Несмотря на явное раздражение, она держалась рядом, как я и просил. Знакомый аромат ее шампуня — как ей всегда удается так чертовски хорошо пахнуть здесь? — сбивал меня с толку. Сосредоточься, тупица.

Пиро бочком подобрался, ухмыляясь, как осел, каким он и был.

— Итак, — протянул он, — вы двое разрешили свою маленькую супружескую ссору?

Я бросил на него уничтожающий взгляд.

— Очень смешно, придурок, — пробормотал я, не в настроении выслушивать его обычную чушь. Прежде чем я успел сказать ему, чтобы он прекратил это, воздух прорезал голос Рыжей.

— Кто-нибудь еще чувствует запах газа?

От ее слов я похолодел. Команда беспокойно переминалась с ноги на ногу, бросая взгляды на землю, топливо, друг на друга.

— Всем замереть, — рявкнула я, сердце бешено колотилось, глаза шарили по сторонам в поисках любых признаков утечки. — Никто не пошевелит ни единым гребаным мускулом.

Рыжей, конечно, было что сказать.

— Нам нужно очистить территорию. Если возникнет искра...

— Я сказал, не двигайся, мать твою! — Я прервал ее, мой голос был достаточно резким, чтобы резать.

Она была права, но мы не знали, где была утечка, и один неверный шаг мог превратить это место в огненный шар.

— Один шаг в неправильном направлении, и все пойдет прахом.

Затем это произошло.

Краем глаза я уловил отблеск в небе, что-то маленькое, но быстрое. И в ту долю секунды у меня внутри все сжалось, когда я понял, что это было — самодельная бомба, летящая прямо на нас.

— Черт! — Я едва успел отреагировать. — Бомба! — Закричал я, мое тело дернулось прежде, чем мой мозг смог полностью осознать происходящее.

Я бросился на Рыжую, схватив ее за руку и сильно потянув вниз. Мы упали на землю как раз в тот момент, когда воздух разорвал взрыв.

Взрыв был оглушительным, его сила обрушилась на меня, когда я заслонил ее своим телом. Все превратилось в хаос — повсюду летали грязь и обломки, воздух наполнился запахом горящего топлива. В ушах у меня зазвенело от взрыва, жар от взрыва обжег кожу, но все, на чем я мог сосредоточиться, былая Рыжая подо мной.

Время замедлилось. Мое тело было прижато к ее телу, ее грудь вздымалась под моей. Я чувствовал каждый дюйм ее тела, ее дыхание стало быстрым и неровным, когда она поняла, как близко мы были к тому, чтобы разлететься на части. У меня кружилась голова — частично от взрыва, но в основном от того факта, что я был так близко к ней, посреди всей этой опасности. Интенсивность всего этого сводила меня с ума.

— Бродяга, — прошептала она дрожащим голосом, едва слышным в хаосе, все еще отдававшемся эхом вокруг нас.

Я приподнялся ровно настолько, чтобы посмотреть на нее сверху вниз. Мой разум, который всегда мчался со скоростью мили в минуту, остановился всего на секунду, полностью зациклившись на том факте, что она была прямо подо мной.

Ее зеленые глаза были широко раскрыты, губы приоткрыты, когда она уставилась на меня в ответ. Мое дыхание было тяжелым, адреналин бушевал во мне, как лесной пожар, но на долю секунды все, о чем я мог думать, это о том, насколько мы были чертовски близки — ее тело прижималось к моему, жар между нами, то, как ее волосы веером разметались по земле под ней.

Я стряхнул это, глубоко похоронив мысль. Не сейчас. Не сейчас, черт возьми.

— Ты в порядке? — Прохрипел я хриплым голосом, пытаясь выдавить слова из-за звона в ушах.

Она кивнула, все еще выглядя немного ошеломленной, ее рука инстинктивно вцепилась в мою руку.

— Я в порядке, выдавила она дрожащим голосом. — Но остальные...

Я оторвался от нее, чертовски неохотно, заставляя свои ноги слушаться, даже несмотря на то, что они дрожали от взрыва. Вокруг нас остальные члены команды с трудом поднимались на ноги, кашляя и вытирая пыль и пепел со своих лиц.

Машина, на которой приехали Рыжая и Пиро, была всего лишь искореженной грудой металла, бензин, который они привезли с собой, теперь стал жгучим воспоминанием.

— Пойдем, — проворчал я, протягивая руку.

Она крепко ухватилась за нее, и я поднял ее, возможно, чересчур сильно. Она уткнулась мне в грудь, и на долю секунды я почувствовал мягкость ее тела рядом со своим. Черт. Определенно не время, Бродяга.

Отбросив всю эту чушь в сторону, я осмотрел обломки. От едкого запаха горящего топлива и расплавленной резины у меня заложило нос, когда от того, что осталось от машины, повалил дым.

— Пиро! — Крикнул я хриплым голосом, пытаясь разобраться в ситуации.

— Я в порядке! — крикнул он в ответ откуда-то из-за моей спины, но я едва мог разобрать, где он был, сквозь дым и дымку.

Жар от взрыва все еще витал в воздухе, затрудняя дыхание.

Вот тогда-то я и увидел их — они двигались из деревни, как тени в пыли. Вооруженные до зубов, с винтовками за плечами, они приближались к нам. Они двигались не быстро, но и не торопились, черт возьми. Я насчитал дюжину, может, больше. Это была не просто какая-то случайная группа придурков. Они знали, что мы здесь, и пришли за кровью.

— Черт, — прошипел я, инстинктивно крепче сжимая руку Рыжей. — У нас компания.

Мой пульс участился, но мое тело перешло на автопилот. Я повернулся к остальной команде.

— Приближаемся! — Крикнул я, пытаясь сплотить ребят.

Пиро и Вайпер уже пришли в движение, вытаскивая свое оружие, но я знал, что мы по уши в дерьме. Нас превосходили числом, вооружением, и они прижали нас, как крыс.

— Рыжая, держись позади меня, — прорычал я, притягивая ее ближе и подталкивая к какому-нибудь укрытию — старой стене, едва держащейся, но лучше, чем ничего.

Она сопротивлялась полсекунды, как обычно, со своим упрямством, но один мой взгляд заставил ее замолчать.

Первый выстрел рассек воздух, выводя меня из оцепенения. Я бросился на землю, пуля просвистела мимо меня, слишком близко, черт возьми. В одно мгновение все стало только хуже. Моя команда рассеялась, пытаясь найти любое возможное укрытие. Но этого было недостаточно — некуда было бежать, негде спрятаться.

Стрельба раздалась со всех сторон, резкий хлопок автоматных очередей осветил деревню, как гребаный фейерверк. Я нырнул за груду щебня, выхватил пистолет и открыл ответный огонь, но это было все равно что пытаться потушить лесной пожар.

— Они, блядь, повсюду! — Крикнул Пиро, присел на корточки за старым, проржавевшим автомобилем и выпустил несколько патронов.

Я видел, как один из этих ублюдков упал, но двое других просто заняли его место, быстро приближаясь.

Нас загнали в угол.

Движение позади меня. Я обернулся как раз вовремя, чтобы увидеть, как один из них бросился на меня, и я не подумал — просто отреагировал. Я встал, размахивая винтовкой, как битой, и ударил его по лицу. Его нос хрустнул, как будто он наступил на пивную банку, по подбородку потекла кровь. Но ублюдок не остался лежать. Он снова набросился на меня, и я набросился на него, вдавливая в землю, размахивая кулаками.

Это было грязно, жестоко и чертовски хорошо. Костяшки моих пальцев били его по лицу, снова и снова, кровь разбрызгивалась по грязи. Я не останавливалась, пока он не обмяк подо мной, его тело подергивалось, когда я оттолкнулась от него.

Но времени наслаждаться этим не было. Еще один ублюдок бросился на меня, и на этот раз он размахивал ножом. Я увернулся, едва не задев лезвие, и врезал кулаком ему в живот. Он застонал, но не упал. Вслед за этим я ударил его локтем в лицо, ощутив удар костями, и он рухнул, как мешок с кирпичами. Я пинком отбросила нож за пределы его досягаемости, но это не имело значения — приближались новые.

— Черт! — Заорал я, вытирая пот и грязь со лба.

Жара, стрельба, хаос — все смешалось воедино, превратившись в одно большое пятно шума и насилия. Моя команда все еще сражалась, но нас окружали. Мы были в полной заднице.

Рыжая скорчилась за стеной с широко раскрытыми глазами, но, к ее чести, она не теряла самообладания. Я должен был отдать ей должное. Она знала, как держать себя в руках, когда это имело значение.