Людей, кроме нее, в эту ночь не было.

Теоретически события могли развиться самым радикальным образом и перерасти в протест и отказ принимать власть Дарлы.

К счастью, только теоретически.

Ее приняли хорошо. Сидя за столом и вертя в руках чашку с чаем, Герда слышала смех, поздравления и шутки. Оживление, сопутствующее скорее празднику, чем серьезному, регламентированному четким протоколом мероприятию.

Да, в отличие от Лондона, где традиции предписывали Смотрящей быть сдержанной и строгой, и от Нью-Йорка, где все были друг другу в доску своими, в Новом Орлеане полагалось именно править. Дарла, как оказалось, умела делать это виртуозно.

Пожалуй, только теперь Герда начинала понимать, каким образом ей удалось провернуть всю эту удивительную историю, оставив Роланда не Наместником, которому в теории можно и не подчиниться, а именно Смотрящим. В любом другом из известных ей городов подобное было бы немыслимо, но Дарле невозможно было отказать, а любое недоверие к ней представлялось почти кощунством.

Закуривая очередную сигарету, Герда рассеянно улыбнулась одному из пришедших с ней пауков, взгромоздившемуся на стол.

Остаток прошлой ночи она, конечно же, провела в гостевой спальне, пока Дарла и Роланд долго о чем-то разговаривали в гостиной.

Вечером они спустились вниз по отдельности и с разницей не меньше чем в час, что поневоле наводило на мысль о том, что день они провели отдельно друг от друга.

Развивать эту мысль Герда не желала принципиально.

Роланд пришел в кухню в районе двух, сел верхом на стул рядом с ней и устало улыбнулся:

— Ты не представляешь как я рад сбагрить все эти обязательства ей обратно.

Герда тут же развернулась к нему, скользнула по лицу встревоженным взглядом.

— Я думала, она просто выступит с вдохновляющей речью в торжественной обстановке или что-нибудь такое.

— Это было бы слишком просто. Я же должен был личным присутствием засвидетельствовать, что складываю с себя полномочия Смотрящего добровольно и на то, чтобы удерживать власть, не претендую.

— Тебя легко отпустили?

— Дарла подходит этому городу больше, а я никогда не хотел быть Смотрящим.

Она едва успела прикусить язык, чтобы не задать самый очевидный вопрос, и улыбнулась ему.

Роланду хотелось улыбаться.

— Тебе не дали поспать?

— Я и не собиралась.

— А младшие где?

— Смотрят какую-то выставку.

— Тебя не звали?

— Дэнни хотел тащить силой, но я спряталась за пауками.

— Герда, — Роланд свёл брови на мгновение, а потом накрыл ладонью ее руку.

Это было первое прикосновение за две… нет, уже за три ночи, и Герда откликнулась на него мгновенно, вся вытянулась в струну.

Видя такую реакцию, Роланд сжал пальцы крепче.

— Всё хорошо. Не о чем волноваться.

— Я не…

— Герда.

Всё понимая умом, за одну эту интонацию она по-прежнему готова была прыгать на задних лапах.

Глупо, жалко, отталкивающе…

— Тебе действительно не противно? — Роланд спросил серьёзно и очень тихо, как будто за собственный вопрос ему было неловко.

— А разве должно быть?

— Одно дело просто знать, совсем другое — произнести вслух.

— Нет.

— Тогда что с тобой?

Это было ещё глупее, и Герда всё же отвела взгляд от его лица, невесело и виновато улыбаясь:

— Мне очень жаль тебя… отдавать. Я понимаю, что звучит как бред, и я правда не придумывала себе ничего лишнего, но всё равно оказалась не готова.

Роланд кивнул, принимая такой ответ.

Он явно подбирал слова, намереваясь что-то сказать, но их прервал стук каблуков в прихожей.

Это очевидно была не Селина, и, повинуясь инстинкту, Герда встала и выглянула из кухни.

Она успела увидеть, как за дверью гостиной скрылась невысокая смуглая брюнетка в чёрном платье, едва прикрывающем колени.

— Не подслушивай слишком откровенно, в саду ещё полно народу, — Роланд неслышно возник за плечом и придвинулся к самому уху.

Она едва заметно вздрогнула и инстинктивно подалась назад, к нему поближе.

— И в мыслях не было.

— Разумеется. Я так и понял, — Роланд сдержанно улыбнулся и сделал шаг назад. — Я отлучусь ненадолго. Не жди меня, ложись.

Он ушёл, будто растворился в воздухе, а Герда осталась стоять, растерянно и счастливо моргая.

Этого намёка на близость Роланда оказалось достаточно, чтобы сердце забилось чаще и сильнее, и она даже не стала обзывать себя дурой — всё равно не помогало.

Хорошо было бы пройтись по городу, привести мысли и чувства в порядок, но для этого требовалось пересечь сад, а туда выходить прямо сейчас не хотелось.

Думать или делать что-то полезное она уже не могла, а значит, оставалось только последовать совету всё того же Роланда и пойти спать.

Голоса в гостиной стали громче, и лишь услышав их, Герда спохватилась, что рискует быть пойманной под дверью.

— ... Дарла, это возмутительно! И не говори мне, что ей многое позволено, потому что она подружка твоего Творения, это не аргумент!

— «Внучка Викки Мердок» — это для тебя аргумент?

— Викки? Хорошая девочка. Её давно не видно, как она?

Послышались шаги, очевидно, Дарла прошлась по комнате.

— Я ещё не уверена, но сейчас узнаем. Гера, — она выглянула из-за двери так невозмутимо, словно Герде и полагалось здесь и сейчас стоять. — Зайди ненадолго, пожалуйста.

Отчаянно стараясь не краснеть, она прошла внутрь.

В платье и туфлях Мэй почти не отличалась от обычной женщины, только блеск в глазах казался немного неестественным.

Герда отметила на ней подаренный Роландом жемчуг и решила, что можно приободриться.

— Как поживают твои бабушка и дедушка? — Дарла закрыла за ней дверь, и на всякий случай Герда оглянулась на нее.

— Отлично. Оставили Нью-Йорк и все фамильные радости дяде Джону и Лив. Разводят лошадок на своём ранчо в Техасе. У них там ковбойские шляпы и классный амбар.

— Прелестно, — Королева скрестила руки на груди и тоже посмотрела на Дарлу, но взгляд этот стал мягче.

— Я согласна, что вышло некрасиво, но долбаные Мердоки. Что поделать, — та невозмутимо пожала плечами, не глядя ни на кого из них, прошла к стоящему в дальнем углу столику с напитками. — Хотите выпить?

— Разумеется, хочу, — всё ещё недовольная Мэй села в ее кресло и положила ногу на ногу. — Только ты могла додуматься избавить Новый Орлеан от Викки Лагард и её энтузиазма, познакомив её с Мердоком.

— Как я и предполагала, у них получились очаровательные дети.

— И внуки.

— У Викки их, кстати, ещё трое. Так что считай, что твоим болотам в этот раз крупно повезло, — Дарла подала ей стакан с зеленовато-золотистой жидкостью, а второй, с обычным виски, отдала Герде. — Я же ничего не путаю? Двое твоих братьев и дочь Джона?

— Почти. Кэти дочь дяди Джона, а у меня брат и сестра. Правда, Тина стрижется и дерётся как пацан, а Тимми сидит в своей лаборатории, как прилежная отличница, так что они, в случае чего, не обижаются, — собравшись с духом, она все же сделала глоток.

Не отравят же ее в угоду Королеве, в самом деле…

— Кстати, если про бабушку Викки это была попытка уколоть или вызвать во мне чувство вины, то я в курсе. Она оттачивала на вас свои фамильные навыки до тех пор, пока Мистрис Дарле не пришлось эвакуировать её в Нью-Йорк.

— Не эвакуировать, а взять с собой в гости.

— К Мердокам.

— Я не исключала, что она решит там остаться.

— И какие после этого могут быть вопросы ко мне или дяде Джону… Но я даже не думаю острить про наследство или переходящий приз.

Расположившаяся на диване за время этого разговора Дарла негромко рассмеялась, а после кивнула ей, и, подумав, Герда опустилась прямо на ковер.

— Мне жаль, что я доставила тебе неудобства, Королева, но ситуация требовала быстрого решения.

— Мне не понравилась только та часть, в которой ты не подпустила меня к Роланду, — Мэй смерила её, сидящую у своих ног, странным взглядом и вдруг улыбнулась.