Пытаюсь отодвинуться незаметно на полшага назад. Улыбка на моем лице становится напряженной.

— О, вы льстец, господин Сомов. Простая аура усталой женщины.

Оглядываюсь, ища уже спасения от настойчивости, которая начинает пугать.

— Усталость? — усмехается Эдгар, придвигаясь вновь ближе. — Нет, это глубина. Я вижу в глазах... огонь. Скрытый. — В какой-то момент его рука обвивается вокруг моей талии. Натягиваюсь, словно струна, чувствую на вырезах на спине его пальцы. — Может, сменим обстановку? Я знаю тихий балкончик... Там чудесный вид на ночной город. И куда меньше... свидетелей.

— Господин Сомов, я не... — резко дергаюсь, но хватка на моей талии только усиливается, вышибая воздух из легких.

— Эдгар, пожалуйста, — перебивает своей наглой ухмылкой. — И не скромничайте. Я вижу, вам интересно. Вас тянет к сильным, уверенным мужчинам. Это читается в каждом жесте. Пойдемте, — говорит он уже с нажимом в голосе. — Не заставляйте меня упрашивать.

— Я сказала НЕТ! — делаю резкий шаг назад. Все же удается скинуть с себя его лапу. — Отойдите! Сейчас же! — голос дрожит от страха и гнева.

Убежать не получается. Ноги словно приросли к одному месту.

Эдгар наклоняется, его лицо оказывается опасно близко к моему. Чувствую его дыхание с запахом коньяка.

— Девочка, все знают, мне отказывать нельзя, — шепчет он угрожающе, с прищуром глаз.

— Тогда я буду первой, — шиплю в ответ, найдя в себе остатки смелости.

Вдруг вокруг талии обивается мужская рука. Ее тяжесть мне до боли знакома. Моментально расслабляюсь, понимая, что Дмитрий рядом. Льну к нему, пытаюсь прижаться как можно ближе и быть подальше от Эдгара.

— Похоже, в сорок начинаются проблемы со слухом? — это звучит дерзко, резко и вовсе не похоже на шутку, от которой мужчина внезапно заливается смехом.

Дмитрий напряжен. Погладываю на мужчин с опаской, которые еще немного и испепелят друг друга.

— О, Дмитрий, — тянет Эдгар, продолжая откровенно пожирать меня взглядом. — Так это твой лакомый кусочек? Подари мне ее на одну ночку.

Мои глаза расширяются. Пальцы до скрипа сжимают бокал.

— Она не этот вариант.

— Хорошо, — спокойно отвечает Эдгар и допивает свой алкоголь залпом. — Тогда сколько ты хочешь за эту сладкую шлюшку?

В миг бледнею. Конечности от паники холодеют на столько, что начинают сводить. Эти секунды, пока жду решения Дмитрия, просто смерти подобны…

— Она не продается, — говорит он твердо.

Прикрыв глаза, выдыхаю.

— Да неужели? — с противной ухмылкой, которая превращается в оскал, тянет Эдгар. — Не припомню, чтобы Дмитрий Крестовский отказывался делиться своими шлюхами. Неужели влюбился?

Реакция Дмитрия не заставляет себя долго ждать. Вцепившись в лацканы его пиджака, он со скоростью пули заводит Сомова за колонну и толкает к стене.

— Смотри на меня! — приказал Дмитрий властным тоном, сжимая кулаки до побеления костяшек. — Кристина — моя женщина. Сука, запомни это и держись от нее подальше, — шипел он прямо в лицо соперника.

Я первый раз вижу его настолько злым, дикими. Смотрю на него с неким страхом и … восторгом, что даже почти не обращаю на дрожь в собственных коленках.

— А то что? — издевательски спрашивает Эдгар, кривя рот.

— А то будешь иметь дело с нами, — говорит Арс, возникая с Киром, словно из воздуха.

Он смотрит на троих мужчин перед собой. Его пыл гаснет прямо на глазах вместе с дерзостью и наглостью, которую он себе позволял еще несколько минут назад со мной наедине.

Дмитрий разжимает кулаки и выпускает Сомова из своей хватки, делает полшага назад.

— Как интересно, — Эдгар поправляет пиджак, смотря на нас четверых с каким-то нехорошим огнем в глазах. — А вы, Кристина, не так просты, как кажетесь на первый взгляд. Что ж, думаю, мы просто изначально не так друг друга поняли. Хорошего вечера.

После еле заметного кивка головой он быстро растворяется в толпе своих гостей.

Наступает тишина. Музыка и смех вокруг кажутся теперь далекими и нереальными. Прижимаюсь спиной к прохладной колонне, чувствуя, что дрожу всем телом.

Дмитрий медленно поворачивается ко мне. Ярость в его глазах еще не угасла, но смешалась с каким-то оттенком боли, немым вопросом. Он молча смотрит на меня. Не выдерживаю его взгляда и опускаю глаза в пол.

В моем плане мести точно не было места такому унижению и страху.

— Ты цела? — спрашивает Дмитрий тихо, без эмоций.

Киваю, обняв себя руками.

— Да, спасибо.

Он делает шаг. Вижу его ботинки рядом с моими туфлями. Ощущаю тепло его тела и легкий аромат табака. Он настолько близко, но не смеет прикоснуться ко мне.

— Неужели это стоило того? — голос становится жестче.

Поднимаю на него глаза. В них больше нет ни мстительного блеска, ни холода. Только стыд, остатки страха и явное понимание, что я зашла слишком далеко…

Отрываю рот, чтобы хоть как-то попытаться оправдаться, но все правильные слова застряли в горле.

Дмитрий ждет ответа. Но его нет. Не могу.

Между нами повисает тяжелое молчание.

Звуки музыки и гул голосов продолжают доноситься из банкетного зала, а здесь — около колонны, кажется, замер целый мир.

— Успел с ним переговорить? — спрашивает Кир, нарушая наше и так затянувшуюся тишину.

— Почти.

— Иди, — Арс указывает подбородком в толпу гостей. — Мы присмотрим за нашей малышкой.

Дмитрий кивает.

— Отвезите ее домой, — кидает он напоследок, больше не посмотрев на меня.

— Нет проблем.

Мы остаемся втроем.

Я, словно провинившаяся, стою перед родителями после школьного собрания. Ужасное чувство. И никуда от него не деться.

— И зачем ты строила глазки Сомову? — ровно спрашивает Кирилл, смотря на меня сверху вниз.

— Детка, — усмехается Арс, — если тебе нас мало, ты так и скажи, мы что-нибудь придумаем.

— Ничего я и никому не строила! — отвечаю резче, чем стоило в моем положении.

Все-таки мужчины заступились за меня перед хозяином вечера. А могли меня действительно ему подарить…

— Не смей врать, — Кир берет меня за подбородок и заставляет посмотреть в его пропитанные холодом глаза. — Мы все видели.

— Ладно, — выдыхаю, стряхивая с себя его руку, — да, строила, это было не совсем обдуманно…

— Глупо, — поправляет Арс.

— Но я хотела вызвать у одной черствой машины хоть немного ревности, — бурчу себе под нос, представляя, как по-детски это выглядит со стороны.

Но я не смогла справиться со своими эмоциями, чувствами. И если бы у меня представилась возможность отмотать время назад, скорее всего, сделала бы все то же самое. Только с другим мужчиной.

— Дмитрий, если речь идет о нем, — после небольшой паузы начинает Арс, — точно не черствая машина. И за что же ты решила его так проучить?

— Мне было обидно, ясно? — отвечаю, чуть прикрикнув. Говорить о своих чувствах вслух оказалось не так просто. На грудь словно кто-то наступил и давит, но от каждого слова, что удается сказать, становится легче. — За то, что я у него не единственная. Наверное, я сама в этом виновата, но у меня сложилось совершенно другое впечатление о наших отношениях.

Кир вопросительно выгибает бровь.

— Пока понятнее не стало.

— Я видела ее, — говорю чуть ли не со слезами на глазах. — Позавчера какая-то блондинка приходила к нам… к нему домой. Говорила, что скучает, лезла целоваться, а потом они ушли к нему в спальню, и их не было какое-то время.

В тишине слышится мой тихий всхлип.

— Арина? — задумавшись, спрашивает Арс у друга.

— Скорее всего, — отвечает Кир, пожав плечами.

— Вы знаете ее?

— Виделись пару раз. Да, — Кирилл опирается об колонну и говорит медленно, наблюдая при этом за моей реакцией, — Дмитрий встречался с ней. До тебя. Уверен, что сейчас их ничего не связывает.

Легче не становится.

Все равно чувствую неприятную горечь, как после какого-то предательства. Да и стал бы он запираться с ней в спальне со своей бывшей просто так? Я, может, и наивна, но не дура.