Ну и ладно.

Я с облегчением откидываюсь на спинку кресла.

Так, Наташа, рано расслабляться!

Самое сложное сегодня вообще не это, самое сложное будет в шесть.

Аня Соколова.

Я снова открываю ее профиль, листаю фото.

Идеальные стрелки. Блестящие волосы.

Пальто, которое явно стоит дороже моего годового гардероба.

Она всегда так выглядела.

А я всегда смотрела на нее немного снизу вверх.

И дело не только во внешности или статусе.

На втором курсе она единственная сдала экономическую теорию на отлично без пересдачи.

Наш строгий профессор тогда чуть не прослезился от счастья, а мы все восхищенно вздыхали.

Дааа… Аня — просто космос!

У нее все сдержанно, дорого, статусно.

У нее не кардиган, у нее уровень!

Вот именно так, как любит Кравцов.

Я довольно улыбаюсь.

У нее и характер подходящий — не истеричка, не болтушка, не любительница драм.

С ней не стыдно пойти на любой прием.

Да, она идеальная.

А я кто? Я — молодец!

Три недели?

Серьезно?

Ха! Я уложилась за один день!

Интересно, он вообще понимает, какой я подарок судьбы?

Неплохо было бы выписать мне премию! Хотя… это врядли.

Я смотрю на свое отражение в черном погасшем экране ноутбука.

Кардиган, волосы растрепались, лицо уставшее, под глазами синяки. Я сама сейчас как панда.

Ладно. Я не Аня, это и так ясно.

Но я хотя бы умею находить таких, как она. И этого достаточно.

Я решаю, что могу позволить себе немного выдохнуть и выпить чашечку кофе, ведь у меня все под контролем, верно?

Когда приходит сообщение от Ани, я уже сижу как на иголках.

"Я подъехала 😊"

У меня сердце подпрыгивает от волнения. Глубоко вдыхаю.

— Спокойно, Наташа. Ты молодец.

Встаю, поправляю юбку и выхожу из приемной.

В лифте я смотрю на свое отражение в зеркале.

Немного приглаживаю волосы.

Лицо… сойдет.

Главное — уверенность.

Двери открываются в холле.

И я сразу ее вижу — Аня стоит у ресепшена.

Яркое пальто.

Высокие каблуки.

Идеальная укладка.

Господи, какая же она шикарная!

Она будто из другого мира.

Она поворачивается, замечает меня и улыбается.

— Наташа!

Идет ко мне легко, уверенно, обнимает.

От нее пахнет дорогим парфюмом.

— Ну что, показывай своего миллионера, — шутит она.

Я нервно смеюсь.

— Он… немного специфичный.

— Все они немного специфичные, — машет рукой Аня.

Я смотрю на нее.

И вдруг понимаю, что рядом с ней я чувствую себя… как школьница.

Но это неважно.

Главное — она идеальна.

— Готова? — спрашиваю я.

— Конечно.

Мы заходим в лифт.

Двери закрываются.

Кабина мягко дергается и начинает подниматься.

Аня стоит рядом, поправляет волосы в зеркальной панели.

— Я нормально выгляжу? — спрашивает она между делом.

Я смотрю на нее.

Идеальный макияж. Идеальный профиль. Идеальная осанка.

— Да ты как с обложки, — отвечаю я совершенно искренне.

— Отлично. Тогда твой миллионер обречен, — улыбается она.

Я тоже улыбаюсь. Да, у него никаких шансов.

Она смотрит на наше отражение в зеркале.

— Слушай, а ты такая… натуральная.

— Что?..

— Это очень классно, правда. Сейчас это редкость. Все в погоне за улучшайзингом — косметологи, филлеры, блеск, глянец. А ты естественная.

Естественная. Ну да. Вот так это теперь называется.

Я смотрю на нас в отражении.

Если бы мы были телефонами, то она была бы айфоном последней модели, а я… надежной кнопочной "Нокией".

Зато батарея держит неделю.

М-да…

Я перевожу взгляд на цифры этажей.

Пять.

Шесть.

Семь.

И почему-то сердце начинает биться быстрее.

Нет, я уверена. Очень уверена!

В Ане уверена и в своем выборе.

Просто…

Лифт мягко останавливается.

— Ну что, — улыбается Аня. — Пошли покорять.

Да! Смелее, Наташа! Все нормально будет!

Мы выходим в приемную.

— Он же симпатичный, верно? — тихонько спрашивает меня Аня.

— Ну… интересный, — выдавливаю я.

Со внешностью у него все в порядке, но слово "симпатичный" к нему не слишком подходит.

Это Женя — симпатичный, а Кравцов он… ну… это Кравцов.

И вообще, проблема не в этом.

Аня бросает взгляд на панду, которая царственно восседает в углу, морально подавляя все живое.

— Это что?

Я машу рукой.

— Ой, не спрашивай.

В этот момент из чуть приоткрытой двери кабинета доносится голос начальника — спокойный и ровный.

Он с кем-то разговаривает по телефону.

— Нет. Меня не интересуют компромиссы. Или так, как я сказал, или никак.

Пауза.

— Повторять я не люблю.

У меня по спине пробегает холодок.

Аня же приосанивается.

— Ого. Строгий, — шепчет она. — Люблю таких.

Я нервно сглатываю и вдруг понимаю, что ладони вспотели.

Глупость какая. Все же идеально.

Я бросаю взгляд на часы — ровно шесть.

Ладно. Стучу.

— Войдите.

Я делаю вдох и нажимаю на ручку. Замираю в дверях.

В кабинете прохладно.

Кравцов сидит за столом. Без пиджака. Рукава закатаны. На столе — бумаги, планшет, телефон.

Он поднимает на меня глаза.

— Кирилл Олегович, тут… Анна Соколова.

Глава 9

— Пусть заходит, — сухо говорит Кравцов, опуская глаза в планшет.

Я распахиваю дверь кабинета, пропуская Аню.

— Добрый вечер, — говорит она, уверенно делая шаг вперед.

Я нерешительно топчусь в дверях, не зная, что делать дальше.

Ладно, я тогда пойду. Я свое дело сделала, а дальше они сами.

Я делаю шаг назад, собираясь тихонько исчезнуть, оставив их одних.

— Лебедева.

Я замираю.

Кравцов смотрит мне прямо в глаза.

— Да.

— Куда?

— Я подумала… вам же нужно поговорить, — бормочу я, хватаясь за дверную ручку.

— Стоять.

Так. Ладно.

Кравцов переводит взгляд на Аню.

— Анна Соколова?

— Да.

Сначала он смотрит коротко, потом чуть дольше.

Взгляд быстро скользит сверху вниз, словно бы фиксирует детали.

Пальто. Каблуки. Макияж. Укладка.

Он ничего не говорит, на лице никаких эмоций.

Только легкое, почти незаметное сужение глаз.

— Присаживайтесь.

Аня садится, закидывает ногу на ногу. Идеальная.

Я стою чуть сбоку и чувствую себя лишней. Словно человек, который зачем-то присутствует на чужом свидании.

— Наталья сказала, вы заинтересованы в знакомстве, — начинает Аня с легкой улыбкой.

— Я заинтересован в результате, — отвечает он.

Аня слегка моргает.

— Простите?

— Я не сторонник долгих вступлений. Сколько вам лет?

Я вздрагиваю.

Аня на секунду замирает. Выглядит слегка растерянной.

— Двадцать девять.

Он смотрит на нее секунду.

— Это тридцать один, верно?

В кабинете становится холоднее.

Она вспыхивает.

— Вы вообще в своем уме?

— Абсолютно.

— Окей, тридцать один! И что?!

— Вы были замужем?

— Нет.

— Сожительствовали?

Я давлюсь воздухом.

— Простите?.. — округляет она глаза.

— Я уточняю.

Аня переводит взгляд на меня.

Потом на него.

— Что это за допрос?

Кравцов слегка наклоняет голову.

— Мне нужно понимать ликвидность.

Ликвидность.

Господи…

Я чувствую, как у меня загораются уши.

— Я не товар, — холодно говорит Аня.

— Все — товар, — ровно отвечает он. — Вопрос только в спросе.

Он смотрит на нее без эмоций.

— Если до тридцати одного года на товар не было устойчивого запроса, то обычно такой товар либо бракованный, либо лежалый. Ни тот, ни другой вариант мне не интересен.

В кабинете повисает тишина.

Мне хочется провалиться под землю от стыда. За него. За себя. За все.