— Знаешь, я всегда думала, что со мной что-то не так. Что все родственники по маминой линии живут как нормальные люди. Даже дядя Джон угомонился, когда встретил Лив. Одна я какое-то уебище уродивое. 

— Ты не уебище. И уж точно не уродливое. 

Она коротко и невесело усмехнулась, а потом наконец взглянула на него. 

— Я встречала Новый год в Амстердаме. Хотела посмотреть поближе на волков, и в частности на того придурка, ради которого Котёнок сорвалась из дома. На их молодого Вожака. 

— Ты нашла его придурком? 

— Она моя младшая сестрёнка. Еще более младшая, чем близнецы. В Штатах ей даже не должны ещё наливать в барах. Естественно, любой, с кем она спит, будет для меня придурком. 

Роланд хмыкнул и позволил волосам упасть на лицо, чтобы спрятать за ними тронувшую  губы улыбку. 

— Если объективно, он, конечно, оказался ничего… Мы с Кэти даже пришли к единому мнению на его счет, и я едва не пожалела, что свято соблюдаю два Главных правила… 

— Какие ещё два правила? 

— Не лапать Зейна, по крайней мере, на публике, и не отбивать мальчиков у своих сестёр. 

— Все мёртвые боги!.. — Роланд возвёл глаза к потолку, демонстрируя тем самым всё, что по поводу услышанного думал.

Герда улыбнулась на мгновение, наблюдая за ним со смесью смущения и удовольствия, а потом продолжила:

— Кучка озлобленных кретинов решила взбунтоваться прямо в новогоднюю ночь. Убрать Ганса, вернуть порядки, которые были при его отце… В общем, всё хрестоматийно тупо. У них там огромная столовая, стилизованная под Средневековье, с длинными дубовыми столами, и эти недоноски прямо там устроили пальбу. Гана подстрелили. Не сильно, по касательной, но всё же. И Кэт… Ты же видел мои печати на болотах? 

Роланд сосредоточенно кивнул, не мешая ей говорить. 

— Так вот, у Котенка они красные. Трогательная малышка Кэт сожгла их главаря до состояния головешки одним прикосновением и даже не поморщилась. Столовую потом проветривали неделю, а потенциально нелояльные Вожаку едва не начали ей кланяться. Ни о каких мятежах теперь надолго и речи быть не может. 

Роланд медленно, как будто чего-то опасаясь, перевёл взгляд на огонь. 

— Я об этом не знал. 

— Разумеется. Даже твои люди предпочитают молчать о том, что сделала дочка Мердоков, — Герда полезла в карман за мятой пачкой сигарет, и Роланд встал, чтобы подать ей стоящую на камине пепельницу. — Дело не в том, что мне жаль того урода. Представься мне такая возможность быстрее, я бы сделала то же самое. Как, кстати, и многие из тех, кто присутствовал в той столовой. Но я не могу себе представить, чтобы дядя Джон учил её убивать. Лив — тем более, — затянувшись слишком глубоко, она быстро и нервно сбила с сигареты пепел. — Единственный вывод, который тут напрашивается: она смертоносна сама по себе. Как её мать. 

Роланд медленно поднял глаза от ее сигареты к лицу. 

— Ты знаешь про Лив? 

Герда кивнула, снова опуская голову. 

— Кэт рассказала. Я сказала ей, что после праздников собираюсь в Новый Орлеан, и она сочла, что мне не помешает знать. 

Роланд кивнул, принимая услышанное и пытаясь его осмыслить. 

Ему было ощутимо неуютно, пожалуй, даже больше, чем самой Герде, но впервые за время знакомства они могли говорить свободно, ни на что не оглядываясь. 

Роланд предпочёл оставить при себе банальности вроде пресловутого «Убивать труднее, чем кажется».

Девочка была слишком Мердоком, чтобы подобные мелочи ее касались. 

Гера рядом затянулась снова, уставшая, дерганная… Болезненно и непоправимо своя. 

— Я не собиралась прыгать в твою постель, правда.

Она сменила тему так резко, что, увлёкшись своими невеселыми мыслями, Роланд слегка вздрогнул, испугавшись, что прослушал нечто важное. 

Герда по-прежнему буравила взглядом ковёр, и это казалось таким несвойственным ей. 

— Просто ты давно пропал с радаров, вычеркнул из своей Вечности всех, кроме Зейна, и, зная, что я собираюсь в Штаты, мама попросила заехать к тебе. Помочь, если надо. 

— Убедиться, что я в самом деле не чокнулся? 

Сигарета в ее пальцах совсем истлела, и Роланд забрал её, чтобы погасить. 

Герда почти не обратила на это внимания, недовольно кривясь от такой формулировки. 

— И это тоже. Но в первую очередь, помочь. 

— Почему ты просто не пришла ко мне? Зачем было нужно представление со склепом Дарлы? 

Герда усмехнулась снова, скупо и жёстко, и это вышло у нее так же естественно, как успевшая стать привычной открытая и искренняя улыбка. 

— Ну, первым вариантом было побить по колёсам твоей тачки, но я не знала, на чем ты ездишь, — она медленно и глубоко вздохнула, снова становясь серьёзной. — Ты же гордый, как черт знает что. В твоём полном распоряжении пребывает сам вампирский Князь, но ты ничего ему не рассказал. А его бы даже просить не пришлось. Меня бы ты принял вежливо, и так же вежливо спровадил… 

— … И уж точно не стал бы трахать дочь Мэгги Мердок, — Роланд все же потер ладонями лицо, постепенно осознавая всю неловкость и абсурд ситуации. 

— Насчёт парней Мистрис Дарлы никогда ничего не говорилось, а Мэгги уже добрую четверть века как Уолш. 

— Гера. 

Они наконец посмотрели друг на друга, и мгновение спустя Герда улыбнулась ему всё так же устало, но как обычно ласково:

— Мне снесло от тебя крышу начисто. С первого взгляда. Я действительно не предполагала, что так будет. Даже понимая, насколько это неуместно и глупо, и в целом гадко, я… — она виновато пожала плечами. — Я не могла и не хотела останавливаться. 

Роланд сел удобнее, согнув одну ногу, и, сцепив пальцы на колене, снова посмотрел в камин. 

— Ты не знала меня в лицо? 

— Видела вас с Дарлой на старом снимке, сделанном на полароид. На нём бабушка и дедушка ещё совсем молодые, и он… Не передаёт масштабов. 

Роланд запрокинул голову, глядя в потолок, и пламя заиграло в его кудрях, превращая каждое их движение в завораживающий потусторонний танец. 

— Я видел тебя двухлетней. Мы играли в тебя, как в куклу. 

— Я уже сказала «отвратительно»? 

— Ты сказала «гадко».

— Сути это не меняет. 

Роланд повернулся к ней, но на этот раз долго молчал, задумчиво прикусив губу. 

— Как ты уговорила Дэнни ничего мне не рассказывать? 

— Никак, — успевшая как следует насторожиться Герда тихо выдохнула от облегчения. — Мы не были знакомы. Я не застала его в Нью-Йорке ни в первый раз, ни во второй. Ну или Зейн нас от греха подальше не знакомил. В общем, я поняла, кто он по глазам, но не хотела портить легенду. 

Роланд только покачал головой, искренне поражаясь. 

— А почему ты не припер меня к стенке? Ты же не мог не понимать, что я вру. 

— Хотел посмотреть, во что это выльется. 

— А заодно проверить, не я ли та тварь, что устроила в твоём городе кровавую бойню и подставила твоих ребят? 

— Согласись, ты слишком вовремя и слишком эффектно здесь появилась. 

— Да, — теперь на пламя в камине ненадолго уставилась Герда. — Но я не специально. 

Не улыбнуться в ответ было невозможно, и Роланд не стал сдерживаться.

Хотя бы это, раз коснуться друг друга прямо сейчас представлялось им немыслимым. 

— Ты для этого велел Дэну выбалтывать мне ваши внутренние дела и секреты? 

Улыбка Роланда стала шире, а спустя ещё секунду превратилась в тихий смех. 

— Иными словами, хочешь знать, на чем ты прокололась? 

— Было бы неплохо. Если скажешь. 

— Ты реагировала как заинтересованный, но посвящённый человек. Обычно, впервые столкнувшись с вампирами, люди ведут себя иначе. 

— Вот черт! — она моргнула с неподдельным удивлением. — И правда, на мелочи. 

Негромко хлопнула входная дверь, и секунду спустя Дэн заглянул в гостиную. Селина стояла за его плечом, но интереса проявляла больше, чем настороженности. 

— Всем привет. 

— Привет, "птенцы"! — Роланд откинулся назад так сильно, что лишь вампирские  равновесие и грация позволили ему не упасть на спину. — Проходите, располагайтесь. Пока ждём Дарлу, наша пиявка расскажет вам кое-что очень интересное.