- Вы же видели? – негромко спрашиваю.

- Видели что? – доносится низкий голос Когтя.

- Вот, ещё раз, - указываю в сторону Утёса, и на меня смотрят недоверчивые глаза Эрвейна.

- Ты нас разыгрываешь? – хмурит брови блондин.

- Да нет же, - такое чувство, что я пытаюсь доказать остальным, что не сумасшедшая.

«Ашкай, ты видел?»

Да, Мейя, тоже, что и вчера.

Хольц смотрит на меня внимательно, пытаясь различить ложь.

- Собирайтесь, - велит всем. – Вы сейчас же отправитесь к Утёсу, чтобы всё проверить.

- Сейчас? – блондин округляет глаза. – Тиэррис, не знаю, что там видела лекарка, но ночь не лучшее время, чтобы выбираться из Крепа.

- А малыш наш в штаны напрудил, - усмехается Эрвейн, которому в радость задеть блондина.

- Что ты сказал? – намеревается отстоять свою честь Лоран. Ей-богу, как дети.

- Мейя, ты отправишься с ними, - Хольц делает вид, что не замечает перепалки. – Если там что-то есть, это видишь лишь ты.

Мы отправляемся, чтобы одеться теплее и взять с собой оружие. Перенестись на спине дракона было бы куда проще, чем, натянув лыжи и взяв с собой скарнов, скользить за ними вслед, управляя поводьями, пока животные резво бегут. Сани слишком тяжелы, а вот по скарну на каждого, и путь сокращается прилично. За время поездки вижу вспышку ещё раз, а потом лишь тьма. Нам приходится пуститься в объезд, чтобы забраться на самую вершину, и отбиться от двух голодных крахтов, которые бросились за нами вслед, как только учуяли добычу. И вот, наконец, перед нами старая крепость Северной земли.

Ворота встречают нас глухим скрипом, когда Эрвейн толкает одну из створок плечом. Та поддаётся слишком легко: перекошенная, висящая на одной петле, она словно устала сопротивляться времени.

- Когда-то их закрывали, - тихо замечает Камнелом, проводя пальцами по треснувшему металлу, - и, судя по всему, не один десяток лет.

- Когда-то здесь вообще жили, - хмыкает Коготь. – Всего лишь тридцать лет назад.

Мы заводим скарнов на территорию крепости, приваливаем к двери большие камни, что откололись от стены, на случай если крахты поблизости. Конечно, здесь не один вход, и они могут пробраться с другой стороны, но следует хоть бы попробовать обезопасить животных и себя. Привязываем их к уцелевшему кольцу в каменной стене, они нервничают: фыркают, перебирают лапами, уши дёргаются, будто слышат то, чего не слышим мы.

- Скарны ведут себя беспокойно, - задумчиво говорит Эрвейн, - следует быть осторожными.

- Вот если бы не сказал, мы бы вели себя, как идиоты, - не сдерживается от укола блондин. Делает с десяток быстрых шагов вбок, и тут же исчезает, будто его никогда и не было. Первым с места срывается Камнелом, так резко, что снег под его ногами взлетает в стороны.

- Лоран! - рычит он.

Мы бросаемся следом, и только подбежав ближе, понимаем, что произошло: под ногами зияет провал.

Снег обвалился, обнажив старую яму: узкую, но глубокую, будто когда-то здесь был ход или колодец, а теперь всё сгнило и провалилось внутрь. Края неровные, осыпаются, камни скатываются вниз с глухим стуком.

- Я здесь! - доносится снизу приглушённый голос блондина. - И, к вашему прискорбию, жив!

- Не стой слишком близко, - аккуратно отталкивает меня назад Эрвейн, - это опасно. Ты одна лекарка на всю округу, - тут же добавляет, чтобы объяснить свою заботу.

- Вообще я тоже один такой на всю округу, - доносится голос Лорана из подземелья.

Камнелом уже лежит на животе, свесившись вниз со световым шаром в руке, пытаясь разглядеть друга. За ноги его держит Коготь, чтобы подстраховать, если провал снова осыплется.

- Глубоко? - спрашивает Борн.

- Достаточно, без верёвки не обойтись, - доносится голос снизу.

- Тогда тебе придётся подождать, пока мы вернёмся из Крепа с верёвкой, - выносит вердикт Коготь.

- Пойду что-нибудь поищу, - озвучивает действие Эрвейн, направляясь в сторону старой крепости, которую подсвечивает белый снег и яркая луна в небе. Стены местами обрушены, камень выщерблен, в щелях застрял лёд, будто сама зима решила обжить это место. Деревянные балки почернели, кое-где провалились, образуя провалы, в которые уходит темнота. Башни, если их ещё можно так назвать, стоят криво, словно вот-вот рухнут.

Тишина здесь другая. Не просто отсутствие звуков, а будто место затаилось и выжидает время, чтобы напасть.

Как только Эрвейн скрывается в замке, Коготь подаёт голос.

- Может, теперь расскажешь, что ты видела?

Поворачиваю голову в сторону мужчин. Камнелом поднялся с земли и ходит вокруг, придумывая, как вытащить друга, а Харек смотрит на меня слишком пристально.

- Голубые вспышки, - отвечаю честно.

- На что похожи?

- Не знаю даже, какие-то импульсы, может, молнии.

- Здесь не бывает молний, Мейя, это Север. Если предположить, что это человек, то кто-нибудь из Крепа должен был его заметить. Он обязательно отапливает помещение, а это дым, охотится, а это следы на снегу, оставляет какой-то мусор или продукты жизнедеятельности. И что-то мне подсказывает, что внутри замка мы тоже ничего подобного не обнаружим.

Камнелом подходит ближе, и вот они вдвоём смотрят на меня.

- Вы мне не верите, - понимающе киваю. – Наверное, я бы тоже не поверила другому, уверяй они меня в подобном.

Внезапно за их спинами что-то мелькает, и я перевожу взгляд. В десятке метров отсюда на углу замка стоит рыжее животное, словно вырезанное из огня на фоне белизны. Узкая морда, чёрные глаза, пушистый хвост, который едва заметно покачивается, и она смотрит в нашу сторону.

Лиса.

- Ну вы там скоро? – кричит блондин, и я перевожу взгляд на яму, а когда снова смотрю на угол, там никого нет. Коготь оборачивается, чтобы понять, куда я пялюсь.

- Опять вспышка?

- Нет, - качаю головой, но не хочу говорить, хватит с меня и того, что они всё воспринимают за ложь.

- Оставайся тут, - просит Коготь Камнелома, я тоже пойду поищу что-то подходящее. Лекарка? – приглашает прогуляться с собой.

- Разделимся. Разыщу подсобные помещения, уверена, в них что-то сохранилось.

Он слегка кивает и отправляется вслед за Эрвейном обследовать замок, а я иду в сторону места, где только что стояла лиса. Добираюсь до угла, касаясь ледяной стены, и заглядываю за него, но здесь слишком темно, чтобы можно было разглядеть хоть что-то.

«Ашкай, ты это чувствуешь?» - обращаюсь к фамильяру, потому что кажется, словно стена вибрирует под ладонью.

Да, какой-то странный гул.

Убираю руку, всё прекращается. Снова кладу, и камень начинает подрагивать. Признаться, с таким сталкиваюсь впервые. Это какая-то аномальная зона?

За спиной переговаривается Лоран и Камнелом, а я раздумываю, не вернуться ли мне обратно, там всё же куда безопаснее, чем во тьме, что хранит секреты. Внезапно передо мной появляются два светящихся круга, и я испуганно вздрагиваю, потому что это ни что иное, как серебристые глаза хищника.

Он выходит из тени медленно, будто знает, что мне некуда бежать.

Крафт. Ледяной волк. Крупнее обычного зверя, с густой, почти прозрачной шерстью, в которой будто застыли иглы инея. Каждое движение отдаёт хрустом, словно его тело состоит не из плоти, а из спрессованного снега и льда. Из пасти вырывается пар, зубы длинные, острые, как осколки стекла, только вот питается он обычным мясом.

Крахт скалится, а я замираю, стараясь дышать медленно, хотя сердце колотится так, что, кажется, его слышно на всю крепость.

«Ашкай…»

Вижу. Не дергайся.

Пальцы медленно сжимаются, взгляд опускается чуть вниз, скользит по снегу в поисках хоть чего-то: камня, обломка, палки.

Если прыгнет - нужно уйти в сторону, только успею ли?

Волк делает шаг вперёд, я один назад. Кричать бессмысленно, он сразу же бросится. Вижу, как готовится, чувствую это кожей. Он чуть приседает и отталкивается от земли, устремляясь в мою сторону.