Я прокашливаюсь, ожидая, что Йейтс возьмет ручку и бумагу или включит компьютер, но он этого не делает. Он лишь приподнимает брови, кивая мне с легким, но ободряющим видом.

— Ну, возможно, это пустяки, но в том же отеле, где остановился я, в «Кейпсайде», живет один мужчина. Он снимает документальный фильм, что-то о любительской группе расследований, в которой состоит. «Ищейки».

— А, да, — говорит Йетс, на его губах появляется смущенная ухмылка. — Знаю я таких. Они время от времени появляются в нашем городе.

— Да, ну, он кажется немного… одержимым. И я не уверен, что он играет по правилам, — киваю головой в сторону города, придавая лицу выражение искренней озабоченности, что контрастирует с тлеющей яростью, которая все еще кипит в глубине моей груди, когда в мыслях всплывает образ оператора дрона. — Вчера вечером я видел, как он околачивался возле реки Баллантайн, где висят таблички «Посторонним вход запрещен».

— Река Баллантайн?

— Именно так, сэр.

— У вас есть разрешение на рыбалку?

— Эмм… — мой мозг будто переворачивается от недостатка кофеина, пытаясь обработать его вопрос. — Я не рыбачил, сэр…

Йейтс наклоняет голову, словно любопытный пес.

— Обычно люди оказываются у реки именно по этой причине. Вы же не занимаетесь внесезонной охотой?

— Нет, сэр, — если, конечно, не считать охоты на людей. — Правда нет.

— Уверены? Я бы ограничился предупреждением, но вы должны быть со мной честны. Заместитель Коллинз — веган, и он очень серьезно относится к браконьерству. Если он узнает…

— Клянусь, сэр. Я не охотился у реки, — говорю, пытаясь выбраться из водоворта, в который, кажется, угодил. Йейтс явно расслабляется при моих словах: плечи опускаются, взгляд смягчается. — Но этот Сэм… Не понимаю, зачем он шатался по частной территории. А совсем недавно я видел, как его дрон кружил над тем большим поместьем на холме, старым викторианским домом. Возле каменного коттеджа на участке стояла женщина, он выглядела очень расстроенной из-за этого.

Выражение лица Йейтса становится мрачным. Безжизненным. Он придвигается чуть ближе к столу, не сводя с меня глаз, которые кажутся темными из-за нахмуренных бровей.

— Он летал над поместьем Ланкастер?

Я киваю.

— Да, сэр.

— И пилотом были не вы?

Кровь отливает от конечностей, оставляя за собой кристаллы льда. Сердце бешено колотится, выбивая тревожные удары по ребрам.

— В смысле, Сэр…?

— Вы недавно управляли дроном для мистера Портера — шесть дней назад, верно? В тот день, когда Джейка Хорнелла видели в последний раз.

Горький привкус страха ощущается на языке, во рту пересыхает. Я не называл ему фамилию Сэма.

Это не в моих правилах — лезть в самый эпицентр внимания сломя голову. Я привык действовать из тени. Да, я умею очаровывать, когда нужно, манипулировать людьми, заставляя их двигать фигуры на доске так, как мне выгодно. Но понимаю, что я не неуязвим. Я не из тех, кто врывается в полицейский участок, будто вся власть в моих руках.

Но именно это я и сделал. И двинула мной не просто поглощающая, одержимая потребность защитить Харпер. Теперь я, возможно, подставил под удар не только себя, но и ее. Потому что она есть на тех кадрах с дрона, которые я снял. Она могла быть последней, кто видел Джейка Хорнелла живым. Его куски валяются в ее проклятом саду. А остальное зарыто вдоль реки Баллантайн, на земле Артура, недалеко от мест, где мы каждую ночь выкапываем его жертв. В могиле, которую выкопал я. Той самой, что предназначалась для нее.

Эти мысли проносятся в моем сознании за считанные секунды, пока другая часть мозга переключается в режим самосохранения, и я говорю:

— Да, я управлял дроном для него несколько дней назад. Но только один раз. Он был немного… странным… насчет того, что нужно снимать. Настойчивым. Он хотел, чтобы я снимал определенных людей. Это просто казалось неправильным. Ощущалось… навязчивым, — я качаю головой и пожимаю плечами, маскируя полуправду показным безразличием. — В общем, наверное, его оператор сам приехал.

— Так это не вы запускали дрон над поместьем Ланкастер?

— Нет.

— Тогда что вы там делали?

— Я просто проходил мимо.

— Просто проходили мимо, — повторяет он. Стучит длинным указательным пальцем по столу, и на его губах мелькает что-то наподобие улыбки. Но она неискренняя. — Слушайте, — наконец говорит он, откидываясь на спинку стула с глубоким вздохом. — Кейп Карнаж — небольшой городок с необычной историей. Такие, как Портер, появляются тут каждые несколько лет в поисках чего-то. Может, в поисках правды, стоящей за городскими легендами. Но они ничего не находят, потому что здесь нет никаких старых тайн. В каждом маленьком городке, если копнуть глубже, найдется что-то мрачнее, как и в Кейп Карнаже. Это не значит, что за каждым углом притаился убийца. И, чаще всего, их вмешательство лишь создает проблемы таким, как заместитель Коллинз и мне, когда у нас есть реальная работа. Например, выяснить, что, черт возьми, случилось с Джейком. Вполне возможно, он просто сбежал из города, если учесть все обстоятельства, — он стучит по картонной папке на столе, которая, как я предполагаю, имеет отношение к Джейку. Но его глаза не отрываются от моих, прищуриваясь. — Однако, возможно, я ошибаюсь. Вам ведь ничего не известно о том, где сейчас мистер Хорнелл?

Я качаю головой, отдавая себе отчет в каждом своем микровыражении, и не отвожу взгляда.

— Нет, сэр.

— Хм, — произносит он. Я не понимаю, хорошее это «хм» или плохое, но просто жду, сохраняя нейтральное и невинное выражение лица, несмотря на каплю пота, скатившуюся по спине. — Что ж, — наконец говорит Йейтс, откатывая кресло назад и поднимаясь на ноги, — благодарю, что поделились опасениями. Я буду держать ситуацию на контроле.

Он протягивает руку через стол, и я пожимаю ее, гадая, что он думает о температуре моей ладони, пока говорю:

— В любое время, сэр. Рад помочь.

Кивнув и улыбнувшись чуть ярче, шериф Йейтс отпускает мою руку, обходит стол и открывает дверь кабинета, пропуская меня вперед. Как только я переступаю порог, он кладет руку мне на плечо.

— Ах да, сынок…

— Хм…?

— Если встретите мистера Портера, передайте, чтобы заглянул в участок. Я пытался получить у него запись с дрона — на случай, если мистер Хорнелл попал в кадр, но он, похоже, меня избегает. Лучше подстраховаться, и я не хочу выписывать ордер. Не лучший имидж в сезон туризма, особенно если «Ищейки» налетят сюда, решат, что я гоняюсь за их звездой.

— Конечно, сэр.

По-отечески похлопав меня по плечу, шериф Йейтс отпускает меня, и я сдерживаюсь, чтобы идти спокойно, выходя из ебучего полицейского участка. Мне стоит неимоверных усилий не сорваться с парковки с визгом шин.

И только сидя на краю кровати в отеле, я наконец могу перевести дух.

С самого первого дня прибытия в Кейп Карнаж все пошло не так, как я предполагал. То будущее, ради которого я приехал сюда, словно прошло через призму и разлетелось на осколки, совершенно непохожие на тот простой, бесцветный луч света, с которым я начинал. Все изменилось в тот самый момент, когда я встретил Харпер в кофейне. И теперь я чувствую, как рушатся все мои тщательно выстроенные планы, как отчаянно пытаюсь приблизиться к ней, несмотря на все попытки вернуться на прежний путь.

А что, если перестать пытаться ее ненавидеть?

Становится все труднее сохранять злость на Харпер. Я вижу, как преданно она относится к Артуру. Готова рисковать собой, чтобы защитить его. Замечаю, как дорог ей Кейп Карнаж — она отказывается уезжать, несмотря на угрозу, исходящую от меня, старается сделать город красивее, хотя, должно быть, ужасно устала. Кажется, я даже вижу, как много она значит для меня. Это читается в долгих взглядах при свете фонарей. В чувстве вины, затуманивающем ее глаза. Оно было там и вчера вечером, как она ни пыталась скрыть. И она права, что опасается меня. Как она и говорила, я угрожал ей. Запугивал. Шпионил. Я никогда не давал ей чувства безопасности. Даже не позволял этой мысли укорениться в своей голове, постоянно борясь, пытаясь подавить.