— Алла! Вас подвести?

Женщина тут же уставилась на меня, близоруко щурясь. Поколебалась пару секунд, а потом двинулась к моей машине. Я гостеприимно открыла ей дверь и поспешила закрыть окно. Волосы успели сильно намокнуть, и я затянула их в хвост. Гадалка грузно плюхнулась на сидение. Из-за косого ветра левая сторона ее одежды была настолько вымокшей, что хоть выжимай. Зато правая оставалась довольно сухой.

— Здравствуйте, — сказала я, проехав немного вперед.

Гадалка посмотрела на меня и тоже вежливо поздоровалась. По ее взгляду было понятно, что она меня не узнает. Я на это и не надеялась, у нее же куча клиентов, разве можно кого запомнить? Тем более я была у нее всего один раз.

— Я к вам приходила на сеанс, — сказала я, чтобы разрядить тишину. Все же нам вдвоем в пробке стоять.

— Надеюсь, я вам помогла, — улыбнулась Алла, поудобнее устраивая на коленях свои сумки.

— Более чем, — заверила я ее. — Вот, на новой машине езжу, как вы и сказали. Только подарили мне ее не родственники, а жених.

— Это уже карты начудили, я всего лишь по ним читаю.

Вот как. Понятно.

— Вам куда, кстати?

— Приреченская, 4. Вам по пути?

Я кивнула. Пробка потихоньку рассасывалась. Алла оказалась очень разговорчивой. Она рассказывала мне про то, как несколько раз попадала в аварию и как перенесла пять клинических смертей. А под конец добавила, что Ада как такого нет. Души грешников находятся в изоляции от всех, кто в Раю. Через маленькое окошко они смотрят на своих родных и близких, и сокрушаются от того, что не могут быть с ними рядом. От всего этого у меня мозги вскипели, однако слушать гадалку было очень интересно.

Выходя из машины, Алла вдруг спросила, пристально глядя мне в глаза:

— Ты хлеб то нашла, как я тебе говорила? Колосья поджигала?

На секунду я обалдела от резкой фамильярности и такого странного вопроса, но, вспомнив злую Машку, которая после меня тоже решила сходить к гадалке, а потом поминала Аллу всеми нехорошими словами, еле сдержалась, чтобы не засмеяться.

— Нет, это вы моей подруге говорили, — сказала я.

— Мда, не та уже память у меня, — гадалка задумчиво прищурила левый глаз.

Я улыбнулась, давая понять, что ничего страшного. Попутала и попутала. С кем не бывает.

— Что ж, спасибо, что подвезла. Счастливой семейной жизни, — добавила она, кивнув на мое кольцо.

— Спасибо, — ответила я, но дверь уже захлопнулась.

Посмотрев ей в след, я подумала вдруг о ее словах. А ведь правду нагадала, я с Антоном не сошлась, так Сашка объявился в роли второго воздыхателя, о котором я тогда еще не знала. Значит, не фигня все это. Хотя, Машке она черт знает что нагадала. Хлеб какой-то. Смешно.

Остаток пути до дома я проехала в жутком хохоте, вспоминая гадалку, злую Машку и хлебные колосья в поле.

Дома меня встретили с облегчением. Антон наконец-то меня дождался, Машка была рада избавиться от его общества, а Дракон получил свое долгожданное пиво.

Не дав мне переодеться, Антон сразу же потащил меня на балкон. Я отнекивалась как могла, — все еще были свежи воспоминания о непогоде. Однако, выйдя на балкон, я не увидела и следа от дождя.

— У вас что, ливня не было? — удивилась я.

Антон помотал головой.

— Он только в центре был, а ты живешь на окраине.

— Впервые рада, что живу у черта на рогах, — буркнула я, оглядывая наш балкон. — О, пицца!

На пластиковом столе стояли коробка с пиццей, пачка сигарет и две бутылки лимонада.

— Что за праздник? — спросила я, подглядывая в коробку.

— Да просто так, перекус на свежем воздухе, — отмахнулся Антон. — Только она уже сто раз остыть успела, пока ты ехала.

— Ничего, я не привередливая, — сказала я, взяв самый смачный кусок.

Антон потянулся за лимонадом и сделал пару глотков. Я бросила взгляд на его длинную шею и вдруг заметила, что на его странной татуировке появились новые цифры. Я подошла поближе, чтобы рассмотреть их.

— 28 и 15, — озвучила я. — Ты их от балды бьешь, или все же цифры что-то значат?

Антон поставил лимонад на стол и достал сигарету.

— Абсолютно ничего.

— Я так и думала, — сказала я, снимая ветровку. Мне вдруг стало жарковато.

— Ты ходишь по городу в пижаме? — спросил Антон, кивнув на футболку.

— Да нет, это Сашкина, — бросила я и вдруг вспомнила, что еще не отписалась ему, что приехала.

Не обращая внимания на недовольную гримасу Антона, я села за стол и стала читать сообщения. Большинство, конечно, были от Саши. Я коротко рассказала ему о пробке и о том, что подвозила знакомую. Мой деликатный жених даже не поинтересовался, что это за знакомая. Лишь спросил, не промокла ли я под дождем и нормально ли доехала.

— Может, уже вылезешь из телефона? Я же в нем не сижу, — выдыхая дым от сигареты сказал Антон.

— Не могу, Саша пишет.

— К черту Сашу! — громко сказал мой бывший и с невероятной скоростью выхватил телефон у меня из рук.

Я не успела дописать сообщение, в котором хотела попрощаться со своим женихом. Если Саша не получит от меня «спокойной ночи» текстом, то будет названивать, чтобы услышать эти слова. А сейчас это весьма нежелательно, так как сидящий рядом со мной человек мог учудить все, что угодно.

— Отдай, — серьезно сказала я, глядя в карие глаза.

Антон помотал головой.

— Не будь ребенком, — вздохнула я и протянула ладонь за телефоном.

Антон пристально смотрел на меня. Сигарета прогорала в его длинных пальцах. Еще немного и он обожжется.

— Я только напишу ему «спокойной ночи» и все, — заверила я его. — Потом я сразу выйду.

— Ладно, — кивнул Антон и протянул мне телефон.

Я сделала все как обещала. При этом я чувствовала себя какой-то заложницей, исполняющей приказы террориста. Положив телефон на стол, я свистнула у Антона из пачки сигарету и тоже закурила. Ночь была теплой и ласковой. Дул прохладный ветерок, донося до нас множество приятных запахов.

Внезапно Антон выкинул свою вторую по счету сигарету и зашел в дом. Я с удивлением посмотрела ему в след. Через минуту он вернулся, держа в руках плед и две диванные подушки. Аккуратно расстелив плед на полу балкона, Антон положил на него подушки и лег сам, похлопав рукой по свободному месту рядом с собой.

— Не, — помотала я головой. — Жестко.

Антон закатил глаза, привстал и, схватив меня за руку, утянул на сооруженную им кровать.

Мы лежали близко-близко друг другу. Я чувствовала запах его волос и слышала его дыхание.

— Почему мужчины дышат животом, а женщины грудью? — внезапно спросила я.

— Чего? — не понял Антон.

Он приподнялся на локте и непонимающе уставился на меня.

— Почему мужчины дышат животом, а женщины грудью? — переспросила я.

— Фу ты, — вырвалось у него после нескольких минут раздумья. — Отвык я от этих твоих вопросов невпопад.

Я хмыкнула. Отвык. Интересно, а я от его привычек тоже отвыкла?

— Ладно, забей, — обиженно бросила я.

— Да нет, — возразил Антон. — Мне кажется, это бред. Мы все одинаково дышим. Просто кажется, что по-разному. А так задействованы и грудь, и живот.

— Я не животом дышу.

— Тебе так кажется.

— А вот и нет!

— Отвечаю тебе.

— Нет!

— Да блин! — ругнулся Антон и стремительно положил свою ладонь мне на живот. — Вот видишь, я же чувствую, что у тебя живот шевелиться в такт дыханию.

Я, немного удивленная его действием, смотрела то на руку у меня на животе, то на лицо ее обладателя. Антон тоже затих, проигрывая в голове произошедшее.

— Думаю, лучше нам не доходить до такого, — сказала я притворно весело, снимая его руку с себя.

— Но мы же ничего такого не делаем, — тут же нашелся Антон.

Я вновь удивленно посмотрела на него. Он заерзал на тонком пледе, придвинулся ко мне, слегка приобнял и положил мою голову к себе на грудь. Я замерла. Почти не дышала. Ждала, что будет дальше.

— Просто два человека, которые хорошо знают друг друга, собрались и решили полежать на продуваемом всеми ветрами балконе. Только сегодня и только сейчас. Им это надо. Они немного запутались и устали. Эти два человека просто лежат на балконе, верные своим половинкам. Просто лежат и смотрят на… Хотел сказать на звезды, но не стану врать. Потому что звездей нифига не видно! Только пол соседского балкона или потолок твоего балкона, я не знаю, — Антон вдруг засмеялся, искренне и жутко заразительно, как в былые времена. Мне не хватало этого звука. Очень сильно не хватало.