Я закатываю глаза.

— То есть мне повезло случайно не облажаться?

— Именно, — невозмутимо подтверждает он.

Я возмущенно выдыхаю и уже отворачиваюсь, но он вдруг добавляет:

— В следующий раз попробуйте сделать это не случайно.

Я останавливаюсь.

— В смысле?

Он наконец смотрит прямо на меня.

— Думать перед тем, как говорить.

Я прищуриваюсь.

— А вам не показалось, что я как раз думала?

Он слегка усмехается.

— Нет.

…Вот же скотина!

Я отворачиваюсь и иду дальше.

Но внутри почему-то все равно остается это странное ощущение — как будто меня только что… и отчитали, и похвалили одновременно.

И чего из этого было больше — непонятно.

Глава 35

До офиса мы доезжаем молча.

Я всю дорогу думаю, что, может, сейчас все вернется в норму. Ну, в нашу обычную норму, в смысле. Где он язвит, я злюсь, и все предсказуемо. А не вот это все.

Мы заходим в приемную.

Я только успеваю поставить сумку, а он уже открывает дверь кабинета.

— Кофе, — бросает он, не оборачиваясь.

О, ну вот. С возвращением в реальность.

— Сейчас сделаю, — отвечаю я и иду к кофемашине.

Навороченный монстр находится прямо в приемной — в крошечном кухонном закутке, за раздвижной перегородкой.

Я включаю машину, нажимаю кнопку, ставлю чашку, жду — готово. Я делала так уже сто раз.

Несу в кабинет Кравцова. Он уже за столом, просматривает что-то в ноутбуке.

Я ставлю перед ним чашку.

— Пожалуйста.

Он берет ее, делает глоток… и кривится.

Я даже зависаю.

— Что-то не так? — осторожно спрашиваю.

Он ставит чашку обратно и смотрит на меня.

— Кофе — отстой.

Я моргаю.

Он знает такое слово? Я думала, он прямо сразу в пиджаке родился.

— Я делала как обычно!

— И, как обычно, получилось ужасно, — кивает он. — Лебедева, вы даже кофе нормально сделать не можете.

У меня глаза чуть не выпадают.

— В смысле? Это кофемашина делает!

— Это вы ее используете, — спокойно отвечает он. — И результат… соответствующий.

Я скрещиваю руки на груди.

— Нормальный кофе!

Он чуть приподнимает бровь.

— Это помои, Лебедева.

ЧТО?!

— Да вы… — у меня аж дыхание сбивается. — Все пьют и никто не жаловался!

— Я не "все", — невозмутимо отвечает он и вдруг хмурится: — Так, я не понял, а кому еще вы делаете кофе?

— Эмм… Только вам.

Он смотрит на меня тяжелым взглядом.

— Я запрещаю вам делать кофе кому-то еще, ясно?

Я моргаю.

Это он сейчас… ревнует?

— Вы — моя помощница, — спокойно добавляет он. — Так что и страдать должен только я.

А, нет. Не ревнует. Просто издевается. Как обычно.

— Я только вам и делаю. Я имела в виду, что вы раньше не жаловались, — поясняю я.

— Я просто очень терпеливый и мягкий руководитель.

Я прыскаю от смеха.

— Что такое, Лебедева?

— Ну это вы сейчас загнули, конечно, — отвечаю я, пытаясь сделать серьезное лицо.

Он барабанит пальцами по столу, а затем отодвигает чашку.

— Пойдемте.

Я моргаю.

— Куда?

— Докажу вам, что это так — научу вас делать кофе, — спокойно говорит он и встает.

Я стою секунду. Потом иду за ним.

Ну отлично. Сейчас меня еще и кофе варить научат.

Мы заходим в наш кухонный закуток.

Господи, тут и одной-то не развернуться, а уж вдвоем…

Вдруг становится как-то… слишком мало воздуха.

— Смотрите, — говорит он, поворачиваясь к кофемашине.

Я стою рядом. Очень рядом, потому что больше встать некуда.

Он тянется к контейнеру с кофе.

— Вы берете стандартный режим, да?

— Да, — бурчу я. — Как все нормальные люди.

— Вот именно, — кивает он. — Как все.

Он открывает отсек, проверяет.

— Слишком мелкий помол.

Я моргаю.

— Что?

— Он дает горечь, — спокойно объясняет он. — И убивает вкус.

Он что-то там настраивает, поворачивает, щелкает.

Я стою и смотрю, как будто это сейчас урок по высшей математике.

— Дальше, — продолжает он, — вода.

Он нажимает кнопку, сливает немного в раковину.

— Первая порция всегда перегрета.

— Серьезно? — не выдерживаю я.

— Абсолютно.

Он ставит чашку, нажимает.

Кофе начинает литься.

Кравцов чуть разворачивает корпус и от этого он вдруг оказывается еще ближе.

Мой взгляд упирается в ворот его рубашки. Вижу его шею, кожу, легкую щетину на подбородке.

Отворачиваюсь в сторону, и в этот момент мое плечо почти касается его.

Сердце начинает колотится быстрее.

Черт.

— Чувствуете? — говорит он.

— Что? — я даже не сразу понимаю вопрос.

— Запах.

О, да… Еще как чувствую.

Смесь его парфюма — с пряной остротой и чем-то холодным, свежим — и теплого, почти соленого запаха кожи.

Опасное сочетание, если честно.

— Запах кофе уже другой.

А, блин, он про кофе…

Я втягиваю воздух, пытаясь сосредоточиться.

И… да.

Черт.

Правда другой. Мягче.

Я уже хочу что-то сказать, но он тянется к шкафчику наверху.

И я замираю. Потому что на секунду оказываюсь словно зажата между его телом и кухней.

Между нами остается буквально несколько сантиметров.

Дышать становится сложнее.

Он достает маленькую баночку.

— И вот это, — говорит он.

— Что это? — спрашиваю я почему-то внезапно охрипшим голосом.

Он смотрит на меня.

— Корица.

Он открывает и слегка, совсем чуть-чуть, добавляет сверху.

— Только не переборщить, — говорит он. — Иначе будет пахнуть булочной.

Я фыркаю.

— А сейчас не пахнет?

Он бросает на меня короткий взгляд.

— Сейчас — нормально.

Я закатываю глаза.

Он берет чашку и протягивает мне.

— Попробуйте.

Я беру, замечая, что руки дрожат. Стараюсь не думать о том, что наши пальцы почти коснулись.

Делаю глоток и… замираю.

— Ну? — спрашивает он.

Я морщусь.

— Это нечестно.

— Почему?

— Потому что… — я делаю еще глоток, — это вкусно.

Он чуть усмехается.

— Вот именно.

Я поднимаю на него взгляд.

И вдруг понимаю, что он смотрит не на чашку, а на меня.

И вот это уже… опасно.

Я быстро отвожу взгляд.

— Ладно, — бурчу я. — Один раз получилось.

— Не обольщайтесь, — спокойно отвечает он. — Это я сделал.

Вот же…

Я сжимаю чашку.

— Я запомнила!

— Сомневаюсь.

— Да вы… — я запинаюсь, потому что он вдруг наклоняется чуть ближе.

Берет чашку из моих рук.

И, не отводя от меня взгляда… делает глоток.

Я ахаю.

— Я же из нее пила…

— А вы заразная?

— Нет!

Он вновь делает глоток, смотря мне прямо в глаза.

— Завтра проверю, — тихо говорит он, все еще глядя на меня.

Он так близко, что его дыхание касается моей кожи.

У меня по спине снова пробегают мурашки.

Черт.

Я отступаю на полшага.

— Что проверите?..

— Как вы научились.

— Обязательно, — бурчу я, стараясь звучать нормально.

Получается не очень.

Он выпрямляется, как будто ничего не было.

— Отнесите.

И выходит из кухни.

А я стою, как вкопанная. Дышу слишком быстро. И вообще…

Мне срочно нужно перестать так реагировать на этого человека.

Срочно.

Прямо сейчас.

…Ну или хотя бы через пару минут.

Глава 36

Я выхожу из кухонного закутка с чашкой в руках и стараюсь идти ровно.

Получается… не очень.

Сердце все еще стучит где-то в горле, в голове шумит, и вообще лучше бы сейчас никого не встречать. Но, конечно же, это невозможно.

Рабочий день ведь никто не отменял.

Я ставлю чашку на стол Кравцова, стараясь не смотреть на него лишний раз.

— Документы по утренней встрече у вас на почте, — говорю максимально деловым тоном.