- Лина и Леви, упрямо жмущиеся друг к другу,

- Булка,

- Лапсик,

- Фисташ,

- Лисфей,

- даже Хрунь с орехами,

- и сам этот старый дом, скрипучий, полный тайн, горестей и надежд.

У меня защипало глаза.

- И если им нужен дом, - прошептала я, - то я постараюсь быть ему достойной хозяйкой.

Свет взвился вверх.

Слишком резко.

Комната качнулась. Я ахнула, потому что сияние вдруг обвило не только мою руку, но и плечи, талию, грудь - мягко, но неотвратимо, словно поднимало меня изнутри.

- Кларисса! - резко прозвучал голос маркиза.

Я хотела ответить, но не смогла.

Потому что источник вдруг потянулся дальше.

К нему.

И через секунду серебряный поток обвил уже нас обоих, связывая между собой.

- Это еще что такое?! - выдохнула я.

Кот моргнул.

- О. Быстрее, чем я ожидал.

- Что быстрее?!

- Связка, разумеется.

Маркиз уже был рядом. Одной рукой держал меня за плечи, другой упирался в каменный край.

- Что нам делать?

- Ничего, - ответил кот. - Не сопротивляться.

- Прекрасный совет, - процедила я. - Ненавижу такие советы!

Но сопротивляться и правда не получалось.

Свет проходил сквозь нас, как теплая буря. У меня перехватило дыхание. А потом стало слышно его сердце.

Нет, не так.

Я действительно слышала, как бьется сердце маркиза.

И чувствовала его напряжение.

И его страх.

Не за себя.

За меня.

Я резко подняла голову.

Он смотрел на меня так близко, что весь мир вдруг сузился до его лица.

- Вы это тоже?.. - прошептала я.

- Да.

И все.

На этом месте мой разум должен был потребовать паузу.

Перерыв.

Стакан воды.

Новую жизнь.

Но вместо этого источник рванул светом снова, и я вдруг почувствовала не только его страх.

Еще и нежность.

Ту самую, которую он так упрямо прятал.

И, судя по тому, как расширились его зрачки, он в этот миг понял обо мне что-то очень похожее.

А потом из глубины источника донесся тихий детский плач.

И чужой голос шепнул прямо в серебряное сияние:

- Нашел.

Первое, что я сделала, услышав этот шепот - вцепилась в рукав маркиза.

Второе - поняла, что вцепилась уже не только рукой. Свет источника все еще связывал нас, и я буквально чувствовала, как он напрягся всем телом.

- Кто это? - хрипло спросил он.

- Не знаю, - выдохнула я. - Но мне уже хочется, чтобы он немедленно ушел.

Кот перестал умываться.

- Это плохо.

- Благодарю, - сказала я. - Очень нужное уточнение.

- Не перебивайте меня, когда я почти полезен.

Свет между нами и источником не гас. Он пульсировал, как живой, а вместе с ним внутри меня отзывались какие-то совсем уж неприлично глубокие вещи. Дом. Дети. Страх. Усталость. И Эдгар.

Эдгар, который стоял так близко, что от него шло тепло сквозь магию и воздух.

Эдгар, который, кажется, сейчас слышал обо мне больше, чем я позволяла слышать кому бы то ни было.

И это было страшнее шепота из света.

- Что значит "нашел"? - спросил он резко.

На этот раз ответ пришел не от голоса.

От источника.

Свет в колодце взметнулся выше, и на его поверхности вдруг возникли образы. Неясные. Смазанные. Как в воде, которую кто-то тревожит пальцами. Но различимые.

Я увидела длинный темный коридор.

Железные двери.

Детские руки на каменном полу.

Маленькую комнату без окон.

Клетки.

У меня свело живот от ужаса.

Рядом маркиз шумно втянул воздух.

- Это... - начал он.

- Да, - тихо сказал кот. - Память. Источник показывает то, что связано с метками дома.

Свет рябью пошел дальше.

Теперь в нем мелькнул мужчина. Высокий. Худой. В темном сюртуке. Лица почти не видно, только бледный профиль, очки и очень тонкие пальцы, перебирающие какие-то металлические кольца на столе.

Ной.

Лина.

Леви.

Еще дети.

Слишком много детей.

- Ронкс, - прошептала я.

- Скорее всего, - ответил кот.

Я почувствовала, как рука маркиза непроизвольно скользнула ко мне ближе. Не для красоты. Не для утешения. Для опоры. Моей или своей - я уже и сама не понимала.

- Почему мы это видим? - спросил он.

- Потому что источник показывает угрозу, - сказал кот. - И то, что связывает вас с ней.

- Нас?

- Дом. Детей. Вас обоих. Да, это уже общее, нравится вам или нет.

Я бы съязвила. Честно. Но в этот момент свет дрогнул снова, и у меня вырвался тихий вскрик.

Теперь в серебристой глубине было другое.

Северная усадьба с высоты.

Ночной сад.

Крыши.

Окна.

И тонкие темные нити, тянущиеся к дому со всех сторон, как щупальца паутины.

Они уже искали.

Уже тянулись.

- Он не знает точно, где дети, - сказал маркиз. - Но идет по следу.

Я повернулась к нему.

- Откуда вы...

И замолчала.

Потому что знала сама.

Просто знала.

Откуда-то изнутри.

Из связки.

Из проклятого серебряного света, который теперь делал нас слишком понятными друг другу.

Он тоже это понял.

Я увидела.

- Вы слышите мои мысли? - шепнула я.

- Нет. Не мысли. Скорее... направление.

- Это ужасно.

- Согласен.

- Прекрасно, что хоть в этом мы едины.

- Вы сейчас шутите от страха?

- А вы спрашиваете, уже зная ответ.

На мгновение его взгляд стал таким мягким, что у меня опять подвело колени.

- Да, - тихо сказал он.

Это "да" было сказано не только про шутку.

И я это почувствовала слишком ясно.

Свет между нами дрогнул сильнее.

Кот взмахнул хвостом.

- Осторожно. Если будете сейчас друг на друге зацикливаться, источник решит, что приоритеты расставлены, и пойдет дальше.

Я моргнула.

- Что значит "дальше"?

- Скрепит связку окончательно.

- Что?!

- Ну, я не думал, что вас удивит перспектива. После того поцелуя и взглядов...

- Лисфей!

- Молчу. Почти.

Маркиз тихо выдохнул. То ли от злости на кота, то ли от чего-то другого.

- Как остановить это?

- Либо отпустить.

Либо принять.

Третьего не дано.

- Какая отвратительная философия.

- Зато честная.

Я уставилась в свет. Он все еще обнимал запястья. Тянулся вдоль ладоней. Легко касался груди, как будто знал, куда бить сильнее.

Отпустить?

Принять?

Да я себя-то понять не успела. Только недавно мечтала о свободе, отдельном доме, яблонях и тишине. А теперь у меня:

- дети,

- приют,

- фамильяры,

- ночные чудовища,

- и мужчина, рядом с которым собственное сердце ведет себя как предатель.

- Кларисса, - очень тихо сказал он.

Я подняла глаза.

- Если для дома это необходимо...

- Не говорите так.

- Как?

- Как будто вы сейчас собираетесь опять сделать что-то благородное, а мне потом с этим жить.

Он замер.

Наверное, я сказала слишком честно.

Но остановиться не могла.

- Не надо решать за меня, Эдгар, - прошептала я. - Не сегодня.

Свет стал тише.

Мягче.

Будто слушал.

Маркиз смотрел долго. Очень долго. А потом медленно кивнул.

- Хорошо, - сказал он. - Тогда вместе.

И вот именно в эту минуту источник вспыхнул снова.

Не болезненно.

Не страшно.

Скорее как согласие.

Серебряные нити, связывавшие нас, на мгновение стали тонкими золотистыми веточками. Совсем как метки на детских руках. Потом скользнули обратно в колодец света и исчезли.

Я покачнулась.

Он тут же удержал.

Опять.

- Это уже входит у вас в привычку, - пробормотала я.

- Начинаю подозревать, что у вас тоже.

Я открыла рот, чтобы ответить, но не успела.

Потому что свет в колодце померк почти до дна.