— Давай не будем устраивать сцену, — шиплю, сдавливая пальцы крепче. Отрываю руку жены от корзины и сжимаю в ладони. Какая хрупкая, но сила в ней бурлит неожиданная. — У ворот ждёт мой экипаж. Пошли.

Эмилия выпрямляется, вспыхивает вся от макушки до кончиков ушей - злющая, но какая красивая, ехидны бы её побрали! — Сама пойду! — и всё-таки вырывает руку из моей хватки, встряхивается и вскидывает гордо подбородок.

Закатываю глаза и, так уж и быть, позволяю ей идти рядом. Больше не пытаюсь коснуться. Ронни глазеет на нас украдкой, белая как полотно от страха. И волочит корзину с какими-то пергаментными свёртками. Раздуваю крылья носа, принюхиваюсь. Хм-м-м, свеже мясо?

И для кого оно? Эмилия ни дня не стояла у печи, не знает, с какой стороны подходить к ней и как браться за кастрюлю! Ронни тоже не кухарка. Так кто готовит, а?

Плетёмся к экипажу по пыльной дороге. Краем глаза замечаю, как торговцы провожают нас взглядами. Отлично. Полдеревни увидит, как лорд Роквел тащит за собой жену с ярмарки. Именно то, чего мне не хватало для полного счастья.

Неужели Шарлотта оказалась права, и Эмилия нашла себе ухажёра? В этом-то захолустье?! При живом муже!

Потому и засияла, ага. И дурные мысли в бестолковую голову полезли! Ишь чего удумала! Закусочную значит, открывает! Так я и поверил!

Сжимаю пальцы на деревянной ручке корзины до хруста, того и гляди переломится.

А я ведь собирался к ней нагрянуть и собственными глазами убедиться в словах Шарлотты. Вернее, опровергнуть их. Не верилось, что эта идиотка осмелится завести любовника и водить его в дом, который купил я! Но Эмилия меня поразила….

Придушу обоих голыми руками. Сначала его, а потом и жену!

О, надеюсь, я застану его сейчас!

Вспыхнувший с новой силой гнев и жажда крови кретина, посмевшего касаться моей жены, придают ускорения. И последние шаги до экипажа преодолеваю за считанные секунды. Жена едва поспевает.

Садимся внутрь, экипаж покачивается. Я устраиваюсь по одну сторону, Эмилия и её служанка - напротив, обложившись корзинами. Ронни таращится в окно, старательно притворяясь, что её тут нет. А Эмилия... смотрит в противоположную сторону, подбородок гордо задран, губы плотно сжаты. В глазах мелькают мысли.

Что, бесишься? Не успеешь своего любовничка предупредить? Шею сверну ему одним щелчком пальцев, даже дыхание не собьётся. Ибо не хрен у меня за спиной изменять!

Силюсь унять бешеный пульс, кровь в венах кипит, дракон взволнованно извивается и жаждет прильнуть к ногам Эмилии. Совсем сдурел! Трясу головой, отгоняя наваждение, передёргиваю плечами, встряхиваюсь. Без толку. Всё равно смотрю на неё, как очарованный. На линию шеи, на плавный изгиб ключиц, на грудь, что чуть приподнимается при вдохе, и талию - тонкую, ладную, двумя пальцами можно охватить. По щеке бы костяшками пальцев провести…. Неожиданное желание, от которого простреливает и тяжелеет в паху.

Нервно потираю подбородок, хмурюсь и отворачиваюсь к окну. С чего вдруг... так тянет на неё глазеть?

В салоне повисает тяжёлая тишина. Никто ни звука не издаёт. Только стук колёс, да скрип кожи нарушают её. Какое-то зыбкое напряжение между нами проскальзывает - резко поворачиваю голову и перехватываю взгляд Эмилии, который она тут же отводит. Это что сейчас было? Кажется, я мурашками покрылся…. Любопытно. И вот мы подъезжаем к дому. Через стекло вижу - он тоже преобразился. Эмилия, не дожидаясь помощи, выскальзывает наружу, спешит к крыльцу, доставая на ходу из кармана платья ключи. Сам открывает дверь? Интересно. Раньше и пальцем не шевелила, пока за ней не поухаживают, руку не подадут.

Спрыгиваю на пыльную дорогу и хватаю корзину, иду следом. Стучу подошвами сапог о начищенный порог. Эмилия тянет время, ковыряясь ключем в замке. Ненароком заглядываюсь на её аппетитную задницу. Тьфу ты! Замечаю, как она на окна с опаской поглядывает. Ну уж нет, дорогая!

Подлетаю и сдвигаю её в сторону, сам отпираю дверь, распахиваю и влетаю внутрь.

Врываюсь в дом и замираю на пороге. Какого… Сглатываю и кручусь на месте в зале, чудом не выронив корзину. К горлу подкатывает волна жгучего гнева, руки сами сжимаются в кулаки. Пахнет древесиной и выпечкой. И кем-то посторонним!

А мебель новая откуда взялась? Занавески, стойка, полки…. Она не могла себе позволить так раскошелиться. Где бы деньги взяла? Что здесь вообще происходит?

Да ясно - что! А, скорее - кто!

Медленно оборачиваюсь, окидывая жену свирепым взглядом с головы до ног и обратно.

— Какого. Хрена. Тут. Происходит? — говорю медленно, с нажимом, чеканя слова. — Откуда всё это?

Эмилия останавливается и поднимает на меня широко распахнутые глаза, хлопает ресницами. Чувственные, идеально очерченные губки складываются в испуге в букву “о”.

— Отвечай! Немедленно!

Эмилия

В доме повисает гнетущая тишина. Стою, не двигаясь, и смотрю прямо на Эдриана. Он - на меня. Ронни жмётся у двери, будто надеется вжаться в косяк и исчезнуть.

Ну замечательно. Просто великолепно! И как теперь выкручиваться? Мысленно хмыкаю. Может, он ещё в шкафы полезет? Проверит под подушками? Что это вообще за сцена ревности? Ворвался, глазами сверкает, и, кажется, даже принюхивается.

Пока соображаю, как ответить, Эдриан надвигается на меня неторопливой походкой хищника. Во всём его виде неприкрытая угроза и гнев. Идёт прямо на меня.

Инстинктивно отступаю. Шаг. Ещё. Спина упирается в стену, и прохлада дерева будто обжигает сквозь ткань платья. Муженёк останавливается в полушаге. Смотрит сверху вниз, нависает, заслоняя свет. Ой, мамочки!

Попалась, как мышка. Покусываю нервно щеку изнутри. И-и-и что же сказать? А сказать надо, пока он не испепелил меня глазищами! Ах, ничего особенного, милый, это енот наколдовал! Какой-такой енот? Да приблудный, из огорода выпрыгнул и ка-ак давай удобства магичить. Ага! Явно прокатит. Тьфу ты, дело - дрянь!

С трудом сглатываю слюну, набираюсь смелости, как перед прыжком в ледяную воду. Поднимаю подбородок чуть выше и говорю с холодком:

— Ты чего-то хочешь, Эдриан? Или просто так стену изучаешь? Зачем приехал, м?

Он щурится, но молчит. А у меня внутри всё клокочет. От страха, злости… и чего-то ещё, чего я категорически отказываюсь признавать. Отголоски чувств прежней Эмилии? Стоит Эдриану в глаза посмотреть, как в животе растекается жар. Странно, но его зрачки вытягиваются, как у рептилии… Что за чертовщина?

Какой же всё-таки он обаятельный гад! Гипнотический взгляд, да и энергетика…. Рядом с ним как будто стоишь под линией высокого напряжения. Странное ощущение, пугающее и завораживающее.

По плечам пробегают мурашки.

Собираю остатки храбрости в кулак, натягиваю на лицо холодную маску и резко выскальзываю из ловушки между ним и стеной. Отхожу на безопасную дистанцию.

— Спасибо за доставку, — бросаю с деловым видом, перехватываю корзину с покупками из его рук и уношу на кухню.

Он настолько в шоке, что пальцы разжимает и позволяет это сделать. Остаётся на месте на секунду, а потом, переварив мои слова, идёт следом. — Отвечай же! — раздаётся за спиной. — Эмилия, я спрашиваю тебя, откуда всё это взялось?! Мебель, полки, занавески, стойка, новая посуда - ты думаешь, я идиот?

— Нет, разумеется, — роняю, не оборачиваясь, пока выгружаю корзину. Выкладываю книги на стол, специи ставлю на полку. Руки немного дрожат. С огнём играю, напрасно его из себя вывожу, но не могу остановиться.

Эдриан уже на пороге кухни, останавливается у меня за спиной, и от него жар исходит, как от открытой печи. — Я серьёзно!

— И я тоже, — пожимаю плечами и ищу глазами, куда бы пристроить третью, самую толстую книгу.

— Эмилия! — его голос срывается, и он делает шаг ближе.

Терпение муженька лопается. Он протягивает руку и выхватывает у меня книгу. Мельком смотрит на обложку и хмурится. А потом переводит взгляд на меня. Уголки его губ дёргаются и…. он смеется. Просто, блин, хохочет надо мной!