– Смотри на меня, – потребовал он.

Но я не могла. Перед глазами взрывались фейерверки. Я вцепилась в его плечи, глотая стоны, которые рвались из груди. Спустя мгновение меня накрыло. Волна удовольствия, острая, как бритва, пронзила тело, заставив выгнуться дугой. Я выкрикнула что-то нечленораздельное, содрогаясь в его руках.

Я стояла посреди комнаты, полная решимости и животного страха одновременно. Хотелось спрятаться куда подальше от этого мужчины и его горящих глаз. Но я усилием воли заставила себя врасти ногами в пол.

Алина, просто потерпи. Это всего лишь тело. Это всего лишь одна ночь. Да, он не твой любимый человек. Твой первый раз будет совсем не таким, как в девичьих мечтах. Закрой глаза и просто потерпи. Он не сможет сломать тебя.

И я чувствовала, как лгу себе каждой такой мыслью. Ведь я обмякла еще там, в машине. А сейчас окончательно сходила с ума. Страх забился куда-то под ребра, уступив место чему-то еще совсем мне незнакомому, но обжигающему.

Дмитрий медленно потянул платье вниз. Тяжелый атлас, расшитый жемчугом, с шелестом скользнул по моему телу и упал к ногам белым облаком. Я осталась стоять перед ним практически обнаженная – в одних прозрачных кружевных трусиках и чулках, которые ничего не скрывали.

Я машинально прикрыла грудь руками, пытаясь защититься от его взгляда. Лицо и шею залило краской стыда. Я почувствовала себя товаром на витрине, который купили и теперь придирчиво осматривают перед употреблением.

Дмитрий отступил на шаг. Его взгляд стал тяжелым, почти осязаемым. Он скользил по мне медленно, жадно, отмечая каждый изгиб, каждую родинку. Я слышала его тяжелое, сбивчивое дыхание. Между ног снова стало влажно. Стало страшно, что я просто начну капать на пол, как дешевая шлюха.

– Блять… – выдохнул он с хрипотцой, словно ему не хватало воздуха. – Какая же ты… ахуительная.

От звука его голоса, наполненного голодом, по моей спине пробежали мурашки и напряглись соски. Он не дал мне опомниться. В один шаг преодолел расстояние между нами, подхватил меня на руки и швырнул на широкую кровать. Я не успела даже вскрикнуть, как оказалась на спине, утопая в мягком одеяле. Я тут же сжалась в комок, подтянув колени к груди. Меня начало трясти крупной дрожью. Нервы сдали окончательно.

Дмитрий навис надо мной. Огромный, подавляющий, горячий. Он уперся руками в матрас по обе стороны от моей головы, запирая меня в кольцо. Он увидел мою дрожь. Его глаза, до этого затуманенные похотью, вдруг прояснились. В них мелькнуло что-то жесткое, но контролирующее.

Он провел широкой ладонью по моему бедру, медленно поднимаясь выше, к талии. Его рука была горячей, обжигающей, и этот контраст с моей ледяной кожей заставил меня выгнуться. Не знаю, чего я хотела больше: сбежать или обхватить его руками, чтобы наконец согреться.

– Посмотри на меня, – приказал он.

Голос звучал властно, не терпя возражений. Я зажмурилась сильнее, мотая головой.

– Нет… Пожалуйста, давай быстрее…

Дмитрий перехватил мои запястья одной рукой и завел их мне за голову, фиксируя. Не больно, но так, что я не могла пошевелиться. Второй рукой он жестко обхватил мой подбородок, заставляя повернуть лицо к нему.

– Открой глаза, Алина.

Я подчинилась. Его лицо было в сантиметре от моего.

– Никакого «быстрее», – чеканя каждое слово, произнес он. – Ты будешь здесь. Со мной. В каждой секунде.

Он наклонился и потерся носом о мою шею, вдыхая запах, от чего у меня по спине побежали мурашки и соски предательски напряглись.

– Я чувствую, как ты дрожишь.

Он укусил меня за мочку уха, и этот укус послал электрический разряд прямо в низ живота.

– Твое тело хочет меня, даже если твоя голова против.

Его рука скользнула вниз, по животу, бесцеремонно очерчивая границы своих владений.

– И сегодня я докажу тебе это.

Его губы накрыли мои, заглушая протест. Поцелуй был жестким, требовательным, со вкусом виски. Я пыталась сжать зубы, не пустить его, остаться безучастной куклой. Я твердила себе: «Я ничего не чувствую. Я его ненавижу». Но это даже в моей голове звучало глупо после того, что произошло в машине.

Дмитрий знал, что делал. Он играл на мне, как на расстроенном инструменте, заставляя звучать против воли. Он легко коснулся моих сосков, заставив меня выгнуться навстречу его руке и, к своему ужасу, захотеть большего. Он влажной дорожкой из поцелуев опустился до моей груди, слегка прикусывая кожу, оставляя на мне алые метки.

Я не могла перестать ерзать на простынях, цепляясь руками за его сильные плечи. Его рука скользнула вниз, бесцеремонно раздвигая мои колени. Я дернулась, попыталась свести ноги, но он лишь сильнее навалился своим весом, фиксируя меня.

– Не закрывайся, – прорычал он мне в губы, кусая нижнюю так, что я всхлипнула. – Ты моя жена. Я имею право видеть тебя. Трогать тебя. Везде.

Его пальцы коснулись меня там снова. Но теперь настойчиво, властно. Я задохнулась. Меня словно ударило током. Это было стыдно, страшно, но… Боже, как же предательски мое тело реагировало на него. Каждое его движение, каждое прикосновение грубых подушечек пальцев к самой чувствительной плоти вызывало волну мурашек.

Он проник глубже, поглаживая стенки моего влагалища. Я всхлипывала от новой, незнакомой мне стимуляции. Это было одновременно непривычно и приятно. Я чувствовала, как все внутри меня сжимается, словно притягивая его еще ближе. Уговаривая его не останавливаться всего лишь на пальцах. Этого было чертовски мало.

Я ненавидела себя в этот момент. Но не могла перестать громко стонать и извиваться под ним, царапая короткими ногтями его крепкую спину. Дыхание сбилось, а внизу живота разгорелся тяжелый, тягучий пожар, который невозможно потушить силой мысли. Разум окончательно отключился, когда он прикусил мой сосок. Каждое его касание сбивало мои мысли, заставляя меня выгибаться ему навстречу.

– Видишь? – хрипло шепнул Дмитрий, отстранившись и глядя мне в глаза потемневшим взглядом. – Твое тело честнее тебя, Алина.

– Я ненавижу вас… – прошептала я, но голос сорвался на хрип.

– Ненавидь, – разрешил он, нависнув надо мной скалой. – Главное, не лги себе.

Он развел мои ноги шире, устраиваясь между ними. Я поняла, что сейчас произойдет. Паника снова накатила ледяной волной. Я вцепилась пальцами в простыни, до побелевших костяшек. Я старалась не смотреть вниз, но взгляд предательски скользнул по его члену. От осознания его внушительных размеров мне стало по-настоящему страшно, что я просто не выдержу его.

– Пожалуйста… – сама не знаю, о чем я просила.

О пощаде? О том, чтобы это быстрее закончилось? Или чтобы он скорее продолжил?

– Смотри мне в глаза, – приказал он.

Одной рукой он сжал мою грудь, царапая ногтем сосок, а второй придерживал меня за талию. Страх боролся с тягучим чувством наслаждения, от приятной стимуляции. Я прикусила губу, сдерживая себя, чтобы не поддаться ему навстречу. Но не смогла оторвать взгляд от его приоткрытых губ.

И он вошел. Медленно, но неотвратимо. Заполняя меня, присваивая, метя как свою территорию.

Я зажмурилась, ожидая резкой боли. Но ее не было.

Вместо боли пришло странное, глубокое чувство полноты. Это было похоже на первый глоток воздуха, после кислородного голодания. Приятный жар растекся по всему телу. И это ошеломило меня больше, чем боль, которую я ждала.

Дмитрий не дал мне понять, что произошло и тут же накрыл мой рот поцелуем. Я потерялась в его губах и руках, почувствовав, что вот-вот растворюсь.

Он замер, давая мне привыкнуть. Жар и наполненность нарастали с каждой секундой. Я невольно застонала, выгнув спину. Все тело жаждало обхватить его, стать с ним одним целым. Мозг отключился. Я полностью отдалась ощущениям.

Он начал двигаться быстрее. Жестче. Я чувствовала его тяжесть сверху. Его запах, забивающий легкие. Его руки, сжимающие мои бедра, оставляющие синяки.