Сбежав от хозяина, Виталис первым делом решил наведаться к своему тайнику, чтобы взять самодельное ружьё по старому, уже потрёпанному чертежу. Его схрон, как он думал, был в надёжном месте — в обветшалом здании, резиденции мага. Как он узнал по слухам, тот погиб четыре года назад на войне фракций. Старый особняк давно бы снесли, если бы не завещание мага — отдать имущество своему племяннику.

Племянник жил в другом городе — так, по крайней мере, понял Виталис. Особняк был ему и даром не нужен. Бюрократия с передачей имущества или продажей была слишком муторной, вот так особняк и стал бесхозной постройкой. А в подвале этого дома блемий, который нигде не числился, сделал свой схрон.

Обойдя особняк окольными путями, он пробрался через чердак внутрь, как делал это уже много раз, — по дереву, без шума и сторонних наблюдателей. Подойдя уже вплотную к спуску в подвал, Виталис стал слышать странные голоса из комнаты по соседству с лестницей вниз. Испугавшись до дрожи в коленках, Виталис спрятался под лестницей, а голоса всё не унимались, обсуждая явно что‑то важное. Да такое, от чего по спине блемия пробежали мурашки.

— Господин, — с почтением спрашивал пожилой мужчина с басистым, но очень тихим голосом, — мы дождёмся арены и тогда начнём, или заранее попробовать?..

Говорили они на не очень понятную тему — в тот момент он так и не понял, о чём речь.

— Ты слишком не дёргайся, Адам, мне из‑за тебя проблемы не нужны, — сказал уже не старый голос, но в нём было что‑то не так. Другой говоривший хоть и выглядел магом, но показался совсем другим. Голос у него был холоден, как будто говорил ящер или какой‑нибудь злой робот…

Виталис однажды был рабом светлого мага и видел модели Марк 64 — роботов‑охранников.

Эти маги долго обсуждали свои планы, то и дело оглядываясь по сторонам. Из долгого разговора он смог выловить пару понятных фраз. Это было что‑то про способ проникнуть на арену, про кровавый песок и бомбу. Да, он сразу почувствовал неладное. Он даже видел своими глазами это устройство…'

Тут Виталис начал описывать бомбу, а Александр долго думал, чесал подбородок и курил.

Выложив на стол необычное устройство, маги резко обернулись, осматривая всё помещение. В тот миг Виталис понял, что лучше ему не шевелиться. Как лёгкая рябь от волнения воды, по нему пробежались мурашки. Александр в тот миг понял, о чём он толкует, и, используя взгляд апокалипсиса, окинул своим взором парня.

Блемий был словно статичный, неживой объект серого цвета, ни капли маны. Александр даже нашёл, с чем бы Виталиса сравнить, и негромко хмыкнул, осматривая парня.

«От него, да и от других искусственных, веет аурой, в точности похожей на зомби… Если вспомнить, у нас на Земле ещё в те давние времена апокалипсиса маны большая часть населения превратилась в тварей. В то время мы ещё не знали причины, но позже, конечно, выяснили: всё дело в телах искусственных. Редких представителей вида „человек разумный“ сделал сам создатель, а кто‑то типа искусственных был продуктом экспериментов магов…»

…

Теперь о бомбе. По описанию Виталиса, то устройство было ёмкостью наподобие… как сказать… сфера с вытянутой формой — яйцо Фаберже, блин. Во время подслушивания парень слышал про какую‑то силу, поток из водоворота создателя. Якобы сила бога или какой‑то её аналог. Александр тоже не понял, о каком потоке идёт речь: тот поток, что на большой горе, или о чём‑то другом говорил Виталис? Уже и не важно. Главное, что Александр понял, где искать бомбу, а всё остальное не имеет значения.

После подслушивания за магами Виталис осознал всю трагедию предстоящего и попытался донести до людей опасность. Пробравшись на арену через тайный вход, Виталис добрался до ведущего и, угрожая устроить теракт, забрал микрофон.

На поясе Виталиса была связка динамита, несколько десятков маг‑кристаллов и руны, которые он не знал, но для вида начертил.

Дальше и так всё понятно: слушать раба не стали. Парень, не добившись результата в убеждении магов о грозящей опасности, сбежал, покинув арену через тайный вход. Он снова попал в руки стражи, был избит и возвращён на ферму, где его посадили в клетку, как животное, нанесли печать раба и стали продавать. Виталис в тот момент совсем отчаялся и утратил веру в людей. Он ещё пытался убедить охрану, говорил про магов, об угрозе взрыва и бомбе с силой бога — звучало это как бред сумасшедшего.

Не прошло и пары часов, как какой‑то маг решил выкупить Виталиса. И это было странно. Сам Виталис в то время сидел с отчаянным лицом, а когда увидел в новом хозяине Адама — того злого террориста, — совсем потерял надежду.

Шансы выжить таяли с каждой секундой. Если он попадётся в руки мага, его тотчас же убьют, а с мага и спроса не будет: раб в этом мире не имеет права даже на жизнь!

Сердце его стучало как бешеное. Он уже не хотел умереть: его новая цель двигала его вперёд. Словно одержимый чем‑то, парень выждал момент, когда стража и Адам уйдут для заполнения договора купли‑продажи. Виталис искал любой способ спасения, и сама судьба дала ему шанс. Он неожиданно обнаружил, что клетка, в которой его сейчас держали, имела номер 48 — его любимое, так сказать, число. Любил он его не просто так: уже не в первый раз в этой клетке сидел! Вытащив трубу из щели между кирпичной кладкой, Виталис подковырнул каменную плиту на полу, вытащил оттуда печать разжижения в виде листа бумаги и один камень с магической силой. Счастья для Виталиса‑раба не было предела.

Это была его надежда. Решётки тут были не очень крепкими — обычная сталь, можно сказать, не преграда для мага. Закрепив на прутьях печать, он взял в кулак кристалл и сделал то же, что видел когда‑то у магов. Виталис активировал печать разжижения и сбежал через расплавленные решётки на свободу. Вот так они и встретились.

Виталис решил сам взять ситуацию в свои руки: забрал оружие и взрывчатку из дома, пробрался на арену и начал штурмом брать ненавистную магическую стену.

…

— М‑да, знал бы ты, что барьер и магу четырнадцатого ранга не под силу, ты бы, наверное… — покачав головой от рассказа Виталиса, сказал Александр.

Александр похлопал того по плечу, поднимаясь со стула. Подойдя к барьеру, он слегка ударил ладонью вперёд, создавая трещины на малой части барьера, а следом и проход.

— Пойдём, Виталис, посмотрим, где тут клад зарыт… — Искать бомбу не имело смысла: Александр уже окинул всю арену силой взгляда апокалипсиса. Бомбы не было, но лишать Виталиса надежды после всех его мучений как‑то не хотелось.

Полчаса они обыскивали песок, и Виталис всё же сдался. Витя сел на корточки, обхватил себя руками и понуро опустил глаза. На это Александр лишь немного улыбнулся.

— Не стоит так отчаиваться, Витя. Найду я твою бомбу, не переживай. Стало быть, ты мне всю правду рассказал, а слово своё я всегда держу. Иди сюда, будем из тебя мага делать, в смысле — человека! — Сняв чёрную маску с лица, на Виталиса посмотрел уже совсем другой человек.