— Гвен, это Баш.

Я поджимаю губы, понимая, что не знаю, как она это преподнесёт. Как мы объясним, что знакомы? Меньше всего мне нужно, чтобы парни узнали столько подробностей о моей личной жизни, которая похожа на космическую шутку. Хорошо хоть, что Клайд сегодня не проболтается.

Гвен смотрит на меня из-под густых ресниц, её пухлые губы слегка приоткрыты, пока она нервно заправляет платиновые волосы за ухо.

— Да, вообще-то... Мы встречались.

Я не могу понять, мне кажется, или в баре внезапно становится тише.

Рози, невеста Форда, широко распахивает глаза, уже вцепившись в этот момент, как собака в кость. С ней нужно считаться — я знаю это, потому что она торговалась со мной, уговаривая взяться за подработку в межсезонье, которая мне была не нужна. Если она начнёт что-то вынюхивать, то рано или поздно всплывут все неприглядные подробности нашей с Гвен несостоявшейся связи.

— Так и есть?

Да. Рози звучит слишком заинтригованно, чтобы это было безопасно.

Так что я решаю спрыгнуть с корабля.

— Ага, — резко отвечаю я, стараясь не поддаваться под тяжестью чужих взглядов и в то же время не пялиться на Гвен. — Рад тебя снова видеть. Я пойду. Развлекайтесь, ребята.

И с этими словами я убегаю.

Как и подобает последнему трусу.

ГВЕН

Я смотрю, как Баш уходит, и моё сердце сжимается, а взгляд прикован к его заднице. Не думаю, что я как-то особенно это скрываю. Наверное, поэтому Рис спрашивает:

— Ты знаешь его из-за йоги?

Из-за йоги. Это возвращает меня в тот вечер в аэропорту. Я чувствовала на себе его обжигающий взгляд, пока выполняла некоторые из своих любимых поз. В тот момент я ощущала себя чувственной — желанной — и словно чувствовала, как в воздухе вокруг меня витает его восхищение. Я никогда раньше такого не испытывала.

Так что можно сказать, что я знаю его по йоге, но на самом деле всё гораздо сложнее. А если я скажу, что знаю его, потому что Вселенная постоянно сводит нас вместе, он, скорее всего, закатит глаза.

К тому же я бы солгала, если бы сказала, что не знала, что он живёт в этом городе. Я безуспешно пыталась найти его в интернете. Только когда я прочитала предложение о работе, я вспомнила, как Трипп говорил мне, что его отец живёт в Роуз-Хилл.

Я получила электронное письмо, в котором меня просили заключить контракт на год в этом самом городе. Но владелица студии Кира этого не знала — она лишь хотела год путешествовать по Азии и искала замену. Бонусом было то, что её меблированная квартира над студией сдавалась бесплатно.

Судя по всему, меня порекомендовал бывший работодатель, и именно так я продолжаю получать подобные предложения. Я почти всегда готова к новым приключениям, особенно к тем, где я могу работать, учиться и откладывать деньги на собственные путешествия. Больше всего мне нравится изучать йогу за границей и учиться у экспертов из других уголков мира. Моя цель — собрать как можно больше знаний и однажды открыть собственную студию.

Таким образом, проживание, питание, студийное время и стабильная зарплата составили идеальное сочетание.

Мне кажется, что здесь замешано что-то большее, поэтому я тихо отвечаю «нет», игнорирую затянувшееся молчание и перевожу разговор в другое русло.

По правде говоря, я знала, что Баш в какой-то момент появится, но не знала, когда мы встретимся.

Когда я сегодня вечером пришла в «Роуз Хилл Рич», я планировала посидеть в баре, выпить и понаблюдать за людьми. Но это было до того, как я познакомилась с Дорис, проницательной и прямолинейной барменшей, которой принадлежит это заведение. Она немного поговорила со мной, а затем привела меня сюда, чтобы я объединилась с Табитой, Скайлар и Рози. Как будто она знала, что мы поладим.

Так и вышло. Мы были хорошей командой. Они были приветливыми, весёлыми и приземлёнными. Рози была общительной. Табита — более язвительной. А Скайлар — звезда кантри-попа, известная во всём мире, — тихой и совершенно приземлённой.

Это было всё, что я больше всего люблю в начале новой жизни. Знакомство с новыми людьми, новые впечатления. Да, до сих пор Роуз Хилл был просто идеальным.

Классные женщины.

Стабильная работа.

Потрясающие виды на горы.

Парень, с которым я познакомилась год назад.

Тот, кого я не могу забыть. Тот, кто до сих пор не связался со мной, даже зная мой номер. Тот, кто, вероятно, теперь ненавидит меня за то, что я встречалась с его сыном.

И это ранит меня чуть сильнее, чем должно.

•••

Маленький брелок над входной дверью студии звенит, отвлекая меня от экрана компьютера. В комнату входит невысокий мужчина с редкой белой бородой, в кепке на голове и с тростью в руке. Из-под свободных шорт выглядывают узловатые колени и неуклюжие снегоступы — странный выбор, учитывая, что в долине ещё не выпал снег. Я хмурюсь, любопытство берёт верх.

— Привет. Добро пожаловать в Bliss Yoga.

Он бормочет что-то неразборчивое себе под нос.

— Чем я могу вам помочь?

Мужчина внимательно осматривает помещение, почти критически оценивая бледно-розовые стены, плетёные шкафы и нейтральную ткань, искусно задрапированную на окнах.

— Вы Гвен?

Я наклоняю голову.

— Да.

— Вы преподаватель йоги?

— Да.

Он притопывает сапогом, кивает и указывает на меня тростью.

— Хорошо. Значит, это ты та самая, о ком я слышал. Я хочу позаниматься с тобой йогой.

Я держу голову высоко поднятой, стараясь не слишком выпендриваться. Приход в уже существующую студию всегда сопряжён с дополнительным давлением. Мне нужно, чтобы постоянные клиенты были довольны, а занятия были одновременно и новыми, и привычными. А его формулировка наводит меня на мысль, что в последние недели о нас хорошо отзывались.

— Что ж, я бы с удовольствием взяла вас на занятие, но следующее по расписанию только в четыре часа. Вы сможете прийти тогда?

Он отмахивается от меня с лёгким пренебрежением.

— Нет. Я возьму индивидуальное занятие.

Я моргаю. Он знает, чего хочет, и хочет этого прямо сейчас.

— Хорошо. Хотите посмотреть наш прайс-лист?

Он надувает щёки, как будто я его обидела.

— Качеством нельзя торговать.

Я тихо смеюсь.

— Это справедливо, — я достаю бланк отказа от претензий. — Не могли бы вы заполнить его для меня? Просто чтобы у нас была ваша информация.

Мужчина делает шаг вперёд, бормоча что-то, что звучит ужасно похоже на то, что этот ублюдок мне должен, и дрожащей рукой тянется за ручкой на стойке.

Я смотрю, как он пишет всё заглавными буквами, пропуская целые разделы и помечая другие надписью «НЕ ТВОЁ БОГОПРОКЛЯТОЕ ДЕЛО».

Уф. Я вижу, что он тот ещё тип. И напряжён с головы до ног.

— Вы раньше занимались йогой? Каков ваш уровень подготовки?

— Никогда. Мне это кажется полным бредом, но я всё равно попробую.

Он возвращает мне заполненный бланк, и я искренне смеюсь над его прямолинейной честностью. Мой взгляд падает на его имя в верхней части листа. КЛАЙД ГИББОНС. Какой странный маленький человечек.

— Приятно познакомиться, Клайд. Я ценю вашу честность и открытость. Это одна из важнейших составляющих успешной практики.

Он смотрит на меня пустым взглядом.

— Что ж, тогда тебе придётся потрудиться, — ворчит он, прежде чем снять ботинки у входа, как и написано на табличке. Обернувшись, он настороженно осматривает зону ожидания. — У вас тут есть камеры?

Его взгляд падает на тёмный пузырь в углу прямо за моей спиной, и я тоже оборачиваюсь, чтобы посмотреть на него.

— Здесь только одна. В студии их нет.

Он шевелит губами и прищуривается, словно может лазером выжечь устройство прямо на стене.

— Не люблю, когда за мной наблюдают.

Я делаю паузу, обдумывая, что сказать на это, оценивая лучший способ подойти к этому мужчине. Я бы солгала, если бы сказала, что он меня немного сбивает с толку. Часть меня хочет сказать ему, чтобы он не беспокоился об этом, но это кажется пренебрежительным.