- С тех пор я сама по себе, - снова раздаётся её голос. - Были люди, что помогали. Была женщина, к которой мама водила меня до пожара. Она жила в горах, лечила травами, умела говорить с ветром. Однажды я пришла к ней снова. И тогда она рассказала, что стерла мои воспоминания по велению матери. Сказала, что так будет лучше. Что прошлое иногда нужно оставить в огне.

Тишина. Только ветер шелестит в сухих листьях.

- Но не всё получилось, - тихо добавляет она. - Были сны. Дом. Дети. Лицо мужчины, который смеётся и подбрасывает меня в воздух. Запах хвои. И дерево, на котором ножом вырезано моё имя.

Она поднимает на нас глаза.

- Сегодня, когда я увидела эти камни, я вспомнила. Всё сразу. Огонь, крики, руку, что тянет меня наружу. И дерево. Там, за домом, у обвала. С тем самым шрамом от ножа.

Эвериан делает шаг ближе. Его лицо бледное, слишком бледное, будто он увидел призрака

- А теперь отдай шкатулку, она моя, - голос Ауры становится привычно уверенным в себе.

- Ты сказала, отец вырезал имя? – переспрашивает Гроссопер.

- Ты оглох, разбойник? – нарочно грубит, потому что в этом её защита ото всех. Но я понимаю, о чём сейчас думает Эв. Это мы с ним знаем, кто он. А девчонка, чьё имя вырезано их отцом, даже не догадывается, что перед ней брат.

- Ара, - произносит тихо Эвериан, и девушка испуганно смотрит на него. Жилка на шее дёргается всё сильнее, ведь сердце учащает темп. Глаза расширяются, и она не может отвести взгляда от Гроссопера. А у меня свербит в носу от осознания, что спустя столько лет они нашли друг друга, даже не подозревая, что следовало искать.

- Ариэль, - тихо шепчет Эв, вглядываясь в лицо сестры. – У тебя мамины глаза.

Аура поднимается резко, будто земля под ногами становится обжигающе горячей. На лице ужас, смешанный с растерянностью. Взгляд мечется между нами, потом останавливается на Эвериане, и в нём вспышка чего-то дикого, почти звериного.

- Не смей, - выдыхает она, голос дрожит, и в ту же секунду разворачивается, бросаясь прочь. Лес глотает её мгновенно: шорох ветвей, звонкий треск веток под ногами и тишина.

Эвериан делает шаг, потом второй, готов сорваться следом, но тут же врезается в Магнуса, что намерен защищать девушку.

- Не нужно, - говорю тихо, но твёрдо, обращаясь к Эву. – Ты только всё испортишь.

- Она моя сестра, - хрипит он, вырываясь, но Магнус не отпускает. Он и сам не понимает, что происходит, но не готов рубить с плеча. - Ты понимаешь, что это значит?!

- Именно потому не ходи, - встречаю взгляд Гроссопера. - Ей нужно прийти в себя. Она не верит мужчинам, она считает тебя лжецом. Человеком, что для чего-то желает посмеяться над её чувствами.

- Она права, - кивает Магнус. - Я пойду, - отталкивает Эва, но я прошу их обоих остаться.

- Позвольте это сделать мне, я всё объясню ей.

Эвериан смотрит, будто хочет спорить, но затем только кивает, сжимая губы. Получаю согласие от Магнуса тоже. Отворачиваюсь и бегу.

Глава 55

Лес встречает влажным воздухом, скользкими корнями и пронзительным запахом хвои. Сначала только отголоски шагов, потом тишина. И вдруг еле слышное дыхание где-то впереди.

- Аура, - зову, не громко, чтобы не спугнуть. - Аура, стой, пожалуйста.

Ответа нет. Но по движению ветвей понимаю: она здесь. Прячется за поваленным стволом, как ребёнок, которому больно смотреть в лицо правде.Подхожу медленно, без лишних слов, присаживаюсь рядом. Некоторое время просто слушаем лес.

- Знаешь, - начинаю наконец, - когда Эвериан понял, кто ты, он сам испугался. По-настоящему. Я видела это по его лицу. И знаю, что он не лжёт, потому что его история была рассказана мне куда раньше твоей.

Она не отвечает. Колени подтянуты к груди, пальцы дрожат.

- Это невозможно, - произносит глухо. – Я думала это сон.

- Не сон, - тихо говорю. - Это память. Она просто ждала, пока ты сама решишь, что готова.

Аура поворачивает голову. Глаза покрасневшие, в уголках блестит влага. Для неё это невыносимо больно, словно она не верила, что когда-то найдёт себя настоящую.

- Иногда судьба возвращает то, что отняла, - продолжаю. – И ещё не поздно начать всё заново.

- Мне страшно, - признаётся вдруг. - Я не знаю, кто я теперь. Аура или Ариэль.

- Ты – это ты, и неважно, под каким именем, - отвечаю. – Прошлое - это не клетка, а корни. Просто не давай им затянуть тебя под землю.

Она глубоко вдыхает, потом выдыхает, и воздух дрожит.

- А если он ошибся? Если я не та, кого он ищет?

- Ты даже не представляешь, как страшно разбойнику, что держит в страхе округу, - говорю, улыбаясь, и она смеётся сквозь слёзы. – Тому, кто только что спас меня. Идём, - протягиваю ей руку. – Кстати, - добавляю загадочно, когда она поднимается с земли, - я точно знаю, кто ты?

Аура смотрит на меня, ожидая ответа.

- Ты самая красивая девушка на земле в глазах Магнуса.

И снова улыбка, от которой теплее на душе.

Обнимаю девушку, чувствуя её волнение, поглаживаю по спине.

- Не бойся прошлого, оно больше не причинит тебе боли.

Идём рядом, шаг за шагом среди деревьев. В какой-то момент её рука едва касается моей, будто ищет опоры, но Аура боится признаться в этом даже себе.

Когда из-за ветвей снова виднеется фигура Эвериана, девушка останавливается.

- Если сейчас ты не готова говорить с ним, просто уедем. Но он не оставит попыток сблизиться. Эвериан чуткий и добрый человек.

- Он разбойник, - не соглашается она.

- Который никогда не оставит в беде того, кто в нём нуждается. Ты даже не представляешь, насколько много он сделал для меня. Взять хотя бы лошадей, которых нам подарили сегодня.

- Он их украл!

- Забрал. Марья принадлежит мне. Так что Велирон просто прислал её, чтобы отдать. А вторая шла в комплекте.

- Он тебе нравится.

- И я не скрываю этого. Но если ты позволишь этому человеку стать тебе другом, ты никогда не разочаруешься в нём.

Почему я уверена? Просто чувствую это. Знал бы Гроссопер, как сейчас рекламирую его.

Магнус первым замечает нас и спешит к Ауре.

- Я в порядке, - тут же пресекает она всяческую поддержку. Если от меня её приняла, то долговязого влюблённого держит на расстоянии.

Встречаюсь с Эверианом взглядом и слегка улыбаюсь. А он протягивает Ауре коробку.

- Ты права. Она твоя.

Девушка не сразу принимает, а потом парирует.

- Ты помнишь, что в ней?

Но Эв только качает головой.

- Магнус, не желаешь ли ты прогуляться со мной по лесу? – решаю, что этим двоим следует побыть без посторонних. Высказаться, выплакаться, поверить.

- Нет, - бесхитростно отзывается парень.

- Чудесно, - подхватываю его под руку, намереваясь всё же нейтрализовать где-нибудь в десятке метров отсюда, когда меня окликает Аура.

- Деа, - и я оборачиваюсь. – Пожалуйста, останься.

- Ты не сильно расстроишься, если мы перенесём наш променад на более позднее время? – шучу, а Магнус только хмурит брови, не понимая, что за муха меня укусила.

Старый замок щёлкает тихо, как выдох, и крышка открывается.

Внутри не золото, не драгоценности. Только несколько странных, по-своему бесценных вещей. Маленький ключ, пересушенный цветок лаванды, осколок синего стекла и серебряная пуговица в виде солнца.

Лицо Ауры смягчается, а Эвериана, наоборот, становится более задумчивым.

- Это, - девушка прижимает ладонь к губам. - Это же мой ключ.

Она берёт его тонкий чуть изогнутый профиль с выгравированной буквой «А». - От комнаты. Там, где стояла кровать у окна. Мама никогда не запирала дверь. Говорила, что от страхов прячутся не за замками, а под крылом тех, кто любит.

Пальцы дрожат, когда она берёт засохшую лаванду.

- Мама всегда клала такие веточки в подушки, - внезапно подаёт голос Эвериан, и выражение лица такое растерянное, словно он сам не верит в то, что сейчас говорит. - Чтобы сны были добрыми.