Бросаю быстрый взгляд на Эрвейна. Он стоит рядом, сложив руки на груди, и выражение его лица говорит о том, что происходящее нравится ему всё меньше и меньше.

- Альта, - сухо говорит он, - думаю, мы могли бы…

- Нет, Блаквуд, - резко отвечает она. - Не могли бы. Сегодня Креп видел вашу свадьбу. Завтра об этом будет говорить весь Север. А послезавтра об этом узнает Лаэрд Торвелл.

Её глаза холодно блестят.

- Поэтому никаких сомнений, никаких слухов.

Она слегка кивает в сторону коридора.

- Идите в вашу спальню. И сегодня ночью исправьте то, чего не сделали до этого. Хорошего отдыха, - говорит, удаляясь, а новоиспечённый муж набрасывается на меня с обвинениями.

- Зачем ты ей сказала, что ничего не было?

- Она спросила!

- Не умеешь лгать?!

- Научи, как это сделать, когда в твоих руках камень правды, - фыркаю в его сторону, разворачиваясь на каблуках, и отправляюсь к себе. Как хочет, я приказ выполняю верно, отправляясь в свою комнату, а он пусть сам разбирается с альтой.

Успеваю пройти почти весь коридор, когда за спиной раздаётся тяжёлый шаг. Обернувшись вижу, что Эрвейн идёт в противоположную сторону, даже не взглянув на меня. Плечи напряжены, шаг широкий, будто он намерен как можно быстрее убраться подальше от всего этого цирка.

- Вот и славно, - бормочу себе под нос.

Проверяю пациентов в лекарской. Валар без изменений. Грудь поднимается медленно, почти незаметно. Жив, и я облегчённо выдыхаю.

- Отправляйтесь в свои комнаты, - прошу Винолу и Лиэрну. – Завтра придёте, так будет лучше.

Не успеваю вернуться к себе, надеясь отдохнуть, как дверь открывается. Набираю воздуха в лёгкие, чтобы отчитать того, кто не умеет стучать, когда вижу Эрвейна.

В руках у него большая потёртая сумка. Несколько секунд он просто смотрит на меня, потом заходит внутрь и без всяких церемоний бросает сумку на ближайший стул. Глухой удар эхом разносится по комнате.

- Постираешь там что надо, - говорит он.

- Прости? – хмурю брови, потому что кажется, будто ослышалась.

- Прощаю, - идёт к кровати, тут же падая на неё, отчего пружины стонут. И всё, больше он ничего не говорит.

- Кх-кх. Я не это имела ввиду.

- А зря. Полезный навык для супруги.

- Ты пришёл меня злить?

- Жить, дорогая жёнушка. А как известно, - стук сапога о пол привлекает моё внимание. Блаквуд начинает раздеваться, ещё немного, и его одежда окажется рядом с телом, а не на нём.

А он молодец, без прелюдий, - слышится голос Ашкая. – Хотя мог бы и цветочек принести, конечно.

«Зима на дворе, откуда цветы?»

Как мило, ты его уже защищаешь.

«Да я просто…»

– А как известно, жена обстирывает мужа, - продолжает Эрвейн тем временем, пока в моей голове перепалка.

- О-о-о. Поняла. Может, ещё что-то? – становится смешно. – Ужин в постель, массаж пяток, раздевание по музыку?

На последнем в его глазах загораются огоньки.

- Было бы неплохо, - говорит хрипло.

- А знаешь, хорошо, - внезапно соглашаюсь.

- Да? – не верит он.

- Да. Хочешь, избавлю тебя от грязной одежды?

- Конечно, - ёрзает на постели, решив, что я намекаю на вещи, надетые на него.

Хитро улыбаюсь, подходя к его сумке.

- Позволишь?

- Конечно, - немного разочаровано, но не показывает вида.

Он лежит на моей кровати, закинув руки за спину, и смотрит на меня с интересом.

Открываю сумку. Кажется, нарочно меня проверяет, затолкав сюда какое-то тряпьё.

- Что тут у нас? – добываю какую-то тряпку. – Кажется, рубашка? – хмурю брови. Почему-то мокрая. – А это? – тут уже не берусь гадать, что именно. - Ну я разом всё постираю, - толкаю обратно, поднимаю сумку и иду к окну.

Мейя, остановись! Это плохая идея.

Мгновение, створка открыта, и ледяной ветер врезается в моё лицо. Эрвейн подрывается с места, но я уже вытряхиваю в всё в темноту. Здесь три этажа, внизу пустырь. Пусть идёт и собирает, если ему вздумается.

Эрвейн подлетает к окну так быстро, что едва не сбивает меня плечом. Хватается за подоконник и высовывается наружу. Несколько секунд просто смотрит вниз, куда исчезла сумка, потом медленно оборачивается ко мне.

- Ты с ума сошла?!

Я спокойно отряхиваю руки, будто только что закончила какую-то пыльную работу.

- Вот так я буду стирать одежду тому, кто не уважает мои границы.

Он смотрит на меня так, словно пытается решить: смеяться или задушить.

- Это МОИ вещи!

- Я заметила.

- Там ВСЕ мои вещи!

- Значит, теперь они очень хорошо проветриваются.

Ветер воет между каменных стен, где-то далеко хлопает створка ворот.

- Это третий этаж.

- Я в курсе. Там снег, а это уже почти стирка.

- Ты невозможная женщина!

- Спасибо.

- Это был сарказм. Теперь я понимаю, почему тебя готов был убить первый муж.

Несколько секунд мы просто смотрим друг на друга.

- Зря я тебя спас! – добавляет, проходя мимо.

Это было жестоко, Мейя.

- Если уж ты хотел, чтобы я что-то сделала, - пытаюсь защищаться, - можно было попросить нормально.

- Я попросил.

- Ты приказал.

- Это была шутка.

- А это была моя.

Он сокрушённо качает головой, добирается до сапог и натягивает их.

- Куда ты?

- Спасать остатки своего гардероба, - бросает через плечо, хлопая громко дверью.

Зря ты там с ним. Он неплохой малый, - замечает Ашкай. - Думаешь, здесь много ателье, где можно купить новую одежду?

Да чтоб тебя!

С тяжёлым вздохом хватаю магический шар со стола. Свет внутри вспыхивает мягче, когда я сжимаю его в ладони. Натягиваю тёплый плащ, шарф и выхожу в коридор.

Креп ночью почти пуст. Каменные стены хранят холод, шаги отдаются гулким эхом. Шары под потолком бросают дрожащий свет на пол.

Выбираюсь из замка во двор без свидетелей. Холод бьёт в лицо сразу, будто меня ударили ледяной ладонью. Воздух острый, чистый, пахнет снегом, а ледяная крошка летит в лицо.

Обхожу стену крепости, шар освещает дорогу мягким золотистым кругом. Останавливаюсь и задираю голову вверх, пытаясь прикинуть, где именно находится моя спальня. Несколько окон горит, остальные темны.

Три этажа. Если смотреть отсюда, где-то там. Снег скрипит под сапогами, когда начинаю подниматься по небольшому холму у стены, и почти сразу слышу знакомый голос.

- Шаргховы тряпки!

Невольно улыбаюсь, делая ещё несколько шагов, наступая на какую-то вещь. Поднимаю – нижние штаны, и вдруг замечаю боковым зрением короткую яркую вспышку. Она прорезает темноту всего на мгновение, как если бы кто-то резко ударил кремнем по стали. Свет холодный, голубоватый, вспыхивает где-то в ста лигах отсюда.

«Ашкай, ты это видел?»

Да, но не знаю, что это.

Поворачиваюсь так, чтобы быть лицом к тому месту, и вспышка повторяется на этот раз чуть дольше. Голубой свет на секунду освещает снежный склон, обнажая тёмные камни и изломанную линию стены. Серебряный Утёс, вспышка оттуда. Но, если там никто не живёт более двадцати лет, что стало её причиной?

Внезапный удар в лицо, и я падаю назад, раскинув руки, а в небе надо мной мелькает чья-то тень.

Снег сыплется за ворот, холод обжигает щёки, а где-то совсем рядом раздаётся заливистый, совершенно неуместный хохот.

- Вот это меткость, - сквозь смех произносит Эрвейн.

С трудом поднимаю голову, убираю с лица остатки снежка и сжимаю губы, потому что это задевает моё самолюбие.

- Ты, - отряхиваюсь, поднимаясь на локтях. - Ты совсем?

- Живая? - перебивает он, подходя ближе.

В его голосе слышится насмешка, но не злая. Он оказывается рядом и протягивает руку.

Смотрю на неё пару секунд, потом фыркаю и, игнорируя помощь, поднимаюсь сама, переваливаясь на бок.

- Обойдусь.