое отталкивающее выражение, что Каэлена внутренне передернуло. Натаниэль вдруг приобнял юношу за плечи и громко объявил:
