— Ваша светлость, какими судьбами в нашей дыре? Заблудились?

— Не спал эту ночь, привык, что ты рядом кровать греешь, — совершенно серьёзно произнёс он, шагнув на меня мощной стеной, заставляя прижаться к холодному камню колодца.

Я на миг опешила, перебирая в голове всю информацию.

— Вы приехали в такую рань за двадцать миль, потому что не выспались?

— Нет, — коротко усмехнулся Вэллиан. — Чтобы убедиться в твоей адекватности, — он снова шагнул, и я уже ощутимо почувствовала давление, окружающее меня.

И будто этого было недостаточно, он своими горячими пальцами прикоснулся к прохладной коже моего подбородка, обжигая кожу и поднял моё лицо, заглядывая в мои глаза.

По телу в тот же миг пробежала неконтролируемая дрожь.

— Зрачки в порядке, — произнёс он, касаясь дыханием моих губ и окончательно дезориентируя. — Голова не болит?

— С вашей помощью уже начала, — выдохнула я, едва не залившись краской.

— Значит, не помнишь?

Мне даже притворяться не пришлось, чтобы выразить искреннее непонимание, глядя на этого мужчину. Тогда он сделал шаг назад, наконец позволяя мне вдохнуть и достал свиток.

— Полюбуйся, — протянул он, передавая мне документ.

Я едва не поперхнулась. В графе “подпись стороны” красовалось нечто монументальное. Вместо автографа Аланы красивым каллиграфическим почерком с завитушками на пол-листа было выведено: “НИКОГДА”.

Я смотрела на свиток в своих руках и изо всех сил старалась удержать рвущийся наружу истерический смех. “Никогда” выведенное красиво на пол-листа — это просто какой-то ответный удар за всех разведенных женщин во все времена.

Прежняя Алана, видимо решила уйти красиво, а может быть, напротив, остаться эффектно. Или просто окончательно добить своего дракона напоследок.

— Это… — я подняла глаза на Вэллиана, и кажется, в моём голосе проскользнуло что-то очень похожее на уважение, — Это гениально!

Его золотистые глаза полыхнули таким холодом, что мне даже почудилось, что сейчас все вокруг покроется инеем, даже мои ресницы.

— Ты находишь это забавным? — прорычал он.

— Отнюдь! — я своевременно зажевала улыбку, — если бы находила забавным, так бы и сказала. Зато теперь понятно откуда такая щедрость с Греймуром. Думали сплавить истеричную жену подальше, а получилось, что не получилось! Это бывает, когда жёны напоследок подкладывают свинью!

— Издеваешься? — взгляд дракона потемнел как грозовое небо.

Он сделал шаг вперёд, оказываясь непозволительно близко ко мне. От него пахло чем-то хвойным, тёплым, отчего мысли начали разбегаться, как тараканы от света.

— Ни капли! — вскинула я подбородок, стараяясь не обращаться внимания на то, как близко он стоит. — Просто озвучиваю факты. Я вчера таскала камни, вы, судя по свежему отдохнувшему виду, нежились на мягких перинах в своих покоях. Я здесь, вы там, все были довольны, но вам захотелось проехаться и посмотреть как я устроилась в руинах. Хорошо, смотрите. Только недолго. И езжайте домой. Вы тут не ко двору, дорогой мой бывший муж!

— Ты кажется не понимаешь, Алана, — его голос стал тише, но приобрёл угрожающие нотки. — Документ недействителен. Это ты устроила. Так что ты всё ещё моя жена. И я как твой муж имею полное право…

Он сделал многозначительную паузу, выразительно глядя на меня с намёком на то, что может со мной сделать всё что угодно. Увезти силой, заставить подписать новый документ или что там ещё драконы делают с непокорными жёнами?

Но только я была не прежней Аланой. Я была той, кто в прошлой жизни выбивала подписание закрывающих актов и смет от чиновников, спорила с прорабами. Запугать меня не так-то просто: подумаешь, дракон!

— Полное право? — Переспросила я, стараясь изо всех сил вложить в свой голос весь сарказм, на какой была способна. — Право на что? Увезти меня в свою золотую клетку, где я снова буду бить дорогие вашему сердцу вазы? Или запереть в башне и держать в цепях, пока не подпишу, как вам угодно и что вам угодно?

— Алана! — попытался повысить на меня он свой голос.

Ах, вот оно что, похоже, он не хочет устраивать скандал при посторонних. Я тоже не хочу. Но и подписывать бумажки о разводе вот так с бухты-барахты я не планировала. Это я сделать всегда успею. Поэтому приняв вид оскорбленной жены, медленно и с достоинством произношу:

— Знаете что, ваша светлость? Мне совершенно всё равно кто я вам, соседка или лишняя жена. Это ровным счетом ничего не меняет. Здесь мои развалины, вы сами подписали на них документы. Значит, вам здесь не место. И я не собираюсь тратить своё время на выяснение отношений с человеком, кто вчера собственноручно вручил мне бумажки на эти руины.

Развернулась и пошла обратно. Спина горела под его взглядом. Каждый шаг давался с трудом, хотелось обернуться и посмотреть, что он делает и с каким выражением лица стоит и смотрит мне вслед.

Но я заставила себя не оглядываться, а идти вперёд как ни в чём не бывало.

— Госпожа! — Лисса выскочила мне навстречу с круглыми от ужаса глазами. — Что сказал господин? Я видела, как он нависал над вами, думала, что вы в обморок упадёте, как всегда. А вы… вы…

— Лисса, — я подняла руку, останавливая этот словесный поток, — со мной всё в порядке, да и падать в обморок я больше не собираюсь. Давай лучше займёмся делом.

— Каким делом? — она часто заморгала, явно не понимая как можно думать о делах после визита самого лорда дракона.

— Нам надо приводить в порядок эти руины, чтобы они стали настоящим домом.

Лисса неохотно поплелась за мной, постоянно оглядываясь. словно ожидая, что в любой миг сюда явится Вэллиан и схватит нас обоих как глупых самонадеяных дурёх, уверовавших в то, что сами смогут справиться с руинами.

— Госпожа, может не надо? Может мы лучше вернёмся? Вы попросите прощения у лорда Вэллиана, он ведь… — она замолкла на миг, но видимо так и не смогла придумать ничего, характеризующего моего бывшего, и начинает с другой стороны: — лорд может простит вас. Знаете, ведь всякое бывает.

Но меньше всего мне сейчас хочется заслуживать прощения у этого самодовольного дракона.

— Лисса, — я останавливаюсь и смотрю на нее в упор. — Если ты хочешь вернуться, я не смею тебя удерживать. Но я остаюсь, и собираюсь дать вторую жизнь этим развалинам. Мне нужна помощница, а не нянька, которая будет причитать над каждым моим чихом. Выбирай!

Она закусила губу, помолчала несколько секунд. а потом решительно тряхнула головой:

— Я с вами, госпожа.

— Вот и славно! Значит сегодня снова трудный день.

Она больше не причитала, лишь кивнула, соглашаясь. Но работать оказалось сложней, чем вчера. Во-первых, по причине того, что мышцы после вчерашних подвигов требовали отдыха, а не новых подвигов. А во-вторых, разгребать завалы из камней под взглядами всадников Вэллиана и его самого — не очень-то интересно.

Как я сказала им, они не приближались, там и стояли на границе моей земли. Я демонстративно старалась не обращать на них ни малейшего внимания.

Но поработав час или два, я решила, что пора менять тактику. Слишком уж много рабочей силы простаивало неподалеку.

Я вновь приблизилась к ним.

Многие из них смотрели на меня с нескрываемым удивлением. Вчерашняя госпожа стояла перед ними в грязной рабочей одежде, а до этого разгребала завалы из камней и мусора.

В ответ я лишь сильнее задрала нос и выпрямила плечи.

— Уходить не желаете? — спросила я с вызовом, на который все как один покачали головами. — Тогда слушайте приказ жены вашего хозяина.

Мужчины переглянулись между собой и не нашлись, что ответить. Как бы я не выглядела сейчас, я все ещё была женой их хозяина, он сам об этом только что заявил.

— Помогите мне расчистить вон те завалы! — я небрежно указала рукой на самую огромную груду камней, как будто речь шла о чём-то незначительном и пустяковом. — Для таких сильных и выносливых мужчин это дело нескольких минут.