— Дыши, мой ангел, — хихикнул придурок рядом со мной. — Сейчас не время для обморока…
Уязвленная, я нанесла ему сильный удар локтем в ребра, который перехватил его дыхание и заставил его поморщиться от боли. Довольная, я, в свою очередь, провозгласила:
— Дыши, Дуду (детское прозвище), сейчас не время задыхаться…
Каз испепелил меня своим самым черным взглядом, но прежде чем он успел ответить, мы вошли в просторный вестибюль отеля. Я на мгновение была поражена его величием. Пол под нашими ногами был шахматной доской из черно-белого мрамора, кремовые и переливающиеся стены были украшены лепниной, а потолок казался таким высоким, что мог соперничать с самыми красивыми европейскими соборами. Нас провели к большой арке, сделанной из колонн, примыкающей к впечатляющему банкетному залу. Над комнатой висели три большие хрустальные люстры, и она уже была переполнена. Там было несколько фуршетов, а также бар и даже эстрада, где музыканты настраивали пианино и виолончели. Пустое пространство в центре, где возвышались массивные мраморные колонны, обозначало танцпол, и несколько пар в масках уже вальсировали там.
Одно было ясно: Маркус Карлтон устроил все с размахом.
— Я чувствую себя, как в чертовом Диснее, — проворчал Каз.
Я на мгновение окинула взглядом гостей. Они были разбросаны по нескольким небольшим группам, набивая рты закусками и обсуждая, вероятно, власть, деньги, союзы и наркотики. Каз взял меня за руку и повел в более тихий угол, встав передо мной, прежде чем оценить меня серьезным взглядом, который меня обеспокоил.
— Оружие при тебе?
Я кивнула, мой рот внезапно пересох. Пистолет. Я его хорошо чувствовала, да. Он терся о мое бедро при каждом моем шаге, как зловещее предупреждение.
— Хорошо, — ответил Каз. И, заметив, должно быть, изменение моего настроения, он отступил и галантно протянул мне руку, прежде чем сказать: — Вы удостоите меня вашего первого танца, мисс Карлтон?
Мои губы расплылись в нежной улыбке, пока я вложила свою руку в его.
— Первый, второй, и даже все остальные потом, мистер Маршалл.
Кровавый Жнец без промедления повел меня в центр банкетного зала. Его ухмылка и его черные глаза, сияющие за маской, победили мое сердце. Он положил руки мне на талию, и я обхватила его шею руками, почти забыв о толпе преступников, которая нас окружала. Мы начали танцевать, тело к телу, подстраивая наш ритм под другие пары. Я потерялась в его темных глазах, любуясь отражением хрустальных люстр на его коже. Он был красив, этот идиот. Невероятно красив.
— Где ты научился так танцевать? — спросила я, смеясь.
Он действительно отлично справлялся.
— Моя мама, — ответил он с улыбкой. — Она заставляла меня вставать на ее ноги, когда я был маленьким, чтобы танцевать с ней. Ее любимая книга была «Гордость и предубеждение». Она обожала балы.
Моя улыбка стала еще шире. Видеть, как он говорит о своей матери так естественно и безмятежно, наполняло меня. Я была счастлива. И в этот момент я бы продала весь мир и даже больше, чтобы этот танец длился вечно.
Я начала осматривать присутствующих в зале. Большинство из них были мужчины в костюмах с гораздо более молодыми женщинами под руку, с обесцвеченными волосами и подправленными губами. Эти мафиози выставляли своих женщин-объектов как трофеи, подобно дорогой машине или новым роскошным часам, которые хотят показать всем, чтобы утвердить свое превосходство. Они были отвратительны.
Я также заметила многочисленных членов «Кровавых Жнецов», скрытых повсюду в большом зале, некоторые сливались с толпой, оставаясь незамеченными, в то время как другие были настороже в стратегических точках. Я почти могла различить форму их оружия, тщательно спрятанного под их очень дорогими пиджаками. Особая, тяжелая атмосфера омрачала этот вечер. Как будто каждый готовился встретить угрозу, не зная, откуда и когда она придет.
Вдруг я осознала пристальный взгляд Каза на себе. Я повернула голову к нему и была удивлена, увидев, что его выражение лица значительно изменилось. Он выглядел уже не умиротворенным, а явно злым. Даже взбешенным.
— Почему ты так на меня смотришь? — спросила я его.
— Потому что это позволяет мне сосредоточиться на чем-то другом, а не на сукиных детях, которые пялятся на тебя все это время, — прорычал он сквозь стиснутые зубы. — Черт, клянусь, я…
Не дав ему времени продолжить, я заставила его замолчать, приложив свои губы к его. Он на мгновение замер, прежде чем, наконец, решил ответить на мой поцелуй. Мои пальцы зарылись в его эбеновые волосы, пока я скользнула языком между его влажными губами, его хриплый вздох, отдающийся мне в рот, воспламенил все мое тело. В конце концов, я отстранилась, глядя ему в глаза, прежде чем сказать с усмешкой:
— Так что никаких сомнений больше нет.
Мы продолжали танцевать еще несколько минут, прежде чем музыка закончилась. Внезапно проголодавшись, я потянула Каза к одному из больших фуршетов, прокладывая себе путь сквозь роящуюся толпу. Пока мы шли среди гостей, странное чувство начало давить на мою грудь и сжимать желудок. Как будто у меня внезапно появилось неприятное ощущение, что за мной наблюдает что-то. Или, возможно, кто-то.
Когда мы добрались до фуршета, я попыталась отмахнуться от своих абсурдных предчувствий и схватила бокал шампанского. Может быть, в конце концов, немного алкоголя в крови расслабит меня? Но как только я собралась поднести бокал к губам, он был резко вырван из моих рук. Смущенная, я повернулась к Казу, который выпил мое шампанское залпом, даже не взглянув на меня, прежде чем поставить бокал обратно на фуршет.
— Могу я узнать, что это с тобой? — спросила я его, раздраженная.
— Ты не пьешь сегодня вечером.
Слегка обиженная, я закатила глаза, скрестив руки на груди. Мне не нравилось, когда мне приказывали. Это создавало у меня ощущение, что я все еще ребенок, лишенный ясности ума и свободы воли. И кроме того, один простой бокал шампанского не сделает меня совершенно пьяной…
— Знаешь, если бы мне нужен был надсмотрщик сегодня вечером, я бы осталась с отцом…
Каз попытался обнять меня за талию, но я высвободилась из его объятий, чтобы вместо этого схватить закуску, которую проглотила за один присест. Он вздохнул, явно тоже раздраженный. Значит, нас двое.
Этот вечер действительно начинал действовать мне на нервы…
— Ладно, я пойду в туалет, — объявила я высокому брюнету. — Мне нужно немного освежиться…
— Хорошо. Я провожу тебя.
— Нет, — твердо ответила я, положив руку ему на грудь. — Все в порядке, я просто хочу побыть одна минуту.
У него был нерешительный вид, как будто я могла улететь в тот же момент, когда он оторвет от меня взгляд. Но мы оба были напряжены, и у меня не было никакого желания устраивать скандал посреди приема, поэтому мне нужно было взять паузу, чтобы перевести дух. Одной.
— Я вернусь через минуту, — заявила я тоном, не допускающим отказа.
Каз, казалось, не был убежден, но я все же повернулась и быстро направилась к туалету, растворяясь в толпе.
На бегу я столкнулась с несколькими людьми и быстро извинилась, пытаясь добраться до вестибюля. Я почувствовала, как мой пульс постепенно участился, а дыхание стало лихорадочным, когда у меня снова появилось неприятное ощущение, что за мной шпионят. И это предчувствие покрыло мою кожу неконтролируемой дрожью. Я должна была догадаться, что этот вечер будет фиаско…
Наконец я добралась до туалета. Декор там был столь же роскошным, как и в остальном дворце. Я подошла к двойной мраморной раковине, открыла кран и слегка намочила ладони, которыми похлопала по щекам. Мое отражение в огромном зеркале казалось отражением совершенно незнакомого человека: одета, как голливудская звезда, но убита тревогой. Вечеринка была в полном разгаре, и звук оркестра был приглушен массивной деревянной дверью. Я воспользовалась этим моментом одиночества, чтобы спокойно перевести дух.
Сейчас не время терять самообладание, Эра. Ты сильнее этого.
