– Генерального? – я поперхнулась воздухом. – Вы уверены?

– Уверена, – отрезала она. – Поторопитесь.

Ноги мгновенно стали ватными. Я шла по коридору, и стук моих каблуков казался оглушительным. Слишком странно всё складывалось. Нервный ком в желудке затягивался всё туже. В правом крыле меня встретила еще одна девушка, которая молча указала на массивную дубовую дверь.

Я толкнула её, из последних сил надеясь на ошибку. Но в центре огромного кабинета, в глубоком кожаном кресле, сидел тот самый мужчина. Черная рубашка с расстегнутым воротом, тяжелые часы на запястье и взгляд, от которого хотелось забиться в угол. Руслан. Тот самый, который вчера выволок меня из типографии. И уехал с моим паспортом.

Я точно попала.

– Ну привет, малая, – бросил он, даже не отрываясь от бумаг. – Садись поближе. Поболтаем.

Я замерла в дверях, судорожно сжимая лямку сумки. Мир вокруг накренился. Это был какой-то сюрреализм. Таких совпадений просто не бывает.

– Здравствуйте, – дрогнувшим голосом произнесла я, но сесть не решилась.

Ноги словно прилипли к полу. Ну, если собеседование не пройду, хоть паспорт заберу. Нужно во всем видеть только хорошее.

– Сядь, – прилетело, как удар хлыста.

Против воли я подчинилась. Опустилась на самый краешек стула напротив его огромного стола. Все мысли вышибло из головы.

– Я на собеседование... на вакансию помощника бухгалтера...

– Значит, наша ночная партизанка метит в бухгалтерию? Похвально, – он перебил меня, отложив ручку.

Руслан наконец посмотрел на меня в упор. Ухмыльнулся хищно и прошелся взглядом по мне с ног до головы, задержавшись на груди. Я поправила пиджак, чтобы убедиться, что у меня прикрыто.

– Хорошо тебя Алексей воспитал. Упрямая, бесстрашная... Выросла. И красивая, зараза. Фигурка что надо.

Я вздрогнула, пропустив сомнительный комплимент мимо ушей. Одно слово ударило по нервам гораздо больнее.

– Вы... вы знали моего отца?

Ну это точно уже перебор по совпадениям. Руслан не ответил. Он взял мою анкету и, даже не глянув в раздел с опытом работы, размашисто перечеркнул её черным маркером. Звук скрежета стержня по бумаге резанул по ушам.

– Должность твоя, Мельникова. С завтрашнего дня выходишь. Оклад в два раза выше среднего, страховка, полный пакет. Но с условием.

– Каким еще условием?

– Теперь ты под моим тотальным контролем, – он подался вперед, опираясь локтями на стол. Взгляд стал тяжелым, давящим. – Сегодня переезжаешь в корпоративную квартиру. Жить в той дыре, где ты сейчас обитаешь, ты больше не будешь.

– Что за бред? – возмутилась я. – Вы не можете распоряжаться моей жизнью! Я вас даже не знаю!

В голове всё это не вязалось. Злость пробирала до костей. Причем здесь вообще мой отец? Я познакомилась с ним только вчера и теперь он качает мне права.

Руслан медленно поднялся. Он был огромным. Солнце из окна светило ему в спину, превращая его фигуру в угрожающий силуэт.

– Твой отец был моим другом. Точнее, старшим товарищем. И хочешь ты того или нет – теперь ты под моим присмотром.

– Спасибо, но опекун мне не нужен, я не маленькая! – вспылила я. – Либо устраивайте меня как всех, либо я пошла.

– В подопечные и не возьму. Любовницей, возможно. Но это другой разговор, – он обошел стол, сокращая расстояние до опасного минимума.

Я задохнулась от возмущения.

– Да где же вы раньше были, мой герой? – иронично спросила я. – Пять лет я как-то справлялась без вас. А теперь вы вылезаете из ниоткуда и решаете, где мне жить?

Руслан молча достал ключи из кармана и положил их передо мной. Я проследила за ними взглядом. Металл звякнул о дерево слишком громко в этой стерильной тишине.

– Спасибо вам за заботу, но я домой! – отрезала я.

Я даже не коснулась этой «подачки». Сделав шаг к столу, я решительно протянула руку:

– Только паспорт верните. Я его у вас в машине выронила.

Внутри все клокатало от злости. И я очень старалась держать себя в руках, чтобы не выдать мелкую дрожь в пальцах. Руслан несколько секунд смотрел на мою протянутую ладонь, затем медленно открыл ящик и достал мой документ. Он вложил его мне в руку, намеренно медленно коснувшись пальцами моей кожи. По телу прошла непрошеная волна жара.

– Твой паспорт, Мельникова. Забирай. Дверь там, – он кивнул в сторону выхода. – Иди в свою конуру. Только учти: ты никуда теперь не сможешь устроиться. Я быстро занесу твое имя во все черные списки отрасли. Ты не найдешь работу даже курьером.

Я замерла, так и не убрав руку с паспортом. Внутри всё похолодело. Это был какой-то кошмар наяву.

– Но если ты хочешь нормальную жизнь, то берешь этот пропуск, – он указал на карточку сотрудника, – идешь в бухгалтерию, а вечером едешь в квартиру. Я обещал твоему отцу, Даша. И я это сделаю – с тобой или против тебя.

– Это просто смешно, – обессиленно выдохнула я. – Вы сами себя слышите?

Он нажал кнопку селектора, не сводя с меня потемневшего взгляда.

Я поняла, что абсолютно бессильная против него. Если я не соглашусь сейчас, он найдет другой способ превратить мою жизнь в кошмар. А так у меня хотя бы была иллюзия выбора. И возможность его контролировать. Вряд ли он будет вести себя совсем нагло в присутствии других сотрудников. Или он настолько беспринципный хам?

– Лиза, зайди. Проводишь Дарью в бухгалтерию.

– Я не соглашалась на переезд! – я всё-таки сжала паспорт так, что обложка жалобно затрещала.

– В шесть вечера на посту охраны, – отрезал он, уже возвращаясь к бумагам. – Помогу с вещами. Не заставляй меня приходить за тобой дважды.

Упрямый мужчина. Он пугал и притягивал одновременно. В его властности было что-то знакомое: лишнего слова не скажи, всё должно быть по его сценарию. Хотелось развернуться и выйти из офиса прямо сейчас, но... куда я пойду?

Без работы, с пустым кошельком. Да и условия он предлагал объективно лучшие на рынке. Настоящий театр абсурда, где у меня была главная, но абсолютно бесправная роль.

Злость закипала во мне, всё внутри дрожало от негодования. Я сделала глубокий вдох. Ладно, пересекаться я с ним больше не буду, надеюсь. Бухгалтерия на десять этажей ниже – это почти другая планета. Но его слова об отце не отпускали.

Почему я его не помню? Отец редко знакомил нас с мамой с коллегами, оберегал от лишнего внимания. Видимо, Руслан был из тех самых «друзей по шашлыкам», о которых я только слышала.

Ладно, если мне не оставили выбора, я хотя бы получу работу. А как только мне выплатят зарплату, смогу переехать. Пусть думает, что я сдалась.

Лиза зашла в кабинет, и я вышла вслед за ней на негнущихся ногах. Паспорт в кармане грел сердце – маленькая, но победа.

Секретарша молчала всю дорогу до лифта. Только когда двери сомкнулись, кабина заполнилась её приторно-сладким, душащим парфюмом.

– Деточка, даже не смотри на нашего генерального, ты не в его вкусе, – она демонстративно поправила вырез блузки. – И я бы на твоем месте с ним не спорила. Иначе вылетишь отсюда раньше, чем успеешь обустроить стол.

– Я советов не спрашивала, – ровно ответила я.

Что за привычка помечать территорию? Он меня не интересовал ни на йоту. Как только лифт замер, я выскочила в коридор, оставив Лизу недовольно цыкать мне в спину. Что это вообще было? С чего она взяла, что я на этого Руслана притендую?

В отделе бухгалтерии «новой крови» были рады. Коллектив оказался живым, этаж уютно пах бумагой и мятным чаем.

– Так это из-за тебя отдел кадров всё утро на ушах стоял? – надо мной склонилась невысокая девушка с живыми глазами. – Весь офис жужжит: Демидов лично вырвал твою анкету из стопки!

Я лишь пожала плечами. Оксана – так звали мою новую коллегу – оказалась настоящим вихрем. Она была шумной, веселой и очень настоящей. Её искренняя улыбка заставила меня на время забыть о странном утре.

Рабочий день пролетел быстро. Мне даже понравилась вся эта суматоха. Коллектив приятный, работа пока понятная. А завтра аванс выписать обещали. Если вычеркнуть Демидова из утренних событий, то день в принципе удался.