Двор, кованые ворота, машина Кайла. Заднее тонированное окно автомобиля медленно опускается, и я округляю глаза: Нейт лениво машет нам, прижав дуло пистолета к виску заплаканной Эйприл.

Марк в бешенстве оборачивается, вены на его шее вздуваются, а челюсти сжаты с такой силой, что видно выпирающие желваки. Он кидает на меня полный ненависти взгляд.

— Я прикончу её сейчас же, если вы не отпустите Эйприл!

— Это не так работает, — смеётся Кайл, качая головой, а потом его голос резко становится серьёзным и низким: — Условия теперь ставлю я.

Марк кидает быстрый неуверенный взгляд на охранников в коридоре, видимо, взвешивая силы. А потом он презрительно хмыкает и с ядовитой улыбкой спрашивает:

— Что, она настолько хорошо тебе отсосала?

Секунда, и он лежит на полу, держась за челюсть, а я не понимаю, когда сделала шаг вперёд, закрывая собой Кайла от охранников. Я не планировала этого делать, но стою за его спиной, лицом к охране, и понимаю, что так просто не сдвинусь.

— Ещё раз позволишь себе высказаться в подобном тоне… — хрипло шепчет Кайл, опускаясь рядом с Марком на колено, — и сломанный нос покажется тебе наименьшей из проблем, ты меня услышал?

Марк поднимается на четвереньки, тяжело дыша, и поворачивает голову к Кайлу, натыкаясь на выставленный в его сторону пистолет. Его злость тут же куда-то улетучивается, а в глазах читается неприкрытый страх.

Я слежу за охранниками и медленно качаю головой, видя их растерянность. Я знаю, что они обязаны выполнять приказы Марка, но так же знаю то, что они не звери. Я никогда не была к ним несправедлива в отличие от моего мужа и сейчас искренне надеюсь, что они это тоже помнят.

— Мы уходим. Я отпускаю твою девку. — Спокойно посвящает Кайл Марка в выстроенный алгоритм. — И ты больше никогда к ней, — он указывает на меня слабым движением пистолета, не отодвигая дула от цели, — не прикасаешься. Понял?

Марк морщится, борясь с собой, но близость оружия делает своё дело, и он кивает.

— Прекрасно, — подытоживает Кайл, поднимаясь на ноги.

Он аккуратно, но уверенно обхватывает мою руку чуть выше локтя, и уводит прочь из спальни, из дома, со двора. Кайл открывает переднюю дверь, позволяя мне сесть, а потом обходит машину и забирается за руль, хлопая дверью чуть сильнее, чем нужно. В его руке всё ещё находится пистолет как напоминание, что это не конец.

— Отпускай, — велит он Нейту, и я впервые поворачиваюсь, встречаясь с испуганным взглядом Эйприл.

Я думала, что буду чувствовать жалость. Хотя бы частичку. Но увидев, что помимо страха в её глазах горит неприкрытая ненависть… ненависть от женщины, которая сама залезла в мою жизнь — я чувствую лишь холод и презрение.

Нейт открывает дверь, подталкивая Эйприл к выходу и не отводя пистолета от её головы.

— Давай, — произносит он. — Как договаривались. Стоишь на месте, пока мы не отъедем.

Она кивает, но что-то в этом движении меня начинает смущать. Девушка выходит из машины, а затем резко садится, и автомобиль тут же начинают обстреливать.

— Твою мать! — орёт Нейт, пригибаясь. — Гони, Кайл! Гони!

Шины с визгом прокручиваются по асфальту, и машина устремляется прочь. Мы летим по улице, я бегло осматриваю Ферронов на наличие повреждений, но вижу лишь пострадавший салон и разбитое заднее стекло.

Кажется, обошлось.

На этот раз.

Потому что я уверена — Марк чувствует себя униженным и просто так это не оставит.

Сидя на переднем сидении автомобиля, я невольно вспоминаю слова друзей о том, что Кайл раньше участвовал в гонках. Он так профессионально входит в повороты, что я машинально хватаюсь за поручень над головой.

Молчание в салоне ощущается не напряжённым, а скорее плотным, вязким, словно в головах пассажиров сейчас происходит такой мыслительный процесс, от которого лучше не отвлекать.

Машина останавливается в районе, который я узнаю сразу. И многоэтажный дом тоже узнаю, хоть и не была тут уже давно. Здесь я жила, когда была студенткой. Здесь продолжает жить Нейт.

Он выходит из машины первым, а я бросаю взволнованный взгляд на Кайла.

— Иди с ним, — тут же кивает он в сторону младшего брата.

Кайл смотрит на дорогу, и в его глазах читается решимость.

— А ты?

— У меня… дела, — уклончиво уходит он от ответа.

Я киваю и начинаю открывать дверь, но останавливаюсь.

— Что по сделке?

— Я завезу документы на подпись.

Понимание, что нужно выйти, зудит внутри, но я не могу этого сделать. Я и сама до конца не понимаю, что именно меня останавливает, пока с губ не срывается тихое:

— Спасибо…

Впервые за поездку он полноценно поворачивается в мою сторону, а его взгляд смягчается. Кайл скользит глазами по моей распухшей скуле, поднимает к лицу руку и нежно касается пальцами щеки. Я замечаю в его глазах целую бурю эмоций, но снаружи он лишь поджимает губы и сухо кивает.

Я выхожу, не надеясь на большее.

Нейт терпеливо ждёт меня у подъезда, стараясь лишний раз не встречаться глазами. Когда я подхожу, он открывает тяжёлую дверь, пропуская меня вперёд. Лифт, как обычно, оказывается сломан, и мы молча поднимаемся по старой выцветшей лестнице. Тишина давит, но не настолько, чтобы я нарушила её первой. Я просто не знаю, с чего начать.

На пороге квартиры я ненадолго задерживаюсь и слабо улыбаюсь нахлынувшей ностальгии, а потом прохожу в гостиную и сажусь на знакомый болотно-зелёный диван.

— Чай?.. — раздаётся голос Нейта позади, и я, недолго думая, киваю.

Он уходит на кухню, оставляя меня наедине со своими мыслями, и с каждой минутой они заставляют чувствовать себя всё более неловко.

— Расслабься, — бросает Нейт из прохода, заметив, что мои пальцы сильнее нужного сжимают колено. — Всё позади.

— Я… — слова застревают на полпути, и мне приходится сделать усилие, чтобы протолкнуть их, — не из-за этого напряжена.

Секунда. Две. Три.

И Нейт появляется в гостиной, ставя чашки с чаем на столик и удерживая брови сведёнными.

— А из-за чего?

Я вздыхаю, потому что на деле это оказывается гораздо труднее, чем в голове. Взгляд скользит по другу, и я ловлю себя на мысли, что подсознательно по памяти сверяю татуировки. Я боюсь, что он уже набил рисунок. Что всё окончательно решил.

Он замечает мою внутреннюю борьбу, и в уголках его глаз собираются насмешливые морщинки.

— Мия… — зовёт он тихо, — у тебя был такой же вид, когда ты поцарапала мою машину.

Я шумно выдыхаю носом и признаюсь:

— Потому что тогда мне тоже было стыдно.

Его бровь взлетает.

— Да, — продолжаю я, окончательно сдаваясь, — мне неловко из-за того, как мы расстались. — И добавляю сквозь зубы: — хватит смеяться.

Нейт издаёт на выдохе хихикающий звук, но тут же его отрицает:

— Я не смеюсь. Просто… — он поднимает руку, неоднозначно указывая на меня, — увидеть тебя такой — практически историческая редкость. И я даже слегка польщён, что являюсь причиной этого.

Я прищуриваюсь и недоверчиво сверлю его взглядом. Он не кажется обиженным, задетым или холодным, и это сбивает с толку. Нейт присаживается на корточки передо мной и заглядывает в глаза:

— Эй, у тебя было тяжёлое утро. Выдыхай.

— Но… — я осекаюсь. — Я думала ты на меня обижаешься.

Он закатывает глаза и ведёт плечами, как бы признавая, что отчасти это так и есть.

— Я знаю, что ты делала это из желания защитить. — Нейт делает многозначительную паузу и добавляет, приподняв уголки губ: — хоть и говорила глупости.

Теперь уже я закатываю глаза, но через несколько секунд робко улыбаюсь.

— Мир?..

Он мягко усмехается и сужает глаза.

— А ты что, воевать собралась? Против меня?!

Смех вырывается из моей груди уже легко, естественно.

— Я боялась, что… — голос затихает раньше, чем я успеваю договорить.

— Что? — уточняет Нейт.

— Что ты уже успел побывать в тату-салоне, — вздыхаю я.