— Я не советую тебе кого-либо предупреждать, Эрато…

Вызывающе глядя в его свирепые глаза, я, в свою очередь, выплюнула:

— А я советую вам убрать свои грязные руки с моего лица, если вы не хотите сами предупредить их о своих намерениях.

Его пальцы тут же покинули мои щеки, оставив неприятное ощущение, в то время как его зеленоватые глаза заволокло еще более угрожающей тенью, чем раньше. Этот человек был готов на все, чтобы добиться своего. И я получила подтверждение, когда внезапно почувствовала, как что-то опасно упирается мне в живот.

Толстый ствол огнестрельного оружия.

— Теперь, моя дорогая, ты будешь благоразумно слушать меня и дашь понять человеку, который большими шагами приближается к нам, немедленно остановиться, если ты не хочешь, чтобы я прострелил тебе живот из своего пистолета, — приказал мне мой тюремщик. — Мои люди расставлены по всей комнате, и они ждут только моего простого кивка, чтобы убрать его на месте…

Охваченная внезапной паникой, я повернула голову, наткнувшись на массивный силуэт Каза, который пытался пробиться сквозь гостей в масках, его чрезвычайно мрачный взгляд был устремлен на нас. И по тому, как он двигался, я знала, что он готов убить этого человека. Убить его голыми руками. Ради меня. Однако я начала отчаянно качать головой из стороны в сторону, заставляя его остановиться. Что-то было не так. Он понял. И я попыталась указать ему на мраморную арку движением головы, открывая рот, чтобы беззвучно дать ему понять: «Уходи».

Потому что кто-то из нас должен был выжить.

— Будь уверена, Эрато, — внезапно прошептал колосс мне на висок. — Через несколько минут мой план будет приведен в исполнение, и наконец, этот вечер станет немного интереснее.

— Что вы собираетесь делать? — спросила я, стиснув зубы.

Он улыбался за своей маской. Я была в этом уверена. Не дожидаясь, он резко потащил меня за собой, большими шагами пересекая зал, все еще держа меня под прицелом своего оружия. Попав в ловушку, я не могла ответить. В нашем безумном беге я обернулась в последний раз, сердце колотилось, пытаясь увидеть Каза. Но толпа была слишком плотной, и я была слишком в панике, чтобы найти его. Понял ли он мое сообщение? Был ли он уже далеко, в безопасности?

Дуло оружия, упирающееся мне в талию, призвало меня к порядку, и я переключила внимание на мужчину, который толкал меня к большой лестнице с золочеными перилами. Мы взлетели по ступеням, и я уже не могла нормально дышать. Куда он меня ведет? Страх охватил мое тело, заставляя мои руки дрожать. Теперь я была глуха. Единственный звук, который я слышала, был звук моего собственного жизненно важного органа, бешено стучащего в голове.

Мы внезапно оказались в широком коридоре, похожем на длинный балкон, оклеенном обоями золотого цвета и возвышающемся над большим бальным залом. Мужчина резко толкнул меня к барьеру, его оружие все еще было направлено мне в спину. Отсюда открывался захватывающий вид на вечеринку и гостей. И снова я попыталась найти мужчину, которого любила. Безуспешно.

— Терпение, моя дорогая. Теперь осталось всего 10 секунд до финального фейерверка. И ты будешь в первом ряду, чтобы увидеть его…

Финальный фейерверк? Что, черт возьми, он имел в виду? Бомба, которая взорвется? Люди, которые начнут стрелять в толпу?

Пока мое тело покрывалось холодным потом, мой тюремщик начал перечислять мрачный обратный отсчет возле моего уха, увеличивая мой сердечный ритм с каждой произнесенной цифрой. 0. Я затаила дыхание. Раздался почти неуловимый металлический щелчок, и я едва успела поднять глаза к потолку недалеко от нас, прежде чем что-то тяжелое и внушительное внезапно оторвалось от него и рухнуло на толпу с оглушительным грохотом: одна из трех хрустальных люстр.

Крики поднялись в комнате внизу, общая паника вызвала бурное движение толпы. Гости побежали к выходу, в то время как другие достали свое оружие, готовые защищаться. В шоке я смотрела на кровь на шахматном полу и не услышала второго металлического щелчка новой люстры. Снова она с грохотом рухнула на пол. Мой обезумевший взгляд обратился к мужчине позади меня, который любовался зрелищем, и блеск нездорового удовлетворения в его глазах напугал меня еще больше, чем третья люстра, упавшая на толпу. Он был сумасшедшим. Безумным до предела.

Крики, ужас, обломки хрусталя и кровь. Это было все, что я теперь могла видеть, стоя на балконе, возвышающемся над этой роковой картиной. Хаос. Это был ад на земле.

— Посмотри на это, Эрато, — прошептал мужчина. — Полюбуйся, какая ты слабая. «Кровавые Жнецы» будут уничтожены сегодня же вечером, и ты можешь только наблюдать за вашим падением, ничего не в силах сделать. Так что ты чувствуешь, а? Зная, что ты уже все потеряла, моя дорогая…

Мои кулаки сжались на ткани моего атласного платья, ногти впились в ладони. Ярость. Удушающая ярость пробудилась во мне, сжигая меня со всех сторон. Я почувствовала, как мои мышцы напряглись, а голова горит. Горит от гнева. Даже если его оружие, нацеленное на меня и готовое выстрелить, давало ему преимущество, этот человек, каким бы могущественным он ни был, никогда не должен был провоцировать меня. Никогда.

И тут я сглотнула, пробормотав опасно низким голосом:

— Напасть на мою банду — значит напасть на меня.

Резко я отвернулась, ударив его вооруженную руку своим локтем, чтобы освободиться, прежде чем поднять ногу и яростно направить острие своей шпильки в его грудину. Он упал навзничь с нечеловеческим стоном. Не дожидаясь, я наклонилась, резким движением разорвав подол своего платья, чтобы схватить пистолет с бедра, адреналин затуманивал мое зрение.

Бум.

Еще один хрип вырвался у него. Я нажала на курок, как автомат. Без малейшего колебания. Но пуля застряла в его плече. Черт!

Внезапно я услышала опасно приближающиеся шаги. Это были его люди. Они шли на подмогу по единственно возможному пути: по лестнице. И одна против них, я, конечно, была не ровня. Нужно было бежать. Тогда, не раздумывая больше, я бросила свое оружие на пол вместе со своими туфлями на шпильке и бросилась, не оглядываясь, к балюстраде балкона.

Тебе следовало убить его, Эрато.

Я быстро перелезла через барьер, отделявший меня от пустоты, мои мысли смешались в голове, так что я уже не могла здраво рассуждать. Главный девиз: выжить. Я должна была выбраться. Тогда я поставила свои две босые ноги на узкий край, мои влажные руки цеплялись за перила за спиной, чтобы стабилизироваться. Мои глаза уставились на бальный зал внизу, в то время как мое дыхание стало более прерывистым. У меня не было головокружения, однако меня отделяло от пола около восьми метров. Восемь метров. Падение, вероятно, было бы смертельным, но у меня не было другого выхода, потому что с каждой секундой я слышала, как шаги приближаются ко мне.

Внезапно мои глаза впились в черные зрачки. И мое сердце раздулось. Каз. Он был там, смотрел на меня снизу.

Я почувствовала ком в горле и ужасную боль, скручивающую мои внутренности. Он был там. Цел и невредим. И когда он протянул руки, кивнув мне с решимостью, я поняла, чего он от меня ждет. Я собиралась прыгнуть, а он поймает меня. Он не позволит мне упасть. Я была в этом уверена.

Тогда я улыбнулась ему. Самой красивой улыбкой, на которую я была способна. И я вдохнула в последний раз, прежде чем, не раздумывая больше, броситься в пустоту. Стисни зубы, Эра, падение будет болезненным.

Я почувствовала, как мое тело рассекает воздух, и в течение нескольких наносекунд у меня было ощущение, что я лечу, расправляя крылья. Мое белое платье полетело вместе со мной, ткань идеально повторяла мое движение. Но слишком рано реальность настигла меня. Я падала. Быстро. Очень быстро. И чем ближе мое тело приближалось к полу, тем невыносимее было держать глаза открытыми. Я собиралась разбиться. Это было неизбежно.

Удар через 3.

2.

1.

Я сильно ударилась о что-то твердое. Каз. Он не солгал. Он поймал меня.