— Не суетись. — Повторил я и качнулся с пятки на носок. — Я надеюсь, что ты говорила мне это действительно искренне. Я очень надеюсь, что ты прекрасно оцениваешь возможности того, что если мне что-то не понравится в следующий раз я не буду так снисходителен к тебе.

— Паш, я обещаю тебе, что это в первый и последний раз. Ничего подобного не произойдёт, если я буду как-то даже совсем случайно сталкиваться либо с твоими дочерьми, либо с Таней, я буду максимально делать вид, что мы либо не знакомы, либо просто проходим мимо друг друга. Честное слово, Паш, я обещаю тебе.

У Раи из рук выскользнул пакет с тостовым хлебом. Она не сразу сообразив, успела поймать его, только когда он лёг на столешницу. Я вздохнул.

— Ты просто скажи, что хочешь.

— Я хочу, твою мать, спокойствия, понимаешь?

Рая порывисто несколько раз кивнула. Видимо, чтобы показать уровень своего понимания.

— Я не хочу выяснения отношений. Я не хочу никаких скандалов. Меня это выматывает. Меня это раздражает. Я не понимаю, зачем я это должен делать.

— Я знаю. Хорошо, я поняла тебя. Обещаю, что этого больше не повторится. Паш, честное слово.

Но верить людям на слово вообще дело дерьмовое, потому что все люди лгут всегда. Абсолютно всегда. Верить на слово я мог только Татьяне и то потому что знал, что она скажет, не то, что я хочу услышать, а она скажет даже самую зашкварную правду. То есть какое бы дерьмо не происходило, она это скажет. Не из-за того, что она так офигенно ко мне относится, и что я не достоин лжи. Нет, она это скажет, потому что она умная женщина. Она понимает, что апеллируя правдой, можно быстрее решить ту или иную проблему. Но почему многие люди этого просто не понимают?

— Мне надо поработать. Не шуми. — Бросил я и развернувшись, пошёл в кабинет.

Раиса медленно топала следом и когда я остановился и вскинул бровь, вопросительно намекая на то, что в сопровождении не нуждаюсь, Рая вздохнула и ещё раз спросила:

— Так что ты хочешь?

— Не знаю. Сними с меня ответственность хотя бы за ужин. — Произнёс я едко, потому что были такие моменты, когда и мужчина, и женщина разделяют ответственность в любой ситуации.

Таня была ответственна за быт, за детей. Я был ответственен за то, чтобы у моей семьи все было. Все — это не значит мешок картошки привёз на себе. Все это значит абсолютно все— лучшие отпуска, лучшие больницы, лучшее образование. И да, поначалу в нашем браке было все немного не так. Мы действительно с Таней делили все пополам. Я спокойно девчонок сам собирал. Я с ними оставался, пока Таня уезжала на смену. Потом уже, когда они слегка выросли, а я ещё не так твёрдо стоял на ногах, тоже были моменты, когда у нас ответственность за детей была поделена надвое. Но чем дальше, чем больше я становился серьёзней в плане своей профессиональной деятельности, тем меньше ответственности за какой-то быт и семейность оставалось на моих плечах. Потому что Таня ослабила ответственность со стороны безопасности семьи, в плане финансов. То есть ей не нужно было работать. Были такие промежутки времени, когда вообще все нормально было и Таня спокойно сидела дома. Это уже после того, как Полинка выросла, она решила, что можно открыть пекарни. А до этого времени все было настолько комфортно в семье, где жена именно домохозяйка, что я другого представить себе не мог.

Так и сейчас.

Рая не могла она нахрен ничего другого сделать, кроме как снять с меня ответственность хотя бы за ужин. И Рая не желая создавать ещё одну патовую ситуацию, быстро кивнула. Развернулась и пошла медленным шагом в сторону кухни. Вот однозначно же пожалею.

И на ужин была говядина веллингтон, которую если честно, я не особо любил. Ну уж ладно, сам скинул ответственность. Можно промолчать.

Рая вела себя нервно, суетно. Чуть ли не с ложки меня собиралась кормить. Я хмыкал, вскидывал бровь, намекая, что это уж явно лишнее, и в постели тоже все было немного суетно. Такое чувство, как будто бы она боялась, что я в последний момент перехвачу её за волосы и выставлю за дверь.

— Ну нет. Езжай к себе. — Сказал я после и вздохнул.

— Пожалуйста, можно останусь всего одну ночь? Просто страшно было. Мне казалось, что ты совсем, совсем ушёл.

— Рай, езжай домой. Я вызову сейчас такси.

— Можно я ещё с тобой немного полежу? Пожалуйста?

Я тяжело вздохнул.

Ну пусть лежит.

Все равно собирался ещё поработать. Взял мобильник, развернул письмо от клиента. Стал изучать документы, которые он прислал. A Рая лежала, как мышка тихо. Сопела мне в плечо. В какой-то момент я вдруг понял, что сам себе на морду уронил телефон.

Но было плевать.

Сон сморил настолько быстро, что проснулся я от того, что рука затекла, которую я закинул за голову. Телефон так и лежал на груди, а Раи нигде не было. Вздохнув, я потянулся. Дёрнул на себя одеяло, понимая, что она тихой мышью и уехала.

Потом что-то кольнуло.

Как-то неправильно.

Я посмотрел на мобильник, а на часах было начало второго.

Что было не так.

Что не так было?

Противная, жужжащая мысль не давала мне спокойствия, поэтому сон слетел по щелчку пальцев. Я нахмурился, встал с кровати. Поправил пижамные штаны и босыми ногами прошёлся по тёплому паркету.

Открыл дверь.

Что не так было?

Свет в ванной.

В наружной ванной.

Не в той, которая была в спальне.

Я двинулся. Дошёл до двери. Щёлкнул выключателем. Вышел в зал, осмотрелся. Заглянул в левый коридор, в кабинет.

Все также не слышно я дошёл до двери и кончиками пальцев толкнул её.

Что было не так?

Рая сидела на коленках возле моего сейфа.

Таня

Доехав до дома, я все ещё пребывала в шоке, Раиса решила поймать на пузо Павла.

Я не особо переживала и даже не видела смысла звонить и предупреждать об этом своего бывшего мужа. Во- первых, потому, что я уже один раз сказала ему о том, что она шарится в его документах. Во-вторых, он не глупее меня и прекрасно все это понимает. А ещё я подозревала, что он все просчитал уже на несколько ходов вперёд, и поэтому я ему какую-то офигительную новость однозначно не расскажу, поэтому, не стоило лезть на рожон и, соответственно, пытаться как-то повлиять на эту ситуацию.

Добравшись до дома, я ещё раз пересмотрела все препараты, которые мне назначила гинеколог, и, психанув, подумала, что так была сильно занята мыслями о бывшем муже, что забыла заехать в аптеку. Ближе к вечеру я все-таки выбралась из дома, доехала, купила все препараты, которые необходимы были, а потом мне позвонила Полина, сказала, что заедет с ночёвкой. Выходя из аптеки, мне попался Разумовский на своём внедорожнике. Он как раз закрыл выезд моей машине. И мне пришлось какое-то время походить вокруг парковки, чтобы дождаться, когда он закончит все свои дела.

— Татьяна, вы уж простите, — быстро сказал Разумовский и прыгнул в машину, приоткрыл окно и произнёс: — Торопился, места нигде не было. Думаю, вы уж не станете сильно злиться, что я вас закрыл.

— Да нет, нет, я, конечно, не злюсь. Дочка просто должна приехать.

Владелец посёлка сдал назад, выпуская меня, я села за руль и, поравнявшись с ним, поблагодарила. Но Разумовский придержал меня, взмахнув рукой и склонив голову к плечу, уточнил:

— А вы не хотите ко мне приехать завтра вечером на барбекю? У меня небольшие посиделки с соседями, вдруг вам будет интересно?

Я пожала плечами, не зная как реагировать на все это. Но все же выдавила скромную полуулыбку и призналась, что я, как только разберусь со всеми делами, сразу же смогу точно ответить.

Разумовский поблагодарил меня за честность и отправился по своим делам.

Полина приехала уставшая, замученная, рассказывала о том, как ей тяжело даётся учёба, и скорее бы это все уже закончилось, а я сварила суп из щавеля, испекла яблочный пирог.

Полина сидела, как зомби, над всем над этим и только бурчала о том, что сил её больше нет, у неё сейчас ещё и практика должна была начаться, поэтому то ли ещё будет, то ли ещё будет.