— Мы опрокинемся. Учти, что болота не моя территория, а аллигаторам всё равно кого есть, живых или мёртвых.

— Учитываю, — Герда кивнула и поцеловала его снова, а потом ещё раз и ещё.

Убрав руку от ремня, она оттянул ворот водолазки, чтобы провести губами по шее Роланда. Тот немного сместился, перенося центр тяжести, и задел ногой весло. Грохот в тишине показался оглушительным, и он замер, тем самым давая Герде свободу погладить себя по груди и животу, скользнуть прохладной рукой под одежду.

Полное и безоговорочное безумие происходящего разжигало кровь и испепеляло рассудок, заставляло обнять ее вместо того, чтобы успокоить и просто гладить вдоль позвоночника, наслаждаясь искренним и трогательным человеческим теплом.

— Роланд…

Герда часто звала его по имени, и делала это восхитительно приятно, но сейчас в ее тоне было напряжение, подстегнувшее вынырнуть из этой неуместной неги и открыть глаза.

— Роланд, блять…

Она всё ещё наполовину лежала на нём, не решаясь пошевелиться, а ее расширившиеся от смеси изумления и страха глаза были уставлены за борт.

Стараясь не делать резких движений, Роланд развернулся и с не меньшей оторопью взглянул на подплывшего к ним вплотную аллигатора.

Тот просто смотрел, не решаясь пока атаковать потенциальную добычу, как будто увидел нечто по-настоящему удивительное, не вписывающееся в его представления о мире, или просто был пораженный такой наглостью.

Не отводя от рептилии ответного взгляда, Роланд одним плавным движением принял сидячее положение, оказываясь тем самым между аллигатором и Гердой, и тут же услышал, как та села тоже.

Совершать резкие движения прямо сейчас было бесполезно. Если только…

Герда немного сместилась и потянулась через него к аллигатору.

— Хорошая девочка. Ты такая хорошая девочка…

Не обращая внимания на Роланда, словно вовсе о нем забыв, она погладила показавшуюся над водой пасть сначала кончиками пальцев, потом смелее, а после и вовсе раскрытой ладонью.

Роланд неверяще моргнул, наблюдая за тем, как на ее лице расцветает чуть дрожащая, но счастливая улыбка.

— Смотри, какая она молодец! — Герда бросила на него светящийся от удовольствия взгляд и снова уставилась в глаза аллигатору. — Совсем не собирается нас есть. Ей просто интересно, чем мы тут занимаемся. Хочешь погладить?

Она делала то, чему сам Роланд так и не смог научиться, — легко, почти играючи, не излучая ничего похожего на чудовищное напряжение. Только искрящееся глубокое удовольствие от того, что все получалось как надо.

С трудом отведя взгляд от ее лица, Роланд снова посмотрел на аллигатора. Тот — та? — высунула морду из воды еще выше, подставляясь под ласку едва ли не как домашнее и ласковое животное.

Искушение было слишком велико.

Дарла умела контактировать с обитателями болот и иногда выманивала рептилий и змей, чтобы с ними можно было пообщаться.

— Они ничем не хуже кошек, собак или лошадей.

— Только могут откусить тебе руку.

— Но не станут, если я буду достаточно вежлива. Или ты беспокоишься, что я не смогу порадовать тебя одной?..

— Черт, Дарла!..

Искушение было слишком велико, чтобы ему не поддаться.

Роланд потянулся, вспоминая все то, чему Дарла пыталась его учить.

Не бояться. Четко сформулировать свое намерение.

Аллигатор закрыл и открыл глаза, когда он осторожно дотронулся до грубой шкуры между ними, и Герда улыбнулась шире, бросила на него быстрый смешливый взгляд.

— Вот тебе и зоопарк, и аквариум.

Роланд не ответил, увлекшись, поглаживая и почесывая существо, подобное по силе многим из его временных подданных.

Неожиданно аллигатор скрылся под водой, будто передумал общаться с ними. Темная поверхность забурлила, и спустя мгновение из нее показалась женская голова.

Герда невольно отпрянула, глядя на гостью без конкретного выражения на лице, но Роланд услышал, что ее сердце забилось чаще.

Лицо поднявшейся из болота девушки было юным и прекрасным, а волосы — темными то ли от того, что изначально были такими, то ли от тины.

Даже в темноте было видно, что кожа ее буро-зеленая, бархатистая на вид, но под небольшой аккуратной грудью заметно было небольшое пятно чешуи.

Герда инстинктивно вздрогнула, перехватив на себе взгляд прозрачных, желтых, как у рептилии, глаз.

— Приветствую Смотрящего, — ее голос оказался почти таким же мелодичным, как у никс, но более глубоким и низким.

— Здравствуй, Мэй, — ей Роланд улыбнулся увереннее, словно почувствовал себя в своей стихии.

— Я услышала, что вы тут играете с моими любимцами, — показавшись над водой выше и расположившись удобнее, она снова перевела взгляд на Герду. — Это тебе или нам?

— Это мне, — оценив формулировку, Роланд засмеялся коротко и очень приятно, перебираясь поближе к борту. — У меня тут вроде как свидание, Мэй. Никаких москитов, голодных аллигаторов, и чтобы ничего ужасного из твоего болота не всплывало, — сможешь устроить?

Хозяйка болот склонила голову на бок, внимательно и с заметной искоркой веселья разглядывая сначала его, потом притихшую Герду.

— Что мне за это будет?

Достав из внутреннего кармана изысканно-красивое, по всей видимости, самое дорогое из тех, что можно было найти в ювелирных магазинах Нового Орлеана, жемчужное ожерелье, Роланд передал его девушке, перегнувшись через борт лодки, опасно склонившись над водой безо всякого страха.

Мэй взяла. Подняв украшение выше, рассмотрела его со всех сторон, и между ее тонкими изящными пальчиками Герда заметила полупрозрачные перепонки.

— Принято! — довольно улыбнувшись, она надела жемчуг себе на шею, покрасовалась, разглядывая свое отражение в мутной воде, и снова посмотрела на Роланда. — Наслаждайтесь. В этих местах давненько никому не было хорошо.

Она скрылась, не прощаясь, просто погрузилась в воду, и, склонившись еще ниже, Роланд крикнул ей вслед:

— Спасибо, Мэй!

Его голос потонул в болотных топях, словно был впитан ими, не породил эха, не напугал птиц.

Герда огляделась вокруг, почувствовав, что атмосфера мгновенно изменилась. Из подспудно гнетущей, не позволяющей забыть о потенциальной опасности ни на секунду, она сделалась неуловимо иной. На болотах не просветлело, и звуки местной ночной жизни не смолкли, но от крестца поднялось знакомое ощущение горячей щекотки, когда для них развернулись все местные дороги.

Болота благоволили гостям, совсем немного, но приоткрывали завесу своих многочисленных тайн. Густая вонь, висящая в застоявшемся воздухе, начала рассеиваться. Гудение под лодкой не усилилось, но немного сменило тональность, а вдалеке среди деревьев обозначились яркие и уютные, манящие обещанием безопасности и тепла огоньки.

— Это местные духи явились посмотреть на двух придурков?

— Это романтическая атмосфера, — Роланд пояснил очень серьезно, а потом все же улыбнулся расслабленно и довольно.

Он, наконец, оторвался от борта, рядом с которым сидел, повернулся к ней, и улыбка постепенно сошла с его лица.

Герда сидела, уперевшись ступнями в днище лодки и свесив руки между коленями, смотрела в никуда и во все стороны сразу. Она не была шокирована или смущена. Напротив, ее лицо будто разгладилось, когда ушло инстинктивное напряжение, не отпускавшее с первой минуты, как только ее нога ступила на территорию комплекса Манчак.

И все же, все было не так.

Перебравшись ближе, Роланд устроился, повторив ее позу, так, чтобы можно было соприкоснуться ногами, создать иллюзию, что их тела переплетены так же, как корни гигантских вековых кипарисов.

— Испугалась?

Герда перевела на него взгляд, глубокий и слишком светлый, и быстро кивнула.

— Мэй специфическая настолько, насколько может быть только Королева болот, но она держит слово.