Я вздёргиваю бровь.

— Подпиши и можешь валить к Феррону. К любому из них.

Я слышу в голосе раздражение. Мысль, что я позволила себе переспать с Кайлом, его сильно гложет.

— Я не подпишу этого.

— Предсказуемо, — уголок его губ подпрыгивает. — Знаешь, за дом можно получить гораздо больше, чем за испепелённые руины.

Чувствую, как широко округляются мои глаза. Это всё-таки был он. Он поджёг дом в Гринвилле, хотя я до последнего отказывалась в это верить.

— Ничего личного, да? — иронично уточняю я. — Просто бизнес?

Марк прячет руки в карманы брюк, стоя ровно, почти расслабленно:

— Именно.

Я перевожу взгляд на бумаги с мелким шрифтом, а потом возвращаюсь к глазам мужа. К глазам, которые я всей душой теперь ненавижу.

— Будешь держать меня взаперти, пока я не подпишу?

Он коротко кивает.

— Ты не сможешь держать меня тут вечно.

— Наивная глупая Мия… — тихо тянет он, от чего я тяжело сглатываю. — Ты правда веришь в это или пытаешься убедить себя, чтобы не впасть в отчаяние?

Я прикусываю губу.

— Рано или поздно тебе придётся меня выпустить, и что тогда, Марк? Думаешь, я буду молчать о том, как ты поднял на меня руку?

— Припёрлась посреди ночи от своих дружков, побитая…

— Бред! Я была образцовой женой, никто в это не поверит.

— Да? — хмыкает он. — А как же наша ссора на приёме Хопса?

Я вспоминаю сцену ревности, которую он устроил перед тем, как я узнала об измене, и внутри что-то съёживается от осознания: он готовил почву для развода уже тогда. Это была не спонтанная ревность, а чётко продуманная стратегия, нацеленная на долгосрочную перспективу.

— Сукин сын… — шепчу я, расплываясь в недоверчивой улыбке на грани истерики.

Раз он спланировал это, значит были и другие “звоночки для зрителей”. Возможно, он уже упоминал какие-то мои недостатки при разговорах с коллегами, и наверняка не оставил без внимания поездку на Рождество. Я почти уверена, что Марк выставил всё так, словно я сама его бросила, уехав в праздник с Ферронами.

— Я дам тебе ещё час… — произносит он и отвлекается на звонок.

Марк отходит к двери, обмениваясь короткими фразами с собеседником, и я понимаю, что его ждут на работе, но он отказывается приезжать раньше обеда. Когда он сбрасывает вызов, я тихо фыркаю:

— Это единственный раз, когда ты поставил меня выше своей работы.

— Это единственный раз, когда ты чем-то смогла меня заинтересовать, — отзывается он, кивая подбородком на бумаги. — Один час, Мия. А потом я заставлю тебя подписать их силой, и ты потеряешь последнюю гордость, какую ещё умудрилась сохранить в моих глазах.

И он выходит, снова закрывая дверь на ключ. Я прикрываю глаза.

Кайл

Я мог бы подумать, что Мия слилась, но предчувствие назойливо свербит в груди, не давая отмахнуться. Машина выруливает на улицу Брукса, и его трёхэтажный особняк сразу бросается в глаза: огромный, статный, величественный. Совсем не соответствующий Марку.

Автомобиль тормозит у ворот с визгом шин — пусть слышит, я не скрываюсь. Едва я захлопываю дверь, как охранники моментально напрягаются, вызывая у меня мягкую усмешку. Кажется, здесь не привыкли к гостям.

— Я к мистеру Бруксу, — вежливо произношу я, осматривая окна дома.

— Представьтесь, — не грубо, но резко отзывается один из мужчин в форме.

— Кайл Феррон.

Губы изгибаются в ухмылке, когда я представляю выражение Марка, с которым он узнаёт о моём визите. Этот напыщенный кретин всегда меня побаивался, хоть и старался этого не показывать.

Охранник передаёт информацию в мини-рацию, закреплённую на воротнике, и сверяет меня долгим взглядом в ожидании ответа с другого конца. В окне второго этажа появляется слабое движение, и я встречаюсь глазами с хозяином дома. Марк вскидывает запястье, сверяясь с наручными часами, а потом что-то говорит кому-то через плечо.

Ворота медленно откатываются вправо, освобождая путь.

— Проходите, — отчеканивает охранник и делает шаг в сторону. — Внутри вас встретят.

Я коротко киваю и направляюсь по выложенной плиткой дорожке к входу в особняк. Всё идёт именно так, как я и рассчитывал: Марк слишком упрям, чтобы показать свой страх и не впустить меня, и это играет мне на руку.

Хозяин дома встречает меня в светлой прихожей. Он чуть склоняет голову на бок, демонстрируя негласное превосходство на своей территории, и тянет:

— Какие люди…

Его голос напряжён, и я машинально думаю о Мие, которой не видно. Конечно, меня интересует не сама она, а неподписанный контракт. Само собой. Да. Точно.

— С какой целью ты здесь? — вопрос Марка вырывает из мыслей.

— Где твоя супруга, Брукс? — перехожу я сразу к делу.

Марк вскидывает брови, но его актёрская игра оставляет желать лучшего, и я слегка морщусь.

— Она не явилась на встречу.

— О, так вы уже не скрываетесь? — хмыкает он, и я машинально сжимаю кулаки.

— Хватит паясничать, у нас была назначена сделка.

Что-то злое вспыхивает в его глазах, а плечи на вдохе теперь поднимаются тяжелее.

— Сделка… — повторяет он, задумчиво проводя пальцами по подбородку. — Она отменилась.

— Где Мия?

— Не твоё дело.

Губы Марка растягиваются в мерзкой самодовольной ухмылке, и я чувствую желание стереть её с этого угловатого лица. Я смотрю на него несколько долгих секунд, а потом повышаю голос:

— Мия!

Марк угрожающе делает шаг навстречу и буквально шипит в сдерживаемой ярости:

— Тебе пора.

— Мия! — громче повторяю я, понимая по реакции кретина напротив, что двигаюсь в нужном направлении.

Слабый отголосок её голоса откуда-то сверху заставляет замереть и прислушаться. Она… зовёт меня. Я кидаю на Марка убийственный взгляд.

— Ты не имеешь права, — начинает он выходить из себя, но я хватаю его за ворот рубашки и одним резким рывком прижимаю к стене.

— Попробуй останови меня, — рявкаю я, коротко бью его спиной о стену и отправляюсь наверх.

Я слышу, как этот трусливый ублюдок вызывает охрану, и ускоряю шаг. Я зову Мию в попытке понять, куда идти, и быстро нахожу её дверь на втором этаже. Ручка ходит ходуном в её попытках выбраться, но деревянное полотно не поддаётся.

— Отойди от двери! — командую я, когда до меня доносится топот снизу.

Я жду пару секунд, а потом не жалея вышибаю белоснежную дверь ногой и вхожу в спальню без приглашения. Взгляд тут же находит Мию, и я… на мгновение застываю. Её красная опухшая скула и пристыженный взгляд буквально пронзают меня стрелой ярости. Я сжимаю кулаки, представляя, как размажу Марка по полу в его собственном доме.

Сейчас.

Беспощадно.

Но поднявшаяся на этаж охрана заставляет меня подкорректировать план.

Мия

Кайл не спеша, словно в замедленной съёмке, поворачивает голову к выходу из спальни. Трое амбалов с пушками в руках нацелены прямо на него, но он не выглядит испуганным или сбитым с толку. Он выглядит разъярённым и способным на жестокость.

Марк появляется последним. Он поднимается по лестнице не торопясь, словно всё идёт так, как он и планировал.

— Ну и к чему этот цирк? — тихо, издевательски, хмыкает он.

Кайл снова переводит взгляд на меня, и уголки его губ слегка приподнимаются в дьявольской ухмылке.

— Я уйду отсюда с ней, и ты это знаешь, — спокойно произносит Кайл, возвращаясь глазами к Марку.

Марк проводит ладонью по лицу с таким видом, словно его смешит услышанное.

— Выгляни в окно, — загадочно добавляет Кайл.

Выражение Марка чуть меняется, по его лицу проскакивает тень сомнения.

— Ну же, давай, — мягко усмехается Кайл. — Ты же не думал, что у меня нет козырей в рукаве, верно?

Марк показывает охранникам жест, означающий не спускать прицелов с Кайла, и медленно, с опаской, пересекает спальню. Любопытство пересиливает, и я тоже выглядываю в окно из-за его спины.