Вибрация настойчиво заставляет мое тело жить своей жизнью.

Наслаждение? Да! Прекрасное, тягучее и нежное. Только оно было открыто сейчас для всех.

Хватаюсь за плечи Арса. Его рубашка сминается под моими пальцами.

Не могу сопротивляться приятным волнам, накатывающих изнутри.

Минута длится вечность. Вибрация внезапно прекращается, и я обмякаю на груди Арса, давая себе немного времени, чтобы прийти в чувства. Воздух снова врывается в легкие. Дышу жадно, выдыхая горячий воздух, что мажет по его шее. На смуглой коже проступают мурашки.

Встаю на ватных ногах с колен Арса и медленно иду к кожаному дивану.

Игра возобновляется.

— Теперь я понимаю, почему вы за нее так бьетесь, — Савельев смотрит на свои новые карты. — Надеюсь, судьба будет ко мне благосклонна.

Кирилл, едва взглянув на свои карты, сразу сбросил их. Дмитрий смотрит на свои так, словно хочет, чтобы те вспыхнули в руках и не оставили чего после себя.

Все карты открыты. Крупье дает команду всем игрокам показать свои карты.

У Арса выпадает две пары. Дмитрий, немного облегченно выдохнув, показывает свой собранный стрит.

— О-хо-хо! — Савельев хлопает себя по коленке! — Я предчувствовал! — он бросает на стол свои карты.

Флеш.

Кровь разом отливает от моего лица.

Нет. Только не он.

Дмитрий глухо ругается и, откинувшись на спинку кресла, отворачивается на нем от стола. Он даже не собирается смотреть на это… На меня.

Подхожу с Савельеву и протягиваю ему пульт. Он хватает его жадно, пальцы тут же принимаются теребить несчастные кнопочки.

Быстро возвращаюсь на диван и сажусь, с силой сжимая бедра, словно это как-то может спасти от вибратора в нижнем белье.

— Ну же, моя дорогая, — тянет Анатолий, смотря на меня с голодом, — неужели вы не удостоите меня чести? — он указывает взглядом на свои колени.

Перед глазами все начинает плыть.

— Она останется на диване, — резко бросает Дмитрий, так и не повернувшись к нам.

Савельев хмурится и недовольно поджимает губы.

— Не смею спорить с ее Господином, — его сальный взгляд снова обращается ко мне. — Шоу и отсюда будет хорошо видно.

Он нажимает кнопку.

Вибрация снова охватывает все тело, но теперь она ощущается иначе… Будто бы агрессивнее, хотя его палец, как и Арса, находится на средней скорости.

Сглатываю тяжелый ком в горле.

Ногтями до неприятного скрипа впиваюсь в кожаную обивку. Пытаюсь отгородиться, представить себя где угодно, но только не здесь. Но ощущения слишком сильные, особенно после первой манипуляции, после которой пульсация между ног еще не до конца прошла.

Вибратор жужжит в трусиках.

Складываю в голове образ, что это его пальцы сейчас делают со мной такое. Представляю морщинистую кожу, запах старости и тошнотворно дорого коньяка — все, чтобы это вызывало у меня отвращение. Я не должна кончить от его игры со мной.

Мне становится физически дурно. Но стон, больше напоминающий крик, вырывается из горла.

Мне становится стыдно. Прячу лицо за прядью волос.

Сдерживаю сбившееся дыхание, напрягаю мышцы, пытаюсь сопротивляться навязанному удовольствию. Но тщетно. Тело предает. В мышцах разливается вязкое тепло. Теперь оно смешивается со стыдом и слезами на моих глазах.

Сжимаю зубы, чтобы не застонать не от удовольствия, не от унижения.

Каждая секунда — пытка. Но внезапно все прекращается.

— Эх, — Савельев разочарованно вздыхает, — еще немного не хватило времени довести ее.

Не поднимаю головы. Кожа мокрая от холодного пота, руки и ноги дрожат.

Все, что я хочу это провалиться сквозь землю. Но игра продолжается.

Парнишка крупье, как автомат, с каменным лицом вновь раздает всем карты. На игральное поле легли первые три общие.

— Десятка, валет, дама и все пики — тянет Кир, гипнотизируя свои две карты. — Интересный расклад.

— Думаешь, у кого-то выпадет флешь рояль? — со злой усмешкой парирует Арсений, тут же сбрасывая свои карты. Он вне игры. — Это почти нереально.

— Почти, — повторяет за ним эхом друг и, продолжая смотреть на свои карты, поднимает ставку.

— Поддерживаю! — Савельев сравнивая ставку.

От легкости в его сделанном выборе по телу проносится мандраж. Неужели это снова будет он?

Все ждут решения Дмитрия.

Взгляд синих глаз, тяжелый и мрачный, прикован ко мне. Приподняв уголок своих карт, он мельком смотрит на них и кидает фишки в центр стола.

Сама того не желая, ловлю отрывки игры.

Савельев ведет себя слишком расслабленно. С большей долей вероятность у него может быть флеш.

Пытаюсь унять разыгравшуюся тахикардию.

Крупье открывает четвертую карту. Мужчины агрессивно увеличивают ставки. Кир с Дмитрием переглядываются, словно пытаются о чем-то договориться. Лишь один Анатолий уже пьяно посмеиваться, крутя между пальцами, выигранные ранее фишки.

Настает черед последний карты. Все замерли в ожидании.

Увидев результат, Кирилл пасует, сбрасывает карты и залпов добивает алкоголь в своем стакане. Они с Дмитрием снова сталкивается взглядами. Теперь я вижу в глазах Кира искренне сожаление с примесью извинения.

Савельев, уверенный в своей победе, поднимает ставку.

Прикрываю глаза, ощущая, что пол, даже несмотря на то, что я сижу, начинает уходить из-под ног.

В каюте царит напряженная тишина.

Дмитрий уравнивает ставку.

— Вскрывайтесь, Господа, — ровным тоном объявляет крупье.

Савельев первый. С ехидной ухмылкой он переворачивает свои карты.

С замиранием сердца смотрю на игровое поле. У него выпал флеш. Как я и думала… Мне конец.

Не дожидаясь конца игры, я уже готова ощутить в любой момент унизительную вибрацию между ног.

Дмитрий молча переворачивает свои карты. У него — туз и король пики.

На секунду мое сердце падает тяжелым камнем вниз. Хочу протереть глаза, чтобы убедиться в действительности происходящего, но тело не слушается.

— Да ладно! — восклицает Арс — первый, оправившись от шока. Он подается вперед и разглядывает карты так, словно тоже не верит своим глазам. — Серьезно?!

Кирилл пытается подавить улыбку, которая все равно расползается на его лице при виде флеш-рояля — самой сильной комбинации.

— Черт возьми! — Савельев с яростью швыряет карты.

Дмитрий не улыбался, не выражает ни капли радости. Он просто уставился на свои карты.

Почему? Он же забрал весь банк. Он выиграл… меня.

Все как во сне. Подхожу к бывшему победителю и забираю из его рук пульт. Мои же слегка тряслись. Шаг до Дмитрия кажется целым километром. Протягиваю ему проклятый черный пластик.

Широко раздвинув ноги, плавно опускаюсь к нему на колени.

Дмитрий холоден и невозмутим. Ему удалось сохранить этот образ на протяжении всей игры, однако сейчас даже через одежду я ощущаю, как гулко бьется в груди его сердце.

Мир замирает, пока я смотрю в его глаза и вижу в них всю боль и ненависть, которую ему пришлось испытать за последний час из-за меня.

Жгучая, дикая… вкусная ревность.

Как же мне хочется его поцеловать.

Не смотря на пульт, Дмитрий втыкает свой палец на кнопку максимальной мощности и зажимает ее.

Эффект мгновенный, почти сокрушительный.

Вскрикиваю коротко, резко, как подстреленный зверек. Мощная вибрация словно парализует нижнюю часть тела. Падаю на грудь к Дмитрию, как тряпичная кукла. Льну к нему и жадно, жадно, жадно вдыхаю его запах. Одной рукой он притягивает меня к себе.

Без нежности. Просто, чтобы я не свалилась.

Но плевать. Прижимаюсь к нему и трясусь, как в лихорадке. Мои дикие стоны заполняют всю каюту. Бедра неумолимо ерзают на нем. На мужских штанах появляются следы от моего возбуждения.

Тебе же тоже приятно? Дай хоть один знак.

Вибрация между ног сильная, агрессивная. Это уже начинает граничить с болью.

Тело вздрагивает, сводит судорогой, сметая все мысли, всю волю, весь стыд.