– Но ты сказал…

– Так. Всё. Спать. Постарайся сделать это сегодня, пока Эйв не женился на Ксирате, и барсовы войска не пересекли границ. Потом я уже не смогу его пощадить даже ради тебя.

Ширан заснул быстро. Ирис лежала рядом и прислушивалась к его дыханию. «Он прав, – думала она. – Жесток и ужасен, но прав, как и сама жизнь. Ведь жизнь несправедлива и ужасна. Ты нужен только пока ты сильный. Значит, я должна стать сильной».

А потом спохватилась, что время идёт, а разговор с Эйвом так и не состоялся. Спит ли он сейчас? И как построить этот самый сон, куда можно позвать брата?

Внезапная мысль потрясла её так, что дыхание пресеклось.

Так ведь… так ведь если она научится управлять снами и разговаривать с нужными людьми, пусть и во сне, то… Ирис покосилась на спящего. В одном Ширан был точно прав: она в любом случае однажды попытается оспорить его власть. Не сейчас. Сейчас это глупо и бессмысленно. Но однажды…

Однажды она станет сильнее Ширана.

Ирис нырнула под его руку, ткнулась носом в ребро, закрыла глаза и попробовала представить чайный зал, где Белокурды утром собирались все вместе.

Эйва там не оказалось.

Ещё несколько Эйвов Ирис нашла в разных местах: на маскараде, в классной комнате, на балу. Но очень быстро она поняла, что это были её собственные образы, очень милые, очень тёплые, очень любящие, но просто сны.

«Как меня тогда нашёл Изигир? – в отчаянии подумала она. – Тогда, когда мы впервые встретились». Она шла по саду, пинала круглое стёклышко и косилась на качающуюся в качелях сестру. Впервые Лили бесила Ирис.

– Где мне тебя найти, Эйв! – закричала в ясное голубое небо.

– Ирис, – Лили поморщилась, оторвала взгляд от книги. – Не кричи. Принцессы никогда не повышают голоса, мама же говорила.

– Ты не понимаешь ни йотпы, Лили. Если я не найду Эйва, то он погибнет. Он просто самоубьётся о Ширана. Вот и всё. Этим всё закончится.

Она знала, что Лили ей снится, что она не может понять, что это не сестра, а просто сон, но не могла удержаться, чтобы не накричать хоть на кого-нибудь. Душу охватывала паника.

Лилиана пожала плечами и снова уткнулась в книгу.

– Эйв? Самоубьётся? Глупости какие. Эйв никогда не покончит с собой и тебе не даст.

Ирис хмыкнула: а что она собственно от сна хотела? И замерла.

– Что ты сказала? – переспросила тихо.

Лилиана повторила и попросила не мешать. «Что такое сны? – подумала Ирис. – Что это вообще такое? Фантазии? Или может быть застывшее время? А что если те, кто умерли, живут в мире снов?»

– Спасибо, – прошептала она.

С Изиргиром они впервые встретились в месте, куда пришла Ирис: тронный зал. Там, где растоптали её душу и сердце, там, где была её точка боли и куда Ирис возвращалась не раз во сне. И там же они встретились с Шираном. Значит, нужно не просто место, в котором они были с Эйвом когда-то, нужна точка боли.

Снова была ночь, ветер рвал косматые тучи. Ирис стояла на Звёздной башне Китового дворца, как тогда, в ту ночь.

– Эйв! – закричала она. – Эйв, пожалуйста! Ты мне нужен! Эйв!

«Сны это застывшие эмоции, это наши пережитые чувства, – думала она. – А, значит, пока живы эти эмоции – живы и люди, которые нам снятся. Они не могут умереть, пока они нам снятся! Значит, Лили жива. Хотя бы немножко, но жива. И значит, я могу встретить Эйва, с которым связана чувствами, которого люблю, и который любит меня».

– Ирис, – он выскочил на площадку, замер. – Ирис, пожалуйста. Не делай этого.

Она бросилась к нему и обняла. Замерла, испугавшись, что это снова лишь сон, её видение, не больше того. Строго говоря, это и был её сон, вот только общий ли с Эйвом?

– Ты знаешь, что я снова в плену у Ширана? – спросила она тихо.

Брат стиснул её и вздрогнул.

– Да. Зачем ты поехала во дворец Белой волчицы? Какого демона, Ирис?

Но это ещё не доказывало, что это настоящий Эйв.

– Потому что меня нашёл Баэрд, верный слуга Ширана. Потому что он всё равно увёз бы меня, рано или поздно. У нас был маленький шанс переиграть герцога, но…

– Не было у вас этого шанса. На что вы рассчитывали вообще? Ирис, ты не получала моей телеграммы?

Она отстранилась и заглянула в его глаза:

– Какой?

– О том, что скоро буду. Чтобы вы с Лисей меня дождались. Если бы ты мне ответила, что у тебя нет времени, я прибыл бы быстрее. Почему ты не дождалась? Не нашла способ связаться? Я заходил на каждую телеграфную станцию по дороге, но ответа от тебя не было.

Ирис провела пальцем по его щеке, бритой, гладкой. Это всё же был Эйв. Сама Ирис не придумала бы такого во сне, ни про какую телеграмму не подумала бы.

– Я не получила её. Видимо, мы уехали раньше, чем она пришла. Эйв, ты понимаешь, что это – я, а не сон?

– Ну конечно, ты, – усмехнулся он устало.

Ей стало ясно, что он не понимает.

– Эйв, Елисель тоже выкрали по приказу Ширана.

– Я уже понял, – процедил он.

Она коснулась желваков, заигравших на щеках брата. Прижалась к нему.

– Ты правда женишься на Ксирате?

– Д-да.

– А как же Елисель?

Лицо Эйва дрогнуло, щека дёрнулась. Принц сел на корточки, взял руки Ирис и заглянул в лицо сестры снизу-вверх.

– Мелкая, тут оказалось, что… Ну, в общем, я незаконнорожденный. Ты читала статью?

– Да. При чём тут…

– От меня отвернулись герцоги. Дайн короновался, а Дайн, маленькая, это Ширан. Братик слишком мал и глуп, чтобы что-то из себя представлять. Увы. Я хотел забрать вас с Лисей и уехать на север, но… Тебя похитили. А потом и Лисю. Я понимаю, что глупо спрашивать сон, но… она жива? Ты не знаешь?

– Я не он, Эйв. Я…

Ирис резко замолчала. Что скажет брат, узнав, что его сестра – дочь демона?

– Лися жива. Только она сегодня вышла замуж за Баэрда.

Его лицо снова исказилось от боли.

– Не злись на неё, пожалуйста, – заторопилась Ирис. – У неё выбора не было. Не вышла бы – Ширан убил бы вашего ребёнка.

Эйв охватил её колени, зарылся лицом в юбку. Ирис принялась гладить его вьющиеся волосы. Она поняла: ему нужно переварить эту информацию.

– Наверное, так даже лучше, – глухо пробормотал Эйв. – Я знаю Баэрда. Он хороший человек.

– Но Лися любит тебя! – зло выкрикнула Ирис.

Брат встал. Он уже овладел собой.

– Мы не всегда с теми, с кем хотим быть. Я люблю Елисель. Но должен жениться на Ксирате. А Лися никогда не согласилась бы быть моей фавориткой. Так что всё к лучшему.

Ирис внезапно вспомнила, зачем она здесь.

– Нет, Эйв, нет! Ты должен жениться на Эстэль. Ты должен сложить оружие! Иначе Ширан тебя уничтожит, слышишь? Я не хочу потерять ещё одного брата. Пожалуйста, Эйв! Пожалуйста, сдайся. Я взяла с него слово, что он не причинит тебе зла.

– И оставить вас – ему? – холодно уточнил принц.

– Да. Оставь меня ему. Я справлюсь. Так нужно, просто поверь. Потому что Южный континент…

– Нет.

Она в отчаянии вгляделась в лицо, внезапно ставшее чужим и холодным. Схватила брата за руки.

– Эйв, пожалуйста! Я прошу тебя. Я тебя люблю, я очень тебя люблю! Больше всей семьи, даже больше Лилиан! Я люблю Ширана, я… я вышла за него замуж, Эйв! Так получилось. Я знаю, что всех предала. Папу, маму, Астора, всех. Но так нужно. И я его люблю. Я… я жду его ребёнка. Но как я смогу делить с ним постель, если он убьёт тебя?! Но я буду это делать. Эйв, я не хочу предать ещё и тебя! Пожалуйста!

Брат смотрел на неё, и с каждым её словом его лицо становилось всё более чужим. Ирис шагнула к нему, обхватила плечи, прижалась щекой к груди.

– Эйв, Эйв, пожалуйста! Я же знаю, ты не мстителен. Ты не…

– Нет, – тихо ответил он, отстранил её и шагнул назад. – Ты не знаешь. Ирис, я убью Ширана. Клянусь.

Дайну было скучно. Он сидел во главе совета и изо всех сил старался не зевать: мерный, певучий голос советника Гория и огонь бы, наверное, превратил в воду. Такую, болотную. Спящую. Голова короля стала тяжёлой-тяжёлой. Дайн отчаянно моргал.