Выбежав из покоев уже одетой, Ирис на миг замерла, колеблясь, а потом всё же пересилила ужас, открыла дверь в комнату жениха. Изиргир сидел верхом на перевёрнутом кресле и, покачивая ногой, рассматривал тело.

– Я всё, – пискнула Ирис.

Демон обернулся к ней и усмехнулся.

– Умница, зефирка. Беги.

– Что ты будешь делать с… – она запнулась.

– Да вот, думаю. Может мне проще тебя убить? Очень любопытно, что после твоей смерти станет с Ширанчиком…

Ирис недоверчиво заглянула в его лицо, не зная наверняка: шутит Изиргир или нет. Закрыла дверь и бросилась в башню принцессы Ксиратты.

– От тебя пахнет страхом, – недовольно скривилась кошачья принцесса, когда девушки замерли друг напротив друга в выжидательных позициях.

«Интересно, а трупом не пахнет?» – сумрачно подумала Ирис.

– И… демоны! не говори, что ты мылась шампунем Кьярваля! Вы… вы что…

Мордочку Кси перекосило от отвращения. Ирис потихоньку выдохнула и мило ответила:

– Твой брат болен, и Её Величество велела мне ухаживать за ним.

– А ты сбежала ко мне? – рассмеялась кошка.

Ирис пожала плечами:

– Так а что мне делать, если он целыми днями спит?

И едва не пропустила удар...

Мирис застала обеих принцесс, катающихся по полу и с наслаждением мутузящих друг друга.

– Ваши Высочества, – громко позвала фрейлина, остановившись в дверях. – Мне необходимо ваше внимание.

Обе девушки – Кси внизу, Ирис наверху – нетерпеливо оглянулись на неё.

– Пожар в крыле наследника, – холодно пояснила дама королевы.

Ирис спрыгнула и бросилась в коридор.

Пожар! А как же книга? А письмо? Ведь от её комнат до покоев Кьярваля – рукой подать. Это то же самое крыло!

– Сюда нельзя, Ваше Высочество, – перед ней из темноты появился стражник, перегораживая путь.

– Там… там… Там мой жених, пустите! – рявкнула Ирис, поднырнула под его руку и бросилась бежать дальше.

Ну не про книгу же было кричать. Её пытались остановить, но так как гвардейцы не осмеливались касаться руками принцессы, то Ирис снова и снова прорывалась вперёд, пока кто-то не подхватил её на руки, не понёс куда-то прочь. Принцесса зарычала, забилась, закричала, но руки не разжались. Её вынесли во двор, в сад.

– Цепочкой становись! Гидрант… Шланг…

Ирис замерла, глядя через плечо простого рабочего, дерзнувшего схватить сиятельную госпожу на руки, как алые отблески мечутся, как чёрный дым клубами поднимается в небо.

– Можете опустить меня на землю, Баэрд, – прошептала она, наконец, устало. – Я не настолько сошла с ума.

Вокруг носились люди, передавали вёдра друг другу, разматывали шланг, один конец которого был опущен в воду эллинга. Баэрд послушался. Ирис молча стала смотреть, как горит Пурпурный дворец, как из окон разрастаются огненные языки.

Кто-то схватил её за плечи, рванул к себе. Зелёные глаза горели газовыми фонарями.

– Где мой сын?!

– Н-не знаю…

– Где мой сын, тварь?! Ты оставила его, больного, одного в комнате?!

Королева тряхнула Ирис, влепила пощёчину:

– Отвечай! Живо отвечай! – голос её сорвался на крик. – Где мой сын?

– Он спал…

Звон пощёчины слился с гулом пожара.

– Ваше Величество, в покоях наследника видели тело. Но приблизится к нему возможности нет. Пожар начался оттуда.

Ирис даже не оглянулась на мужской голос. И так понятно: кто-то из гвардии.

– Ты сдохнешь, – дрожа от ярости прохрипела Пьерин. – Сдохнешь!

Она выпустила когти и шагнула к невестке. Над верхней губой резко выросли длинные вибриссы, кожа покрылась шерстью. Баэрд отпихнул Ирис за себя, схватился за нож. Девушка сунула руку в карман, ища Барсика. Пальцы натолкнулись на свёрнутую бумагу. «Письмо. Оно сохранилось». Что с ней сделают, если она убьёт королеву ирбисов? А если её схватят и найдут в кармане письмо Ширану?

Ирис попятилась.

– Матушка, – раздался мурлычущий голос позади, – злая свекровь это дурной тон.

Все разом посмотрели на довольного Кьярваля, подходящего по дорожке между кустов дёрена. Королева тут же расслабилась и приняла человеческий облик. Ирис замерла. Приблизившись, принц взял руку матушки, чмокнул, подошёл к Ирис и обнял её:

– Ты напугалась, дорогая? Выходила из комнаты?

– Она была со мной, – отозвалась Ксирата. – Мы немножко общались.

Ирис и не заметила, когда к ним присоединилась принцесса. Впрочем, все четыре сестры – круглая Шаша, юркая, но обещающая располнеть Псиш, Анси, в платье, изобилующем розовыми оборочками, и Ксирата, в мужском костюме с саблей в руках. Стояли и смотрели с досадой на живого Кьярваля. Старший брат мило улыбался.

– Ты покинул комнату, Кьяр? – прищурилась королева.

– Ну да. Час или около назад. Проснулся, увидел, что моя невеста сбежала, почувствовал себя лучше и решил немного пройтись в саду.

– Ирис пришла ко мне полчаса или сорок минут назад, – возразила Кси холодно.

Кьярваль пожал плечами:

– Может, и так. Я не засекал время. И дольше бы гулял – уж больно свежо. Но, смотрю, у вас тут пожар. Разве можно пропустить такое зрелище. Ты как, Ири? Я волновался, – нежно мурлыкнул он и потёрся щекой о её волосы.

– Нормально, – выдавила Ирис с трудом.

Её начинала бить дрожь пережитого.

– Подождите, я не поняла, – пропищала глупышка Анси, теребя оборочку, – если ты, Ирис, тут и Кьяр тут, то чей труп в комнате?

Ирис почувствовала, как руки, обнимающие её, напряглись.

– А когда слуги прибираются в комнатах? – спросила дрожащим голосом.

– Ближе к утру, – задумчиво отозвалась Кси и прищурилась.

– Тогда, может, вор? Может, ему стало плохо, он задел свечу и…

«От меня он ничего не узнает. Он не простит мне этой смерти».

– Матушка, – мурлыкнул Кьяр, – думаю, здесь и без нас разберутся. Я всё же чувствую себя не очень важно. От этих нервов что-то слабость какая-то и… Ири, ты проводишь меня? Вон по той тропиночке.

– Конечно, дорогой, – отозвалась Ирис, улыбаясь.

Они медленно направились по тропинке подальше от дворца, охваченного пламенем. Принцесса оглянулась: Баэрда не было.

– Так кто это был? – прямо спросил Кьярваль. – Не лги мне, что не знаешь.

Ирис вздрогнула.

– Я не знаю…

– Вот как?

– Наверняка не знаю. Но я боюсь… Ард, – быстро проговорила девушка. – Он пришёл за тобой, пьяный и невменяемый. Начал приставать ко мне, и я сбежала, оставив его одного. Думала, ты придёшь и сам разберёшься со своим другом. Боюсь, что…

Она резко замолчала. Кьярваль тоже молчал.

Безмолвно они подошли к павильону. Небо на севере разгоралось алыми всполохами, стало очень светло. Кьярваль отпер дверь, они вошли.

– Ужасная смерть, – мрачно прошептал принц.

Ирис промолчала. Он рухнул на кровать, стоявшую посреди зала, расписанного ярко-зелёными лопухами. Закинул руки за голову. Закрыл глаза.

– Вот ты не виновата, – заметил сквозь зубы, – а я зол. Ты хочешь спать?

– Нет. Не очень.

– Тогда иди, прогуляйся. Дай мне остыть.

Она заметила уши, вибриссы и хвост, и сочла за лучшее молча уйти. Кажется, принц поверил в её почти честный рассказ. Ведь всё было именно так. Почти. А про керамбит с нежным именем Барсик рассказывать было не обязательно. Никто не знает, когда он ещё пригодится.

Ночью второго после разговора с Валиром дня Эйв почувствовал себя лучше. Лихорадка начала проходить, правда телом ещё владела какая-то вялость. Проснувшись, он осторожно снял с себя лису, вышел из комнаты на балкон, вдохнул солёный воздух. Иногда в той, как оказалось счастливой, жизни Эйв мечтал отречься от престола и посвятить себя плаванию по бескрайним морям. Он любил эту гуляющую под ногами палубу, простодушные песни матросов, хлопанье парусов над головой и ощущение невыразимой свободы, бескрайней, как океан. А престол… ну, Астор же лучший сын.

Кричали чайки. Эйв закрыл глаза, представляя себя на капитанском мостике. Тряхнул головой. Не время мечтать.