Расслабленную беззаботность, которая читалась ещё секунду назад на лице Нейта, вмиг сменяют напряжённые скулы и серьёзный взгляд.

— Что ему было нужно?

— Выкупить дом, — отвечаю я, дожёвывая запечёный картофель. — У него была назначена встреча с бывшими хозяевами.

Мощные бицепсы парня натягивают рукава футболки, когда он складывает руки на широкой груди.

— Чтобы сорвать проект… — догадывается Нейт.

— …моего мужа. Да.

— Они соперничают? — подаёт голос Крис.

— Он обозначил их отношения как конкурентность.

На некоторое время повисает молчание, а потом, обдумав, подруга робко уточняет:

— Но это же ведь хорошо, да? Я имею в виду то, что у нас на одного союзника, желающего отменить застройку Гринвилла, больше.

— Я бы не стал радоваться, — отрезает Нейт. — Если Кайл спасает Гринвилл, — он делает пальцами знак кавычек, — то это лишь означает, что у него самого на город другие планы. — Друг внимательно смотрит сначала на меня, потом на Кристен. — И далеко не факт, что они лучше проекта Марка.

Кристен громко выдыхает через нос. Она устало отодвигает от себя тарелку и опирается локтями о стол, положив подбородок на кулаки.

— Значит, нам надо узнать, что из двух зол хуже?

— Или нарушить планы обоих, — амбициозно заявляю я.

Глаза друзей тут же обращаются ко мне.

— Опасно, — произносит Нейт. — Большой бизнес не терпит ошибок.

— Этим мы и воспользуемся. — Чувствую, как губы сами складываются в коварную ухмылку. — По крайней мере с Марком. А с Кайлом, — я слегка прищуриваюсь, вспоминая его имя, — поступим в зависимости от того, что именно он задумал. Выяснишь?

Нейт с сомнением отводит взгляд и сосредоточенно ведёт челюстью.

— Попробую. И, Мия… — его глаза снова находят мои, — не связывайся с ним.

— В каком смысле? — не понимающе хлопаю я ресницами.

— В том самом, — выдыхает парень. — Мы знаем о твоей слабости к их типажу. И ты знаешь, — серьёзно добавляет он.

Я фыркаю так, словно в жизни не слышала большей глупости. Да, Кайл схож с Марком, и ранее, возможно, заинтересовал бы меня, но сейчас, даже если все обстоятельства мира сложатся так, что нам придётся переспать, это будет только интрижка на ночь и никаких чувств. Никакой любви, никаких обещаний и уж точно никакого брака. Дважды я этой ошибки не допущу.

— Мне хватает одной головной боли, — отзываюсь я вслух.

— И это замечательно, — подытоживает Нейт. — Потому что Кайл разобьёт тебе сердце и глазом не моргнув. Поверь мне.

— Да… с Марком у них действительно много общего, — грустно усмехаюсь я и перевожу взгляд на подругу, которая всё это время обеспокоенно молча следит за мной.

Мы ещё какое-то время сидим за столом, обмениваемся фразами, но к этой теме больше не возвращаемся. Каждый сделал свой маленький вывод, мы наметили точку, в которой находимся, и определили следующие шаги.

— Вы останетесь на Рождество? — интересуется Крис, пока мы поднимаемся по лестнице на второй этаж. — Было бы здорово отметить всем вместе.

На мгновение я задумываюсь, насколько это будет уместным, оставаться на столь долгий срок. Когда я собиралась к подруге, я предполагала, что она живёт отдельно, и у родителей мы узнаем где именно, а не будем стеснять их своим присутствием. Десять человек в доме всё же как-то многовато.

— Мия, мне не нравится твоё молчание, — произносит она, не дождавшись ответа.

Мы заходим в спальню и Нейт добавляет:

— Мне тоже. Ты ведь уже сказала Марку, что проведёшь Рождество здесь. — Он всматривается мне в глаза. — Только не говори, что ты… соскучилась по нему?

— Нет! — тут же вскрикиваю я и быстро мотаю головой. — Нет, конечно. Просто…

— Что? — Крис садится на кровать.

И именно в этот момент меня посещает идея.

— Может, отпразднуем в моём новом доме? Ты, — я обращаюсь к подруге, — сможешь побыть с семьёй, а потом присоединиться к нам. И… давайте позовём Дэйва? — последнее выходит само.

Я боюсь разочароваться в парне, но мне не хватает его. Дружеские подколы, его острый язык, который часто работает быстрее мозга, шутки, которые он словно придумывает на ходу. Сейчас мне искренне хочется собраться старой компанией и хотя бы на миг представить, что всё хорошо.

— Уверена? — скептически косится Нейт.

— Да.

В моём ответе больше уверенности, чем в завтрашнем дне, а потому я вдобавок киваю, чтобы показать — это решено точно.

Утро начинается с суматохи: Фред приносит домой высокую ёлку, а дети наперебой вытаскивают праздничные украшения, пока Элизабет бегает вокруг и причитает, чтобы они были аккуратнее. Наблюдение за тем, как семья Кристен проводит Сочельник, невольно вызывает широкую улыбку.

— Пару месяцев назад мама сказала, что это Рождество, возможно, последнее на ферме, — с грустью произносит Крис, стоя рядом со мной у перил второго этажа.

Нейт приносит из кладовой очередную коробку, и дети с радостными воплями накидываются на неё, не закончив с предыдущей. Элизабет охает, упирает руки в бока, осматривает творящийся вокруг хаос и… обматывает вокруг шеи мишуру, после чего с воодушевлённым видом принимается распутывать клубок гирлянды.

— Так не должно быть, — отзываюсь я. — Мы должны помешать застройке. Сделать так, чтобы толстосумы оставили Гринвилл в покое.

— Это будет не просто, для них это лакомый кусочек.

— Значит, оставим их без десерта.

Я не хочу давать Кристен пустых надежд, но и не могу смотреть, как она отчаивается. Возможно, именно поэтому подруга до сих пор не съехала от родителей — возможность провести на ферме оставшееся время удерживает её здесь.

Вибрация смартфона удивляет, а номер мужа вовсе вводит в ступор. Он не звонил мне ни в воскресенье, чтобы спросить, добралась ли я, ни в понедельник, а потому сейчас вызов кажется странным, не вписывающимся в картину происходящего. Я напрягаюсь, принимая вызов, и ухожу в спальню. Интуиция подсказывает, что ничего хорошего разговор с Марком мне не сулит.

— Мия, слава богу, почему не позвонила как доехала?

Его голос кажется наигранно взволнованным, и это заставляет поморщиться, а то, что он пытается вновь переложить ответственность только на меня и начинает с претензий, уже знатно нервирует.

— Я звонила, — парирую я, — ты был недоступен.

На короткий миг это вводит Марка в ступор.

— Странно… — тянет он.

— Наверное, был занят и не обратил внимание на сообщение от оператора, — пожимаю я плечами, думая о том, кем именно он занимался.

Я радуюсь, что муж меня не видит, потому что одного их образа с Эйприл хватает, чтобы я выглядела готовой убивать.

— Когда ты планируешь вернуться? — интересуется он, и я прислушиваюсь к голосу на заднем плане.

— Это что, папа?

— Да, я заехал к твоим родителям…

Моё лицо буквально перекашивает от абсурдности ситуации. Я не могу и представить, что могло ему там понадобиться.

— …и они предлагают нам пообедать. Сегодня.

Несколько секунд в трубке слышны лишь голоса на фоне.

— Мия?

Я не знаю, с чего начать, чтобы не высказать Марку всё, что я о нём думаю. Он прекрасно знает, как далеко от дома я нахожусь, и что я не планировала возвращаться домой до Рождества, но при этом ведёт себя так, словно говорит о базовых вещах. На мгновение я допускаю мысль, что он всё-таки проведёт праздники дома, и решаю уточнить:

— А как же твоя работа?

— Я обещал быть к трём, — тут же отзывается он, заставляя раздражённо закатить глаза.

— Ты предлагаешь мне вернуться, чтобы пообедать с родителями, а потом встречать Рождество одной?

— Ну… они очень хотели увидеть тебя, всё-таки это семейный праздник.

Веки устало опускаются и начинают дрожать от переизбытка чувств.

— Тогда почему звонишь ты, а не они?

Я слышу несколько глухих шагов, скрип двери, а затем негромкое усталое:

— Потому что я твой муж.