Его губы коснулись моего виска в долгом, отчаянном поцелуе. И в этот момент я поняла: всё действительно закончилось. Прошлое перестало быть пропастью между нами. Вадим больше не представляет угрозы, а все офисные тайны раскрыты. Завтра будет новый, сложный день: долгие разговоры со следователем, оформление бумаг, возвращение к реальности.

Утро встретило меня непривычной, звенящей тишиной и полосами мягкого солнечного света, пробивающимися сквозь плотные шторы.

Я приоткрыла глаза и сладко потянулась. Тело приятно ныло, напоминая о каждой минуте прошедшей ночи, но внутри царила абсолютная, звенящая легкость. Будто кто-то открыл окна в душной комнате, выветрив все страхи и сомнения.

Руслан спал, раскинувшись на своей половине кровати. Во сне он выглядел совершенно иначе: суровая складка меж бровей разгладилась, губы расслабились, а растрепанные темные волосы падали на лоб. Он казался таким... настоящим.

Я осторожно, стараясь не разбудить его, выскользнула из-под тяжелого одеяла. Достала из шкафа его футболку, которая доходила мне почти до середины бедра, натянула ее на себя и босиком прошлепала на первый этаж.

На огромной, высокотехнологичной кухне Демидова было непривычно тихо. Я по-хозяйски распахнула дверцы шкафчиков, изучая запасы. Настроение было настолько потрясающим, что банальная яичница казалась преступлением. Хотелось чего-то особенного. Домашнего.

В глубине одного из ящиков я обнаружила новенькую, видимо, ни разу не использованную электровафельницу. Идеально.

Я быстро нашла в холодильнике яйца, молоко и сливочное масло. Процесс готовки всегда действовал на меня как медитация. Я уверенно замесила густое, тягучее тесто, добавив щедрую щепотку ванилина. Вскоре по дому поплыл умопомрачительный, сладкий аромат выпечки. Я запустила кофемашину, и запах венских вафель смешался с терпкими нотами свежемолотой арабики.

Когда я доставала из вафельницы очередную порцию румяных, хрустящих снаружи и нежных внутри квадратиков, за спиной послышались тихие шаги.

Руслан облокотился плечом о дверной косяк. На нем были только серые спортивные штаны, низко сидящие на бедрах. Он наблюдал за мной с такой теплой, сонной и откровенно собственнической полуулыбкой, что у меня внутри всё перевернулось.

– Доброе утро, – тихо сказала я, выкладывая вафли на тарелку.

– Доброе, – его голос звучал хрипло после сна.

Он неспешно подошел ко мне со спины, обвил руками мою талию и уткнулся носом в макушку.

– Пахнет как всегда обалденно.

Он шумно втянул носом воздух, зарываясь лицом в мои волосы. Затем его горячие губы скользнули по моей шее, заставляя покрыться мурашками.

– Садись, а не то всё остынет, – я со смешком вывернулась из его объятий, хотя отпускать его совершенно не хотелось.

Руслан послушно опустился на барный стул и схватил горячую вафлю.

– Я и не знал, что эта штука в шкафу умеет выдавать что-то вкуснее пластика. Кажется, тебе придется остаться здесь навсегда хотя бы ради завтраков, – с доброй усмешкой броговорил он своим низким голосом.

– Я подумаю, – улыбнулась я в ответ.

А внутри разлилось такое тепло, что я просто расплавилась бы перед ним на тарелке, если бы это было возможно.

Мы завтракали в удивительно спокойной атмосфере. Не было ни споров, ни напряженных пауз. Мы обсуждали какие-то мелочи: погоду, забавные случаи из моего студенчества. Демидов слушал внимательно, не перебивая, иногда с усмешкой качая головой. В эти минуты я окончательно поняла, что именно меня в нем так зацепило.

Его забота и мужская простота меня захватывали. Пьет черный кофе и с аппетитом уплетает мои вафли, не сводя с меня своего взгляда, полного желания. Я никогда не чувствовала себя такой нужной, как сейчас.

Но время неумолимо двигалось вперед. Ближе к одиннадцати утра нам пришлось вернуться в реальный мир.

– Давай собираться, пора в участок, – скомандовал Руслан, отставляя чашку с кофе в сторону.

Я нахмурилась. Не хотелось расставаться с этим уютом и заново переживать все события вчерашнего вечера. Поэтому я немного даже подвисла, тщательно пережевывая вафлю.

Руслан протянул ко мне руку, мягко растрепал волосы на макушке.

– Чего сидишь, малая? Так ехать нельзя.

Я подняла на него взгляд. Руслан выглядел чертовски расслабленно и соблазнительно. Сложил руки на груди, из-за чего мышцы на предплечьях стали выделяться лишь сильнее, и смотрел на меня со смешинками в глазах. Издевался.

– Чего это? – игриво возмутилась я. – Мне кажется, отличный наряд.

Я вскочила со стула и покрутилась перед ним в его же огромной футболке. Руслан фыркнул, одним слитным движением поднялся на ноги и быстро сгреб меня в охапку, подхватывая на руки и направляясь наверх.

Я брыкалась, смеясь и пытаясь вырваться, ровно до тех пор, пока он не повалил меня на измятые простыни. Его губы горячо и властно прижались к моей шее, выбивая из легких весь кислород. В этот же момент я просто расплавилась, изгибаясь ему навстречу.

Широкая футболка одним резким рывком полетела на пол, оставляя меня абсолютно беззащитной перед его потемневшим, голодным взглядом.

– Полиция подождет, – хрипло выдохнул Руслан, нависая надо мной и жестко перехватывая мои запястья. – У нас есть еще время.

Его поцелуй был жадным, бескомпромиссным, со вкусом черного кофе и терпкой страсти. Утренний свет путался в его темных волосах, пока он покрывал влажными, обжигающими поцелуями мои ключицы и грудь, спускаясь всё ниже. Тело мгновенно отозвалось, вспыхивая от каждого его прикосновения. Вчерашняя тягучая нежность сменилась откровенным, пульсирующим желанием.

Он вошел в меня одним резким, уверенным толчком, заставляя выгнуться дугой и вскрикнуть прямо в его губы. Утренний секс был жадным и невероятно горячим. Мы словно пытались насытиться друг другом перед тем, как снова шагнуть в реальный мир. Я до побеления костяшек цеплялась за его широкие плечи, сходя с ума от его бешеного ритма, пока мы вместе не сорвались в слепящую, звенящую бездну удовольствия, теряясь в ней без остатка.

Дорога до управления полиции заняла около получаса. Илья, как всегда безмолвной тенью, вел машину, пока Руслан на заднем сиденье крепко держал мою руку в своей, переплетя наши пальцы.

Кабинет следователя оказался тесным и прокуренным. Мужчина в помятой форме бросил на Руслана уважительный, почти заискивающий взгляд – видимо, фамилия Демидова здесь имела серьезный вес.

Руслан не отходил от меня ни на шаг. Он сел рядом на жесткий стул, всем своим видом показывая, что любое давление на меня будет расцениваться как личное оскорбление.

– Дарья Алексеевна, – следователь включил диктофон и пододвинул ко мне протокол. – Расскажите в деталях о событиях вчерашнего дня. Начиная с момента вашей встречи с гражданином Зиминым.

Я глубоко вдохнула. Страха не было. Чувствуя горячую, надежную ладонь Руслана на своем колене, я спокойно и методично изложила всё, что произошло. Как Вадим караулил меня, как затащил в машину, какими именно словами угрожал и как пытался заставить меня оклеветать главбуха, подсунув фальшивую папку.

Следователь задавал уточняющие вопросы, но как только он попытался копнуть в сторону прошлых дел компании и причин такого поведения Вадима, Руслан жестко вмешался:

– Это не имеет отношения к факту похищения и угрозы жизни, капитан. Моя служба безопасности уже предоставила все финансовые аудиты, доказывающие махинации Зимина. Мотивы ясны – шантаж с целью сокрытия хищений. Сосредоточьтесь на этом.

Следователь понятливо кивнул, не решаясь спорить.

Спустя сорок минут я поставила свою подпись внизу последней страницы протокола. Точка. Жирная, окончательная точка. Вадим больше никогда не появится в моей жизни, а прошлое навсегда осталось в прошлом.

Мы вышли из душного здания на свежий осенний воздух. Руслан по-хозяйски приобнял меня за талию, направляясь к припаркованному внедорожнику. Я облегченно выдохнула, радуясь, что вся эта криминальная грязь наконец-то закончилась, и впереди у нас только спокойная, нормальная жизнь.