Морозный воздух царапал легкие с каждым судорожным вдохом. Я оглянулась – погони пока не было. Мимо проезжало желтое такси. Я отчаянно замахала рукой, чуть не бросившись под колеса. Машина визгнула тормозами, обдав меня запахом жженой резины. Я рванула тугую дверцу и запрыгнула на заднее сиденье.

– Куда едем, девушка? – удивленно спросил таксист, разглядывая меня в зеркало заднего вида.

– Куда угодно! – выдохнула я, вжимаясь в сиденье. – Просто гоните прямо! На вокзал, на любой вокзал. Умоляю, быстрее!

Машина сорвалась с места, вливаясь в шумный поток ночного города. Я закрыла глаза, пытаясь унять бешено колотящееся сердце. Я сделала это. Я сбежала. Но почему-то вместо долгожданного глотка свободы грудную клетку сдавило стальным обручем.

Губы все еще физически горели от его жесткого прощального поцелуя, а на языке мерещился его вкус. Я зажмурилась до цветных пятен, почувствовав, как едкие слезы подступают к горлу. Я поступила, как последняя дура. Но вернуться назад теперь не могла.

Он возненавидит меня.

Он никогда тебя и не любил, Алина. Он просто найдет новую куклу, вот и всё.

Только почему-то эти мысли меня совершенно не успокаивали.

Гул старенького мотора такси сливался с бешеным стуком моего сердца. В салоне пахло дешевым ванильным ароматизатором и сигаретами – резкий контраст с терпким парфюмом Дмитрия, запах которого, казалось, въелся в мою кожу.

Хотелось открыть дверь прямо на ходу, выскочить на асфальт и побежать обратно в ресторан. Голова раскалывалась от паники. Правильно ли я поступила? А если из-за моей выходки сорвутся эти чертовы переговоры? Я до боли сжала край сиденья, стараясь дышать ровно.

Алина, прекрати. Ты не настолько важная фигура, как он пытался тебе внушить. Он вечно твердил, что я нужна ему для имиджа. Для картинки идеальной семьи перед Арамовым. Но ведь до меня он прекрасно справлялся со своей империей один!

Все его слова, эти пронзительные взгляды, подаренные колье – всё это было нужно лишь для того, чтобы усыпить мою бдительность. Чтобы затащить в постель и сделать послушной марионеткой. И он почти справился.

Мое тело до сих пор горело, помня тяжесть его рук на моей обнаженной спине, вкус его губ, властность, с которой он впечатал меня в себя перед выходом. Я зажмурилась, глотая злые слезы. Я быстро привыкну к тому, что его больше нет в моей жизни.

А он... он просто найдет новую ширму. Какую-нибудь покладистую куклу, которая не будет задавать лишних вопросов и сбегать через черный ход. Которая сама с радостью прыгнет к нему в койку. Сердце болезненно сжалось, а в горле встал горький, царапающий ком.

– Вы в порядке?

Я вздрогнула и поймала на себе взгляд таксиста в зеркале заднего вида.

– Вы словно Золушка, сбежавшая с бала до полуночи, – неловко пошутил он, крутя руль.

Я криво улыбнулась, чувствуя, как по щеке всё-таки скользнула горячая капля. Я реально выглядела нелепо. В роскошном алом платье, с вечерним макияжем и прической, сжимая в кулаке туфли, я мчалась в никуда. Без телефона. Без плана. Абсолютно беззащитная.

– В порядке, – глухо ответила я, отворачиваясь к окну. – Просто вечер не задался.

Мужчина сочувственно хмыкнул и начал какой-то длинный, монотонный рассказ про свою смену. Это спасало. Его бубнеж заполнял звенящую тишину в моей голове. Огни ночной Москвы сливались в смазанные желтые полосы.

Куда мне ехать? К отцу? Глупо, он первый же сдаст меня Воронову. К Кате нельзя. Только ее подставлю. Я осталась совершенно одна в городе, который теперь казался мне огромной, холодной пастью.

Визг тормозов разорвал пространство так резко, что я не успела даже вскрикнуть. Меня с силой швырнуло вперед. Я больно ударилась плечом о спинку переднего кресла и отлетела обратно. Такси замерло посреди безлюдной эстакады.

Прямо перед нашим капотом, отрезая путь, по диагонали стоял огромный черный внедорожник. Ослепительный свет его фар бил прямо в лобовое стекло. Секундой позже сзади визгнули шины второй машины, наглухо блокируя нас с тыла.

Дмитрий. Это была первая мысль. Он нашел меня. Так быстро. Странная, парадоксальная волна облегчения захлестнула грудь, тут же сменяясь липким, удушливым ужасом. Мне конец. Он убьет меня за этот побег.

– Что за черт... – пролепетал таксист, вжимаясь в руль.

Его лицо в свете фар стало пепельно-серым. Дверь переднего джипа хлопнула. К нашему такси направилась темная, грузная фигура. Я затаила дыхание, ожидая увидеть яростный взгляд Воронова или непроницаемое лицо Глеба.

Но мужчина, подошедший к окну, не был похож ни на кого из охраны Дмитрия. У него было мятое, жесткое лицо со шрамом на подбородке и абсолютно пустые, мертвые глаза стервятника. По позвоночнику скользнул ледяной холод.

Незнакомец дернул ручку моей двери. Заперто. Он вытащил из-за пазухи пистолет и небрежно постучал дулом по стеклу прямо перед носом таксиста.

– Открой, шеф. И жить будешь.

Щелкнул центральный замок. Таксист даже не шелохнулся, вцепившись в руль побелевшими пальцами. Дверь распахнулась. Ледяной ночной ветер ударил по моим голым плечам, заставляя покрыться крупной дрожью.

– Выходите, Алина Сергеевна, – приказал мужчина, делая шаг назад и кивая на асфальт.

Мое имя на его губах прозвучало как приговор. Я в панике отползла по сиденью к противоположной двери, нащупывая ручку за спиной.

– Помогите мне! – крикнула я таксисту, но тот лишь зажмурился, вжав голову в плечи.

– Ну же! Не заставляй меня портить такое красивое платье, – рявкнул амбал.

Мои пальцы наконец нашли ручку. Я дернула её и вывалилась в спасительную темноту с другой стороны машины. Но стоило мне сделать шаг на подгибающихся ногах, как из-за багажника вынырнула вторая тень. Жесткие, пахнущие табаком и металлом руки мертвой хваткой впились в мои предплечья.

– Пустите! – истошно закричала я, отбиваясь свободной рукой и пытаясь ударить его каблуком. – Помогите!

Это было бесполезно. Мое сопротивление для него было не страшнее трепыхания бабочки. Меня грубо оторвали от земли и швырнули на кожаное сиденье второго джипа. Я больно ударилась коленом, попыталась вскочить, но дверь с лязгом захлопнулась. Защелкнулись замки.

По бокам от меня мгновенно сели двое. Воздух в салоне пропитался запахом чужого мужского пота и опасности. Джип сорвался с места, вдавливая меня в спинку. Я задыхалась от ужаса. Меня трясло так сильно, что зубы стучали.

– Кто вы такие?! – голос сорвался на хриплый, жалкий писк. – Что вам от меня нужно?!

Тот, что сидел слева, сально ухмыльнулся в полумраке салона, скользнув взглядом по моему открытому бедру.

– Нам твой муж нужен, красотка. Он нам кое-что задолжал.

Он протянул руку и грубо провел шершавым пальцем по моей ключице. Я вжалась в сиденье, сгорая от омерзения и первобытного страха.

– А пока Воронов будет бежать сюда, роняя слюни, – добавил второй, сидящий за рулем, – мы найдем, чем с тобой развлечься.

В глазах потемнело. Воздух окончательно перестал поступать в легкие.

Сейчас я больше всего на свете хотела, чтобы Дмитрий оказался рядом. Но еще сильнее я боялась, что он действительно придет за мной. Пусть лучше он ненавидит меня за побег, чем сунется под пули этих ублюдков. Я просто этого не стоила.

Арамов монотонно о чем-то рассуждал. Его голос сливался в ровный, раздражающий гул. Я кивал, вставлял нужные реплики, играл партию идеального партнера. Но мои мысли были совершенно в другом месте.

Они были с Алиной. Я держался изо всех сил, чтобы не послать все к чертовой матери и не увезти ее домой в этом откровенном платье.

На нее пялились все в этом гребаном ресторане. Только Арамов на нее не глазел. Видимо, возраст уже не позволял пускать слюни на чужих жен. И на том спасибо.

Не хотелось мне ее одну отпускать даже в уборную. Мало ли кто к ней приставать будет. Успокаивало лишь то, что с ней был Глеб. Он проверенный человек, лишнего не сделает и не скажет.