– Ну-у… Тебе вот прям очень жаль? Ну честно? Эта стерва спала с твоим мужем так-то.

– Аарха, – прорычала Ирис.

Колдунья вздохнула.

– Выбора у нас, девонька, особо не было. Союз с Валиром оченно нужен твоему мужу. И брак своего человека с твоим братом нужен.

– Ему девять лет, а ты – старая! Вы рехнулись?!

– Девушке столько лет, на сколько она выглядит, – самодовольно отбрила бывшая Аарха, встала, подошла к зеркалу, висевшему на стене, и покрутилась перед ним, с наслаждением себя разглядывая. – Слушай, принцесса, не кипятись. Тебе-то чем плохо? Возвышается муж – возвышается и жена. Эстэлька избавилась от мук, я снова обрела тело, Валир получает больше власти и влияния, Ширан обретает верного человечка замужем за королём. И всем хорошо.

«Поэтому Ширан хотел, чтобы Эйв женился на Эстэль, – подумала Ирис. – Чтобы держать принца под контролем».

– Он тебя сжёг, – тихо напомнила она.

Аарха дёрнула плечом:

– С кем не случается? Зато в итоге омолодил.

И рассмеялась. А потом нахмурилась:

– Слушай, девонька, не кочевряжься. Если хочешь помочь своим братикам и всему королевству, просто слушайся мужа. Ширан не так ужасен, как тебе кажется. Его отец давно бы провёл тебя через пыточные, сломил бы волю и сделал бы так, что ты была бы согласна на всё. Всех предать, всех убить, переспать, с кем надо твоему мужу, лишь бы он тебя не трогал…

– Асбрант тебя…

Колдунья усмехнулась криво.

– Не меня. Мою сестру. Она была славной ведьмой, – добавила с грустью. – Если бы не её помощь, герцогу Асбранту никогда было бы не одолеть Шестую княгиню Огненных земель. Илисса любила мою сестричку и доверяла ей. Но ведьмы – не демоны. По сути, мы такие же люди, только обладаем магией и знаниями. Но боль чувствует так же, как…

– Ты воспитала Ширана, верно? И научила его убить отца?

Аарха усмехнулась, и было странно видеть её усмешку на прекрасном личике Эстэль.

– Да, девонька. Иногда для мести нужно выждать время. Много-много времени. Иногда нужна сначала показать свою рабскую преданность господину. Чтобы потом ударить его в спину, когда он научится тебе доверять.

Ирис стало жутко. Она вдруг поняла: Ширан это знает. Поэтому никогда и никому, даже той, что заменила ему мать, не доверяет. Поэтому и любить по-человечески не может, ведь любовь без доверия – это не любовь.

– Я помогу тебе, – внешне спокойно предложила принцесса. – Я научу, как себя вести и говорить так, чтобы никто не понял, что перед ним не Эстэль. Даже Валир. Тут, впрочем, тебе повезло: Валир не очень близко общался с Эстэль. Вот Лиона ты бы не обманула. Кстати, а что с ним стало?

– Умер. Заболел и умер.

– От чего?

– Так холера ж. Эпидемия.

Принцесса нахмурилась:

– Дай-ка отгадаю. Доктор эль Диар осматривал?

Аарха ухмыльнулась.

– Кто, как не он? Эль Диар теперь придворный лекарь Южного герцога.

– Понятно, – процедила Ирис. – Так вот, я помогу тебе стать Эстэль, а ты поможешь мне.

Девица-старуха прошла, налила себе вина из кувшина в кубок, пригубила. Хитро покосилась на Ирис.

– Помогу, – согласилась причмокнув. – Например, не скажу твоему мужу, что ты давно уже можешь сама вставать из коляски.

– Что за чушь!

– Ой, девонька! Ну мне-то не лги, а? Ты ведь поэтому отослала доктора, верно? Он бы заметил во время тренировок, хе-хе, что ножки-то уже вполне способны плясать по дорожке. Не боись, милая, я ведь уже на твоей стороне. Ширан спрашивал меня как-то на днях, может ли человек владеть ногами во время секса, если во всё остальное время он с ними не дружит.

– И что ты? – хрипло выдохнула Ирис, холодея и вцепившись в подлокотники.

– А что я? Говорю: «Да, секс – это другое, милый. Страх встать на ноги, и вообще». Наплела ему с три короба. Хе-хе. Сказала, что раз так, то надежда на исцеление есть.

И Аарха тоненько захихикала. Протянула нежную розовую ручку:

– Ну что, союз, королевишна?

– Союз, – кивнула Ирис и пожала её.

«Но пусть меня проклянут демоны, если когда-нибудь я повернусь к тебе спиной!»

Весь бал Ирис проразмышляла над новыми опасностями и перспективами, а ночью герцог пришёл в спальню к новобрачной, и ей стало уже не до размышлений и козней.

Шёл второй месяц войны. Дайн скучал. Королю было непонятно: почему его не взяли в армию, и почему война длится так долго. За окном грустил осенний дождик, мелкий, противный.

Эстэль зевнула, прикрыв ладошкой в ажурной перчатке, рот.

– Мой король желает ещё поиграть?

Дайн покосился на невесту. Насупился.

– Нет. Оставьте меня одного.

Он не понимал, что не так, но чувствовал её снисходительность, когда они играли в войну Золотого и Серебряного королевств. Эстэль охотно переставляла фигурки, но равно одинаково принимала и победу, и поражение, и Дайн видел, что на самом деле его невеста играет с ним «понарошку», и это его бесило. Рядом с ней король чувствовал себя маленьким мальчиком.

– Это не я маленький, это она – старуха, – прошипел он, когда двери за невестой плотно закрылись. Забрался на подоконник с ногами и печально посмотрел во двор: даже шар запускать не хотелось.

Во дворе какая-то девочка под зонтиком мерила тропинку шагами.

Можно было бы позвать Ирис, с сестрой было как-то веселее, но у Ирис не было ног, а как играть с тем, у кого ног нет?

Девочка во дворе развернула какой-то свиток, оглянулась, подошла к статуе Мартики, съедающей змею, и принялась отсчитывать от неё шаги, размахивая руками. Дайну стало интересно. Сделав ровно шестнадцать шагов, незнакомка замерла, снова развернула в руке свиток, сверилась с ним и точно так же – чётко печатая каждый шаг на полную ширину – двинулась налево. «Сокровища! – осознал Дайн. – Она точно ищет сокровища!» А что ещё можно ещё искать в парке таинственного Китового дворца с картой в руках?

Король распахнул окно и по пояс высунулся наружу:

– Эй!

Девочка обернулась.

– Ты кто такая и что здесь делаешь?

Она спрятала карту за спину.

– Гуляю, – ответила звонко.

– Подожди! Я сейчас, – крикнул Дайн.

Он схватил первый попавшийся плащ и выбежал в коридор, промчал мимо неподвижных гвардейцев. Те двинулись было следом, но король с досадой крикнул:

– Вы ещё в туалет за мной ходите! Стоять на месте. Я скоро.

Да и что с ним могло случиться в саду, который королевская гвардия охраняет по периметру?

Девочка успела уже довольно далеко уйти, но Дайн всё же догнал её:

– Ты чего ищёшь?

Она обернулась. Дождик скатывался по шёлку зонтика.

– Госпожа Бессития? – удивился Дайн.

Та присела в реверансе.

– Моя мама в гостях у советника Горий, – пояснила нетерпеливо. – А я тут гуляю. Не люблю, когда жарко.

– А что вы ищете?

– Я… не ищу, – она смутилась.

– Врать своему королю плохо, – рассердился Дайн.

Бессития закатила глаза и фыркнула.

– Всё это глупости. Просто я читала в библиотеке и нашла какую-то карту в старинной книге.

– Покажи, – потребовал Дайн.

Девочка протянула кусочек пожелтевшей страницы. Король уставился на схему. Облизнулся.

– Ты дура, – сказал решительно. – Это правда карта. Только не Китового, а Большого дворца, который сгорел!

– Да? С чего ты решил?

Девочка насупила тонкие бровки. Дайн пожал плечами:

– Вот тут тройная терраса. И дворец шире. А здесь два фонтана… Точно Большой.

Король повертел карту и увидел в углу, куда вели линии, размеченные в шагах («шестнадцать шагов на север, затем двадцать четыре шага на запад к кривой берёзе…») крестик.

– И что там? – спросил требовательно.

– Не знаю, – девочка шмыгнула носом. – Там не написано. Ладно, понятно.

Она забрала карту и запихнула в ридикюль.

– Эй, отдай! – возмутился король. – Дворец мой, значит, и карта моя!

Бессития пожала плечами:

– Тебя всё равно не отпустят. Хочешь, я потом поделюсь?