— Как же вы ему их читали, если не знаете языка? — прищурился лорд Авертер.

— Те, что на ирталийском, лорд Викон читал мне сам. Ему так… нравилось.

Хозяин замолчал, но я всей кожей чувствовала, что он сомневается и не доверяет мне.

— Вам-то это всё зачем? — наконец, сформулировал он явно терзавшее его недоумение.

— Но как же… Так положено. Лорд был добр со мной, и я не могу отплатить ему такой неблагодарностью, не выполнив его последнюю просьбу, которая ничего для меня не стоит…

«Кроме визита к вам, который стоит для меня очень многое, потому что с вами почему-то всё так непросто, — мысленно добавила я. — И хотя нужно радоваться тому, что я вам не нужна, в каком-то смысле я не понимаю, как мне вести себя с вами».

Я действительно не понимала, как с ним общаться. И тут же одёрнула себя — о чём ты, тебе вообще не нужно будет больше с ним встречаться!

Лорд Авертер опять задумался, что-то мысленно прикинул, потом кивнул:

— Подождите меня здесь. Я возьму ключ и скоро за вами приду.

Я растерянно кивнула, а лорд не без ехидства добавил:

— Предупреждаю сразу: я знаю каждую свою вещь и её месторасположение в этой комнате, так что сразу же обнаружу любую пропажу или перестановку. Впрочем, никаких денег или драгоценностей здесь нет, имейте в виду.

Теперь уже я возмутилась:

— Я не воровка!

— Может, и так. Зато, похоже, очень любопытная.

— Но вы же верите, что я никого не убивала? — почему-то услышать правдивый ответ от него казалось чрезвычайно важным.

— Верю я в Творца, леди. А что касается вас — не думаю, что это были вы, да… Хотя, возможно, я скоро об этом пожалею.

Когда за лордом Авертером закрылась дверь, я подскочила на месте, как испуганный кролик при звуке выстрела. Возможно, у хозяина имелся личный слуга, но пока что я осталась одна в его комнате и не собиралась терять время зря. Я быстро просмотрела книги, среди них не нашлось ни одной, что была бы близка мне или казалась интересной сама по себе, но я всё равно постаралась запомнить авторов и названия: в основном воспоминания и мемуары членов Ордена герехтера и неких древних святых, увесистый философский талмуд «Уязвимая мудрость в тисках беспощадного времени» и — что не удивительно, но всё равно неожиданно — замусоленная и явно перечитанная полсотни раз, не меньше, книга Истины с множеством закладок.

Прочитать откровения Изначального один раз, ну два — я ещё могу понять, но делать это на постоянной основе…

Я отложила книги, стараясь поместить их в точности на то место, где взяла. Распахнула дверцы платяного шкафа — одежды у хозяина было совсем немного, в разы меньше, чем у того же Лавтура. Конечно, он приехал сюда на время, но всё же… Коснулась рукой аккуратно висящих на вешалках камзола, рубашки, брюк, преимущественно тёмных цветов, потёрла подушечкой большого пальца блестящие пуговицы.

…Римия, Римия, как же ты могла так вляпаться? Хуже не придумаешь. Об этом ли тебе сейчас полагается думать?

Ты прекрасно знаешь, как должна сейчас поступить, верно? Ничего не трогать, не разглядывать, не рассматривать, побороть желание уткнуться лицом в его подушку, забрать что-нибудь на память, это очень, очень плохая идея.

Каждый из мужчин, с которыми ты имела дело до этого, делал тебе больно. Одни — присутствием в твоей жизни, другие — отсутствием, то есть своей смертью… Но, кажется, всё это не сравнится с тем, как больно тебе может сделать этот почти незнакомец: своим полнейшим неприятием, отторжением, презрением, своим грядущим скорым отъездом. Поэтому, Римия, как бы вкусно ни пахла его подушка, как бы ни хотелось тебе читать его книги, щекотать щёку его писчим гусиным пером, лежащим на секретере, пролистать сделанные в пухлой тетради крупным изящным почерком записи — не делай этого, сядь и сиди.

— Что это вы делаете, леди?

…а я тебе говорила, Римия!

— Э-э-э…

Хорошо ещё, что он не застал меня в характерной позе — лицом в подушку. Изначальный, стыд какой, ну почему с этим человеком всё сразу пошло наперекосяк⁈ Я торопливо толкнула бедром выдвинутый ящик стола и уставилась на всё ещё зажатый в руке лист, словно надеясь, что приемлемое объяснение родится само собой.

— Я…

Что тут можно сказать? Я рылась в ваших вещах, потому что вы мне интересны, но вы никогда не подпустите меня ближе трёх шагов?

Разумеется, я ничего этого не сказала, а лорд Авертер озвучил самую логичную версию, которая, конечно же, не имела никакого отношения к действительности:

— Мой дядя подослал вас шпионить за мной?

— Нет, конечно! Я просто заинтересовалась этим… этим…

— Заинтересовались финансовым отчётом младшего секретаря Высокого магистра Джайлина по снабжению адептов Ордена книгами и канцелярскими принадлежностями? — протянул лорд Авертер, всё ещё стоящий в проходе. — И что же там такого интересного для вас, леди? Завитушки у заглавных букв красивые?

Проклиная себя — а вдруг он сейчас откажется идти в спальню лорда Викона! — и в то же время злясь на ехидные интонации в его голосе, я снова принялась разглядывать проклятый лист. Столбики цифр — траты на те или иные приобретения — суммировались по строчкам-месяцам. Я смотрела и смотрела, пока взгляд не зацепился за какую-то неправильность. Ну, точно.

— Мне было скучно, — я пожала плечами. — Стала разглядывать всё подряд и обнаружила, что этот ваш секретарь не знает ломаных чисел. Очевидно, что он просто переписал цены с каких-то бланков или зафиксировал на бумаге продиктованное кем-то, но при подсчёте ежемесячных трат допустил ошибки.

— Ошибки⁈ — кажется, мне удалось хотя бы удивить этого сноба.

— Цены округлены до сотых долей, господин, точнее, некоторые до сотых, а некоторые — до десятых. При сложении ломаных мы складываем соответствующие разряды, но автор сего труда об этом не знает, и зачастую прибавлял десятые к сотым. Проверьте сами…

Лорд взял лист из моих рук буквально двумя пальцами, самую капельку брезгливо, точно у него вызывали в равной степени отвращение и то, что я его трогала, и мои жалкие попытки оправдаться. Пробежал глазами по строкам.

Задумался, считая в уме.

— А вы неплохо считаете, леди.

— Думаете, совсем неграмотная и безнадёжная? — он опять выводил меня из себя.

— Думаю, это не объясняет того, почему вы рассматривали мои бумаги, но, тем не менее, информация требует рассмотрения. Вычисления действительно ошибочны.

— Вы смогли добыть ключ? — я нервничала и не могла справиться с собой, а потому невольно говорила резче. Столько лет справлялась, плыла вперёд, словно корабль сквозь шторм на свет маяка, пусть обманчивый и призрачный — и вдруг появляется совершенно случайный человек, и я готова нарушить все свои принципы и убеждения.

— Разумеется. Следуйте за мной, леди.

На пороге лорд обернулся и взмахнул перед моим лицом металлической связкой. Ключа там было два.

— Чтобы вы знали, леди, на тот случай, если вам захочется ещё что-нибудь посчитать в моей личных записях, заглянуть ко мне в комнату, любезно выполнив тем самым чьё-нибудь поручение, теперь я тоже буду закрывать дверь на замок.

— Как вам будет угодно.

…на самом деле мне хотелось ответить ему что-нибудь вроде «да кому вы нужны!», но я сдержалась. Не сейчас.

Не сказав более ни единого слова, не оборачиваясь, лорда Авертер двинулся вперёд, быстрыми широкими шагами, может быть, специально, чтобы в случае нежеланных свидетелей не показалось, будто мы идём вместе. Но никаких свидетелей нам не встретилось.

— А где ваш слуга? — спросила я и тут же снова молча себя отругала за несдержанность.

— У меня нет личных слуг, — через плечо бросил лорд. — К счастью, я ещё не настолько немощен, чтобы не справляться со своим телом самостоятельно и нуждаться в чьей-либо помощи.

Камердинер Алс с распухшим носом, понурый и помятый, выглянул из своей коморки, но увидел лорда Авертера, ничего не сказал, только поклонился, а вот на меня зыркнул яростно, гневно. Однако при хозяине промолчал, хотя видно было — сказать ему есть что. Я мысленно поблагодарила Изначального за то, что была не одна. А ведь правы были сплетницы-поварихи: как беда придёт, так про Творца и вспомнишь. Раньше я и помыслить не могла, что стану обращаться к нему так часто.