— Каз! — воскликнул тоненький голос.

Я нахмурилась в недоумении, прежде чем мои глаза опустились, и я наконец увидела маленького человечка, который только что бросился на шею моему телохранителю.

— Привет, малыш, — ответил он, обнимая его.

Маленький мальчик, которому, должно быть, было не больше восьми лет, с энтузиазмом обнял Каза, его круглое личико было покрыто нежной улыбкой. При виде этой сцены я не могла не умилиться. Этот ребёнок был практически точной копией моего телохранителя, только, скажем так, на много сантиметров ниже. Когда он отстранился от брюнета, малыш повернул голову в мою сторону, разглядывая меня своими круглыми глазами, как будто я была самой удивительной вещью, которую он видел в своей жизни. У меня такой плохой вид?

— Ты кто? — спросил он меня тогда.

— Чарли, ты думаешь, джентльмены так знакомятся с дамами? — более строго прогремел Каз.

Названный Чарли надул губы, затем резко выпрямился, даже выпятил грудь, прежде чем протянуть мне руку резким жестом, который вызвал у меня улыбку. Я слегка наклонилась и пожала его ладонь, когда он воскликнул почти торжественным голосом:

— Здравствуйте, мадам, я Чарли Маршалл! Младший брат Каза Маршалла!

— Очень приятно, Чарли, я Эра, — ответила я, очень позабавленная его маленьким представлением.

Он отпустил мою руку, его глаза всё ещё были широко раскрыты, когда он обратился к Казу:

— Это принцесса? — спросил он его неудачным шёпотом.

Я сдержала смех. Я, принцесса? Звучит довольно хорошо для Диснея: Эрато Карлтон, принцесса наркоимперии!

Каз нахмурился, быстро повернул на меня глаза, прежде чем на его губах появилась насмешливая ухмылка.

— Если ты считаешь Золушку настоящей занозой, то да. Она принцесса.

Я толкнула его локтем в рёбра и, кажется, впервые искренняя улыбка смягчила его черты, заставив моё сердце внезапно биться немного быстрее. Ему это, по правде говоря, шло... быть счастливым.

Чарли внезапно схватил Каза за рукав куртки, требуя, чтобы он следовал за ним внутрь. Я тоже вошла в маленький дом. Узкий коридор вёл в гостиную с довольно простым и традиционным декором, что делало комнату уютной. Я на мгновение огляделась, анализируя игрушки, разбросанные на ковре у коричневого дивана. У стены справа консоль из дерева выставляла различные семейные фотографии в рамках. Заинтригованная, я подошла.

На одной из них был изображён маленький мальчик, гордо улыбающийся беззубой улыбкой, в кепке с символикой бейсбольной команды, которая была ему слишком велика. Он был точной копией маленького Чарли. И всё же это был не он.

Рядом с ребёнком сидела на корточках очень красивая женщина. У неё тоже была лучезарная улыбка, а её тонкое лицо обрамляли длинные, густые, такие светлые волосы, что их можно было принять за золото. Она обнимала тонкими руками маленького мальчика, и любовь, которую она к нему испытывала, наполняла снимок. Эта фотография была полна любви. Чистой, искренней и непоколебимой любви: любви матери к сыну. И эту яркую улыбку я уже видела. У них была одинаковая улыбка. У него была такая же, как у неё.

Я покачала головой, отрывая взгляд от рамки, чтобы снова обратить внимание на две фигуры мальчиков, исчезающих в коридоре. Я поспешила догнать их, когда они вошли в комнату в конце. Я остановилась в дверном проёме, обнаружив комнату, где свет фильтровался через жалюзи на окнах. Лежащий посреди центральной кровати мужчина, казалось, задремал. Его голова была приподнята несколькими подушками, а его свистящее дыхание было единственным слышимым звуком в этом месте.

Мой взгляд упал на Каза. Он медленно двинулся к неподвижному телу мужчины, прежде чем замереть в нескольких метрах.

— Он очень устал на этой неделе. Врач сказал, что ему нужно много отдыхать, — объяснил тихий голос Чарли.

Тот отпустил руку Кровавого Жнеца, чтобы подойти к кровати, нежно похлопывая рукой по плечу всё ещё спящего мужчины. Тот открыл один глаз, на несколько мгновений окинув комнату взглядом, прежде чем его взгляд упал на брюнета, стоявшего перед ним. Мужчина почти сразу приподнялся, нежная улыбка изогнула его худые губы, когда он разглядывал Каза, как старого знакомого.

— Сын мой! Ты наконец пришёл навестить своего старого, никчёмного отца, — сказал он, улыбаясь.

Тот сначала не двинулся, продолжая только смотреть на мужчину, прежде чем наконец сделать несколько шагов, приблизившись к кровати, чтобы обратить внимание на коробки с лекарствами, разбросанные по тумбочке. Он схватил одну, несколько мгновений изучая этикетку, прежде чем резко положить её обратно, снова посмотрев на своего отца.

— Лечение не работает? — холодно спросил он.

Старик вздохнул, избегая слишком тяжёлого взгляда сына. Я вдруг почувствовала себя лишней в этом доме. Как любопытная незнакомка, которую нехотя оставили наблюдать за этой сценой, остатком семьи, которая, должно быть, пережила слишком много потрясений. Мне здесь не место.

— Ты снова начинаешь волноваться из-за ерунды, Каз... Я в порядке, у меня просто был небольшой упадок сил, но я быстро встану на ноги, и это благодаря тебе!

Тогда брюнет издал циничный смешок.

— Благодаря мне? Не смеши меня, папа, это отчасти из-за меня ты оказался в таком жалком состоянии.

— Это неправда, и ты это прекрасно знаешь. Это ты позволяешь мне финансировать моё лечение, так что перестань вести себя как идиот и обними своего отца, сынок!

Каз слегка вздохнул, прежде чем наклониться к старику, чтобы немного неловко прижаться к нему в объятиях, которые тот ему протягивал. Он довольно быстро оторвался от объятий, хотя они всё же смогли усилить улыбку мужчины, который смотрел на сына с некоторой гордостью.

— А как твоя работа, всё ещё идёт, как ты хочешь? — спросил его отец.

Внезапно Каз повернулся ко мне, озорная полуулыбка растянулась на его губах, когда он ответил:

— Если можно так сказать...

Это внезапное изменение поведения тут же привлекло ко мне всё внимание, заставляя меня покраснеть, в то время как мне казалось, что меня застали врасплох за вуайеризмом. Я заколебалась, не убежать ли мне, спрятаться подальше от этих любопытных взглядов, когда голос отца прозвучал, предотвращая любой побег.

— Ну, Каз, кто эта очаровательная девушка, которой удаётся заставить тебя улыбнуться? — спросил он, забавляясь.

— Перестань нести чушь. Это Эрато Карлтон, дочь моего босса, и она... подруга, — менее уверенно парировал он.

Я тут же изогнула бровь. Подруга? Это было лучшее! Каз и я были много чем, но уж точно не друзьями...

— Подруга? Вот как... — усмехнулся мужчина со множеством намёков.

Его намёк смутил меня, и я почувствовала, как кровь снова прилила к моим щекам. Эта ситуация была действительно неловкой, и я почти пожалела, что не сбежала, когда у меня ещё была возможность. Каз бросил убийственный взгляд на своего отца, что только усилило его веселье.

— Это неправда! Я уверен, что вы влюблены! — воскликнул Чарли.

Очень позабавленная выражением лица, которое внезапно появилось у моего телохранителя, я решила добавить масла в огонь его раздражения, слегка наклонившись к малышу, прежде чем слащавым голосом заявить:

— Поверь мне, Чарли, твоему старшему брату гораздо больше нужен хороший психотерапевт, чем возлюбленная...

Отец обоих мальчиков тут же расхохотался, в то время как Чарли принялся спрашивать у него значение слова «психотерапевт». Сама смеясь, я быстро посерьёзнела, когда мрачный взгляд моего телохранителя встретился с моим, обещая мне, что я скоро пожалею о своих словах...

— Так, молодёжь, как насчёт того, чтобы подождать меня в гостиной несколько минут, чтобы потом мы могли отправиться отведать вкусных, больших гамбургеров из закусочной Дебби? — предложил отец Каза, чтобы разрядить наэлектризованную атмосферу.

Чарли закричал от радости, подняв свои маленькие ручки в знак победы, прежде чем энергично броситься в гостиную. Я повернулась, чтобы последовать за ним, забавляясь его заразительным энтузиазмом, когда меня прервала посреди коридора сильная рука, резко схватившая меня за предплечье. Мои глаза встретились с чёрными зрачками моего телохранителя. И чёрт возьми...