Как же не хотелось с ней расставаться! Увы, леди торопилась открывать салон, да и меня ждал полковник. Провожая девушку, мечтал только об одном: вот бы она согласилась отправиться в Сэльрон в моей компании! Ничуть не сомневался, что леди всей душой стремится на побережье, и совсем не против моего сопровождения. Однако её интересовало мнение отца. А в нём я совсем не был уверен.

Расстались мы с хозяйкой «Долины уюта» около дверей салона. Немного припозднились, на улице уже топтались две потенциальные покупательницы. Я пожелал Маэлисе удачной торговли и направился по своим делам. Чуть в стороне заметил подозрительного типа, внимательно наблюдавшего за тем, как леди Леви открывает салон и запускает в него клиенток. Сердце моё заныло, предчувствуя неладное. Я и раньше видел это рябое лицо. Что нужно сердитому амбалу от художественного салона? Уж очень он не похож на ценителя живописи.

Убедившись, что мужик не собирается преследовать девушек, а напротив делает вид, что прогуливается по улице без всякой цели, я поспешил по своим делам. Очень интересно, порадует ли меня Ревингтон продвижением в расследовании.

Я ещё только поднимался на второй этаж здания охранки, а главный страж Вергаса уже знал о моём визите. Когда я толкнул дверь кабинета номер сорок четыре, Ревингтон выходил из-за своего стола, приветственно протягивая мне руку:

— Вы представить себе не можете, граф, какие материалы, касающиеся прошлого вашего батюшки, нам удалось расковырять!

— Прошлого? — удивлённо отреагировал я. — Зачем нам его прошлое? Какое отношение оно имеет к убийству?

— В этом ещё предстоит разобраться, располагайтесь, ваша милость. Быть может, приказать чаю?

— Нет. Благодарю, я только из ресторана.

— «Ведьмин чай»? Я слышал, вы там остановились.

— Всё верно, однако обедал я в другом месте. Довольно потрёпанное на вид заведение, но кормят просто как дома! «Ассорти» называется.

Полковник подавился воздухом и не сразу смог говорить:

— Куда вас занесло, граф? Это весьма неприличное место. Я понимаю, вы молоды, некоторым образом, ищете удовольствий, но ведь есть более презентабельные места. А не то что это, как вы изволили выразиться, потрёпанное место с такими же потрёпанными жрицами любовных утех.

— Не понимаю, о чём вы, полковник, — нахмурился я. — Мне, действительно доставили удовольствие, но не в том роде, на какое намекаете. Просто вкусная еда, приветливое, вполне скромное обслуживание.

— М-м-м… — удивлённо сморщил лоб Ревингтон и, пожав плечами, протиснулся на своё место. — Что ж, не будем отвлекаться на посторонние вещи. Будьте добры, граф, расскажите, что удалось узнать в поместье Конни?

Выслушав мой рассказ, он удовлетворённо потёр ладони, самодовольно улыбнулся и сообщил:

— Что-то в этом роде мы и подозревали!

— Не совсем понимаю, — я пожал плечами. — Касательно убийства?

— Касательно завещания!

— Послушайте… — Направление усилий следствия меня разочаровало. — Это всё вторично! Дело о наследстве решится без проблем, меня волнует внезапная кончина отца, уверен, что смерть была насильственной!

Я успел пожалеть, что задержался в Вергасе и не отправился сразу в Сэльрон, как изначально собирался.

— Не спешите с выводами, дорогой граф!  — Полковник сохранял заговорщицкий и очень довольный вид. — Вы скоро убедитесь, что это взаимосвязано! Мошенники рассчитывали заполучить имущество графа Конни, пока его сын за границей, не так ли? А вы могли вернуться уже в конце этого года. Насколько я знаю, в дипломатическом ведомстве на ваш счёт имелись определённые планы.

— А-а-а… Вот вы о чём. То есть, люди, сумевшие провернуть схему с поддельным завещанием, захотели поторопить события, а не дожидаться, когда крепкий и вполне здоровый старик сам отправится в обители Мауры?

— Именно так, мой друг! — Весело воскликнул полковник, будто речь шла об удачно разгаданной головоломке, а не об убийстве беззащитного человека.

Он вытащил из ящика стола кожаную папку и придвинул её ближе ко мне, предлагая посмотреть материалы. Пока я перебирал копии давних донесений, главный страж Вергаса излагал добытую информацию в сжатом, можно сказать, сухом виде.

События начали развиваться более чем четверть века назад. В то время ещё молодой и весьма завидный холостяк граф Ланцен Конни посватался к принцессе, кузине нынешнего короля, а тогда ещё кронпринца, Аонара юной и восхитительной Кларисе Фетир. Её высочество отвечала взаимностью на чувства единственного наследника рода Конни. Был назначен день помолвки, началась подготовка.

Ничто не предвещало беды. Клариса обладала кротким нравом, уступчивым характером, романтическим настроем. Она любила жениха всем сердцем, предстоящий союз вызывал умиление у всех, кто имел счастье наблюдать за влюблёнными. Однако в один злосчастный день принцессу будто подменили. Она вела себя совершенно не так как обычно. Дерзила всем, не желала ни с кем общаться, а Ланцену вообще заявила, что не помнит, кто он такой и не желает его видеть.

Августейшее семейство не нашло ничего лучшего, как созвать консилиум, пригласив знаменитых лекарей и сильных магов. Однако накануне осмотра её высочество Клариса пропала. Как она умудрилась сбежать из наполненного слугами, охранниками и приживалами дворца, понять никто не мог. Много позже злые языки нашли объяснение, утверждая, что в девушку вселился хрозгр — высшая, разумная нежить, которая вселяется в людей, при этом как бы вытесняя душу человека. Вся память человека стирается, нечисть полностью завладевает свободным от воспоминаний сознанием. В глазах окружающих человек выглядит как обычно, а ведёт себя очень странно. Именно хрозгр, избавившийся от личности Кларисы мог проявить хитроумие, изворотливость и смекалку, благодаря чему сумел сбежать из дворца и скрыться в неизвестном направлении.

Разумеется, побег принцессы скрыли от общества. Было объявлено, что Клариса решила посвятить себя светлой богине и не желает показываться в обществе.

Отвергнутый жених страдал недолго. Обида подтолкнула его к браку с другой достойной девушкой — избранницей его родителей. Ланцен был счастлив в браке, особенно после того, как супруга в скором времени подарила ему сына.

Безоблачная и спокойная жизнь продолжалась до тех пор, пока граф Конни совершенно случайно не услышал байку о сбежавшей принцессе и совершенно уверился в том, что речь идёт о его любимой. Оказалось, что по секретному указу короля Кларису разыскивают не только по всему Аршинару, но даже в соседних королевствах. Ланцен загрустил, обвиняя себя в том, что не удержал любимую девушку, не сумел защитить её и обрёк на скитания.

К несчастью, страдания графа усилились, когда его молодая супруга упала с лошади, повредила позвоночник и довольно скоро скончалась, оставив маленького сына сиротой, а мужа вдовцом.

Той самой датой — годом смерти моей матери — был помечен очередной документ в материалах собранных следствием. Это был отчёт частного детектива о поисках девушки, организованных по просьбе графа Конни.

— Скажите, полковник, — нетерпеливо перебирал я бумаги, — нашлась принцесса или нет?

— Далеко не сразу. Но ваш отец отличался завидным упорством, он нанимал одного поисковика за другим, в том числе и с применением магии. Рано или поздно это должно было дать результат. — Ревингтон сделал паузу, хитро поглядывая, но заметил, что я начинаю закипать и поспешил продолжить: — Клариса нашлась, правда она жила под чужим именем и, судя по всему, была вполне счастлива. О том, что граф Ланцен Конни сделал с этой информацией нам неизвестно.

Я кивнул, подтверждая эти слова, хотя сам уже не сомневался, что отец постарался вернуть любимую и, вполне возможно, у них родилась дочь — моя сестра. Вопрос полковнику я задал иносказательно:

— Какие у вас имеются основания полагать, что эта история имеет отношение к завещанию и смерти моего отца? Неужели, женщина, которую он так преданно любил, поступила столь жестоко?