И ногами этак эть! Сжал конские бока. А я только за кокошник и успела ухватиться, тот чуть не слетел с головы, тяжеленный со всеми этими жемчужными бусинами. Еще и шлейф мой белый по ветру затрепало. Сто стороны-то наверное, красиво — величественная княжна, в алом расписном сарафане, с белоснежной тканью в волосах, но меня ж за волосы так потянуло от начавшегося движения, что я едва зубами не скрипнула. На ходу-то приходилось просто голову верно держать, а тут поди соблюди балансировку.

— Конь разогретый? — спросил оглан кому-то из толпы. И получив положительный ответ, снова ткнул коня в бока пятками и языком как-то хитро защелкал.

За кокошник-то я одной рукой держалась уже, а второй тут пришлось хвататься за самого Арслана. Он-то, хитрец этакий, двумя руками поводья держал, меня не трогал показательно. Только со спины, да спереди руками окружил. Но едва коник услышал новую команду и вышел из манежа, как тут же дал себе волю. Стартанул с места в карьер. Пыль поднял, а я едва не вскрикнула.

Вслед нам заулюлюкали, засвистели, закричали. А впереди раскинулась степь. И такое это было смешение чувств, что у меня в груди перехватило.

Страх, коий я глубоко в себе прятала и уж точно не собиралась показывать, сменился каким-то почти детским восторгом.

Линия горизонта казалась бесконечной и далекой. А перед нами стелилось зеленое море разнотравья. Оно колыхалось от ветра, шло волнами, и мы сами в нем были точно корабль посреди моря. Никаких ограничений, чудо, какой простор.

В какой-то момент мне пришлось отпустить кокошник — Арслан ускорил коня еще больше, понукал его, а тому только дай волю. Вот где силища-то! Я схватилась за Арслана уже обеими руками, и тогда с головы моей творение русских мастериц попросту сорвало. Еще и волосы разметало. Видать, кокошник ленты зацепил, что косу держали.

Я оглянулась на миг, поглядеть, где оно упало, но тут столкнулась со взглядом Арслана. Прежде увидала себя в отражении, с этим льющимся по ветру золотом. А потом уж различила выражение его лица — Арслан был… растерян?

У меня внутри заворочалось довольно. Этот сильный и статный мужчина растерялся от вида моих распущенных волос?

Я еще и улыбнулась без утайки. Пусть знает, что я не жеманная куколка, коей тут меня себе представляли. Русская душа куда шире.

Он улыбнулся в ответ, и не только губами, а в глазах его тоже встало веселье.

Еще одно “хэй-хэй!”, и конь под нами точно сам стал ветром.

Но мне уже почему-то страшно не было. А рука Арслана крепко обхватила меня за пояс.

Мы оказались уже далеко от подворья, когда Арслан потянул поводья. Мы замедились, и тогда я его отпустила, а он меня.

— Значит вот ты какая, русская княжна, — проговорил он мне. А я чуть голову повернула, но так чтобы все ж боком к нему, а не лицом к лицу.

— Какая же? — вопрос задала спокойно, дальше степь разглядывая и на него не глядя.

Хотя он при том профиль-то мой еще как рассматривал.

— Смелая, — начал он.

И закончил. Замолчал стало быть. Реакции ждет?

— И все? — я даже фыркнула. Мог бы и расщедриться на какой комплимент. — Я, между прочим, кокошник потеряла.

Вот кто мне теперь его искать будет? Красивый же. Я хоть и пыталась тогда разглядеть, куда тот полетел, а поди теперь разбери.

— Найдем, — Арслан улыбнулся. — И новый подарю, хочешь?

Теперь я все ж в глаза ему поглядела. Хитринки в этот взор даже добавила. В этой внешности грешно было не поиграться. Я уж убедилась, что лицо мое теперь обладает крайне интересной мимикой.

— А что бы и нет? — и немножко вызова в голос добавила.

Думал, стану отпираться из скромности? Или не думал? Но я ж и так уже показала, что характер у меня вразрез внешности идет. И уж точно не под стать тому, что ему про меня рассказывали.

— А два хочешь?

— А может три?

— И наглая! — он расхохотался. И от вибрации, что при этом в груди у него возникла, а я плечом ее чуяла, стало мне и самой странно-смешно. По теплому.

Я-то его тоже иным представляла. В школе-то про Золотую Орду читала, там все как-то мрачно обрисовывали. А тут — вот. Да и не похож он был на татар, глаза не такие немного. Есть схожесть, но не абсолютная. Может, из родичей кто русский был, потому его на границу и посадили?

— Боюсь, пресветлый оглан, без этих качеств мне в чужом доме не выжить, — продолжила я наш странноватый разговор.

— Разве ж плохо тебя встретили? — он уже почти не понукал лошадь, та шла шагом.

— Нет, — я мотнула головой, и волосы совсем уж по плечам разошлись. — Но дом-то все равно чужой. И обычаи тоже.

— Скоро ты станешь здесь хозяйкой.

— Одной из, — хитро поправила я. Пусть подумает.

— Разве ж ты сама не поставила себя выше моих наложниц? — он тоже не сдавался. Да, интересный тип. — На пиру всем показала, где чье место. И не побоялась же.

Похвалил или не очень? Смотрит вон прямо мне в лицо. И поза вполне расслабленная. Вроде как и без негативного окраса.

— Неужто ты думал, что я сяду в конец стола твоих наложниц? — я уже посмотрела ему прямо в лицо. Глаза наши теперь друг с другом перестреливались.

— Хотел посмотреть, что делать станешь. По нашим обычаям ты должна была сидеть на месте Айбике. Во главе женского стола. Разве тебе это все заранее не рассказывали. Отец твой обещался подготовить.

Я чуть не подавилась. Все равно меня туда спихнуть хотел что ли?

— Не сяду я с ними, — настояла на своем. Пусть хоть кто меня там подготовить обещался. Я тут сама по себе. И это как если б меня вместо стола с начальством на корпоративе к старшим смены посадили. Вот еще. — Давай условимся, оглан, я приехала к тебе женой, не наложницей. Не частью гарема.

— Верно молвишь, но то с твоей стороны — кивнул он. — В наших обычаях все иначе. И ты все ж ступаешь в семью мужа. Значит, придется тебе подчиняться.

Мы стали мериться взглядами. Я ему уступать не хотела. Он тем более. И складка залегла уж между его бровей.

— Сегодня я уступил тебе. Позволил сесть со мной рядом, но в следующий раз…

— Если не с тобой на равных, значит я вообще за стол не сяду, — я отвернулась. Ветер еще вовремя подхватил — волосами прямо по лицу оглана хлестнуло.

И вообще! Я с ним спорить не собиралась. Либо так, либо никак.

Арслан голову запрокинул и рассмеялся.

— Что же ты, стоя есть станешь?

— А вообще не стану, — фыркнула упрямо. — А теперь давай возвращаться. И волосы мне нужно чем-то прикрыть.

Арслан фыркнул мне в ответ. Ничего больше говорить не стал. Решил, что я артачусь? Ну посмотрим, кто кого еще в этом споре переборет. А я свое место подле него получу. Уж точно с наложницами сидеть не стану. Хоть бы их никакими плохими не считала, а не по статусу. Пусть соблюдают субординацию.

Арслан отвязал свой поясной платок из красного шелка и накинул мне на голову.

При том не укрылось от меня, как провел пальцами по волосам. Ну ничего, ты цепляйся покрепче на крючок, оглан. Опростоволосил девку, еще и волос коснулся. Срам какой.

До того срам, что мне аж смешно делалось.

Да, эксперимент будет очень интересный.

Ну, и по пути назад мы хоть и не болтали больше, а эта выездка мне многое показала — Арслан видит мои игры. И меня саму тоже, пусть бы пока и только то, что на поверхности.

И все это ему нравится.

А мне? А мне, пожалуй что тоже.

Когда мы вернулись, встречали нас таким же радостным улюлюканьем. Кто-то нахваливал оглана за смелость и силу, кто-то восхищался и моей смелостью.

Арслан же, спрыгнув на землю, за пояс спустил и меня.

— Хороший подарок, маленькая княжна, — шепнул он мне напоследок, прежде чем отпустить.

И что-то показалось мне, что вовсе не о коне речь идет.

Ко мне тут же подоспели служаночки из русских. Укрыли волосы еще одним платком, Арслану его поясной отдали, и под белы рученьки повели меня в терем.