— Да, — настаиваю я и ставлю кружку на гарнитур. — Тебе нужна помощь и вместе мы сделаем это.

Тихий смех Кайла нарушает атмосферу разговора.

— Ты не понимаешь, о чём говоришь, — смеётся он так, словно разговаривает с ребёнком.

— А ты понимаешь? — не выдерживаю я.

На кухне внезапно повисает тяжёлая тишина. Кайл продолжает смотреть на меня снисходительно и насмешливо.

— Мия, — первым нарушает молчание Дэйв, и его тон спокойный и многозначительный, — Кайл единственный, кто ни разу не проиграл на этой трассе.

Я перевожу непонимающий взгляд на друга, надеясь, что сейчас он скажет “шутка”, но ничего не происходит. Никто не опровергает, не сомневается в его словах и, главное, сам Кайл не отрицает этого факта. Кристен, кажется, удивлена не меньше меня, а вот Нейт, конечно, выглядит так, словно всё знал. В голове тут же возникает вопрос: почему он ни разу не упоминал об этом? Да, этот поворот давно убрали, но разве не стоило как-нибудь заикнуться, что его старший брат тоже когда-то участвовал в гонках? Что у них это семейное?

— Это в прошлом, — закрывает тему Кайл, и мне кажется, что в его голосе гордость смешалась с нежеланием говорить об этом.

— Тогда почему бы тебе не дать Нейту пару уроков? — не унимаюсь я. — Проедьтесь, дай советы…

— Это. В прошлом. — Уже грубо отрезает он.

— Кайл больше не гоняет, — произносит Нейт.

— Но это же не учас…

Я не успеваю договорить, потому что раздаётся громкий стук в дверь. Взгляды на кухне хаотично мечутся друг в друга в попытке понять, кого мы ждём, но все молчат. Выдыхаю, признав, что разговор придётся отложить, и отправляюсь проверять, кто именно к нам пришёл. Я подозреваю увидеть кого-то из семьи Кристен или, в крайнем случае, соседей, но когда открываю дверь, прирастаю к полу, потому что передо мной стоит тот, кого я меньше всего ожидала здесь увидеть — в тёмно-сером пальто и костюме с иголочки на крыльце стоит Марк.

Дар речи пропадает: увидеть Марка на крыльце в Гринвилле, да ещё и в Рождество, я никак не ожидала. Более того, я была уверена, что этого просто не может произойти.

— Марк… — только и выдавливаю я из себя.

Его губы изгибаются в милой улыбке, а затем уголки резко опускаются, когда он переводит взгляд мне за спину.

— Мистер Брукс, — раздаётся учтивый голос Кайла, и я мысленно чертыхаюсь — он ведь специально показался, чтоб его! — Мир и правда тесен, — хмыкает он.

Тело сковывается предчувствием надвигающейся бури.

— Здравствуй, Кайл, — произносит муж и возвращает взгляд ко мне. — Мия, выйдем?

— Давай поговорим дома, — я открываю шире дверь, но Марк качает подбородком в стороны.

Его нервно сжатая челюсть не сулит ничего хорошего. Я буквально чувствую агрессию, которая кипит у него внутри, и заставляю себя надеть куртку вместо того, чтобы отказаться.

— К чему такие жертвы, это ведь отчасти и ваш дом, — опасно подкалывает Кайл, и уголок его губ дёргается.

Он знает, что я бы не допустила, чтобы дом принадлежал Марку. Он прекрасно знает и насмехается над его неосведомлённостью и моим шатким положением.

Я кидаю гневный взгляд на Кайла, накидываю капюшон и выхожу на улицу, закрывая за собой дверь. Мороз, в прошлый выход на улицу казавшийся освежающим, сейчас неуютно покалывает открытые кисти и лицо.

— Я думала ты на работе, — начинаю я.

— Я заметил, — недовольно хмыкает Марк. — Что он тут делает?

— Заехал поздравить брата, — без зазрения совести вру не моргнув и глазом. — Он не собирался задерживаться.

— Угу, — недоверчиво тянет муж. — Мия, мне кажется, что ты не понимаешь, что происходит.

Чувствую, как брови съезжают к переносице.

— Ферроны окучивают тебя, чтобы насолить мне.

Желание рассмеяться ему в лицо оказывается настолько сильным, что несмотря на попытки удержаться губы всё равно изгибаются в улыбке. Может, на счёт Кайла он и прав, но приписывать к этому Нейта спустя столько лет нашего знакомства… к сожалению, я знаю друга лучше, чем собственного мужа.

— Что, он не предлагал выкупить у тебя дом?

Я чуть отстраняюсь, чтобы увидеть Марка под другим углом.

— Так ты за этим приехал? Боялся, что я продам ему дом?

С моих губ срывается шумный выдох. Он приехал в Рождество только потому, что боялся опоздать. Боялся, что его проект накроется. И теперь я ещё больше рада, что это случится.

— Марк, сегодня Рождество! — с отчаянием напоминаю я. — Я думала ты приехал, чтобы провести праздник вместе…

Слова звучат убедительно, но для этого мне приходится приложить усилия. По сценарию я должна выглядеть обиженной женой и, судя по реакции Марка, мне это удаётся. На мгновение он выдаёт истинную сущность, поджав губы и закатив глаза, но тут же пытается перевести стрелки:

— Я тоже этого хотел… — начинает он, и подсознание презрительно фыркает, — но, как вижу, тебе и без меня хорошо.

Наигранно шокируюсь, быстро хлопая ресницами.

— Ты знал, что я собираюсь праздновать с друзьями, — указательный палец поднимается, напоминая: — потому что ты оставил меня, променяв на работу.

— Я оставил работу ради нас, — бросает муж, и мне приходится призвать все силы, чтобы не захохотать.

На какое-то время между нами повисает молчание. Я понимаю, что Марк даёт мне время осмыслить разговор и почувствовать себя виноватой, но это лишь сильнее выводит меня на смех — то, как он старательно манипулирует моими эмоциями, и то, что это бы определённо сработало, не знай я о его любовнице.

— Останься, — прошу я, чтобы уже закончить разговор.

Я знаю, что он сольётся. Знаю, что сбежит, цепляясь за единственную возможность, выставив меня крайней. Я ему не нужна, иначе ему было бы плевать на собравшихся в доме гостей. На крайний случай, Марк забрал бы меня с собой, но на его лице, как я и предполагала, появляется выражение обиженного человека.

— Нет, спасибо, — выдавливает он. — Думаю, тебе надо время подумать.

— Подумать?

— Что ты делаешь здесь и кто тебе на самом деле важнее, — муж кивает в сторону дома и разворачивается, собираясь оставить меня одну.

Поджимаю губы, стараясь ещё немного продержаться с маской серьёзности. Грудь беззвучно сотрясается от смеха. Марк садится в машину, кидает быстрый недовольный взгляд в мою сторону и уезжает — просто, быстро, без сомнений.

Он оставляет меня в Гринвилле подумать над ответом, который я уже и так знаю.

— Дай ему нормально просохнуть, — говорит Нейт как раз в тот момент, когда я захожу в гостиную.

Кайл поджимает губы, но не спорит. Он кладёт телефон обратно к камину на безопасном расстоянии и садится на диван.

— Марк не зайдёт? — удивляется Дэйв, глядя в окно.

Нейт опирается рукой о каминную полку и устремляет взгляд на меня.

— Нет, — отзываюсь я, не желая пока вдаваться в подробности.

Я так и не решила, как именно рассказать о моих подозрениях Дэйву. От воспоминания, что именно он просил Марка взять на работу Эйприл, меня буквально потряхивает. Я понимаю, что его прямой вины в этом нет, но всё же не могу абстрагироваться до конца.

И что, если всё-таки это не Эйприл? Ловлю себя на том, что безумно хочу в это верить. Внутренний голос презрительно усмехается: я докатилась до момента, когда смирилась с наличием у мужа пассии и составляю рейтинг кандидаток.

От моего внимания не ускользает, как еле заметно нахально приподнимается уголок губ Кайла. Вот уж кто точно доволен ситуацией. Он наблюдает крах партнёра, следя за событиями в реальном времени.

На мгновение мне становится неловко, но потом я вспоминаю, что больше не обязана защищать честь мужа. Я не должна защищать то, что он собственноручно похоронил.

— А зачем приезжал? — продолжает Дэйв диалог.

— Предупредить, — честно отвечаю я и перевожу взгляд на Кайла, — что меня используют, чтобы ему насолить.