Я отступаю назад, понимая, что передо мной не просто обиженная сестра, а одержимая местью психопатка. Она готова на все, чтобы разрушить мою жизнь, потому что считает, что я ее украла.
— Ты сумасшедшая! — сжимаю виски пальцами и качаю головой. — Ты не можешь просто так распоряжаться чужими жизнями! Мирон не позволит…
Алина лишь презрительно усмехается.
— Моя глупая, наивная сестра. Мирон один раз уже повелся на мою игру. Он же похитил тебя вместо меня? Влюбился… Кстати, — она делает шаг на меня. — Чуть не забыла. Где твое кольцо? Мне нужно доказательство, что я — это ты…
Она хватает меня за руку, впиваясь короткими ноготками глубоко в кожу. Даже маникюр, как у меня…
— Где?! — шипит агрессивно. — Куда ты его дела?!
— Отдала таксисту, — выдыхаю я, радуясь, что успела снять его до ее прихода. Если у нее получится… Если Мирон ей поверит… Это мой единственный шанс доказать, кто я.
— Идиотка! Какая же ты идиотка! — тянет меня на себя, я пытаюсь вырваться и упускаю момент, когда Алина достает из кармана шприц.
Замечаю его боковым зрением. Жидкость внутри мерцает в свете люстры.
— Не подходи! — кричу я, чувствуя, как страх парализует меня. Дергаюсь, что есть силы.
Но не успеваю.
Тонкая игла легко протыкает шею. Я взвизгиваю от боли, инстинктивно отшатываюсь и бьюсь о стену.
Схватившись за ужаленный участок, смотрю на ту, что должна была звать сестрой.
— За что…? — шепчу я, чувствуя, как тело постепенно немеет.
Пытаюсь позвать на помощь, но язык опухает, а комната перед глазами расплывается. Стены и потолок сливаются с полом, идут волнами. Колени подгибаются, и я медленно оседаю на пол.
Алина наклоняется, чтобы оценить мое состояние. Оттягивает длинную, еще влажную прядь, накручивает на палец и отпускает.
— Спи спокойно, сестричка, — тянет насмешливо. — Совсем скоро ты проснешься другим человеком...
Девушка уходит в мою комнату, веки тяжелеют, и я проваливаюсь в невесомость. Ничего не вижу и не чувствую, но отчетливо слышу все, что происходит.
Я слышу, как открывается дверца шкафа. Как скрипят вешалки, пока она перебирает содержимое моего скудного гардероба. Как шелестит ткань. Алина переодевается в мои вещи и становится мной. Возвращается в гостиную и кому-то звонит.
— Да, она готова, — обращается к невидимому собеседнику. — Можешь забирать.
Глава 51
Мирон
— Где Арина? — спрашиваю на ходу, пока идем в палату брата.
Вокруг непривычная суета, оживление. Так бывает, когда приезжает кто-то важный, но сегодня причина в другом. Мой брат очнулся! Мой Марк — самый главный человек в этой клинике. Самый главный человек в нашей семьей!
Боже, как же не терпится его обнять! Услышать его голос… Я так долго этого ждал! Кажется целую вечность... Не могу ни о чем другом думать!
— В моем кабинете. Я решил, что им с Марком пока еще рано встречаться... Парень может не так понять…
Слова друга немного отрезвляют, заставляя мозг работать. Захар прав. Он, черт возьми, снова прав. А я не подумал. Еще не решил, как буду разруливать в этой ситуации. Как объяснять? Ему… ей… себе. Слишком сложно. Слишком много стоит на кону. Нельзя ошибаться.
Вот ты и доигрался, Гараев. Как там говорится? Финита ля комедия?
Не-е-ет. Это не для меня. Мирон Гараев проигрывать не умеет. Не научен и учиться не собирается. Я найду выход! Обязательно найду. Только встречусь для начала с братом. Потом… Потом будем думать.
Заворачиваем за угол и тормозим у палаты. Пока еще пустой. Марка увезли на процедуры, так что быстро, как я хотел, не получится. Придется подождать. Друг отходит, чтобы переговорить с сиделкой, а я барабаню пальцами по стене. Оглядываюсь.
Отхожу к окну и, скрестив на груди руки, смотрю во двор.
Погода такая же мерзкая, как и ощущение внутри. Словно вот-вот должно что-то случиться…
Сраное чувство проклятого дежавю. Бредовое конечно. У нас, наконец, все стало налаживаться. Арина рядом. Брат очнулся. Мама с сестрой скоро приедут. Мне бы радоваться…. Но кошки скребут так, что ни о чем не могу думать. Болезненно. Ощутимо.
Странно как-то все. Непонятно.
Набираю Демьяна, чтобы узнать, как Арина. Главное сейчас — не натворить дел. Выиграть время. Хотя бы чуть-чуть…
Рано или поздно мне придется рассказать ей всю правду. Но станет ли она меня слушать? После всего…
Вздыхаю шумно, меняя положение, и упираюсь ладонями в подоконник.
Гудки сверлят по нервам. Бесконечные. Как удары.
Второй, третий… шестой.
Какого хера он не отвечает?!
Раздражение постепенно вклинивается в мои мысли. Затмевает мозг.
Что-то случилось.
Интуиция вопит, орет гребаной сиреной.
И я уже не понимаю, что творю. Как оказываюсь в отделении Захара. Проношусь ураганом мимо удивленного друга, пропуская мимо ушей его попытку остановить меня. Ничего перед собой не вижу.
Коридор. Затем еще. Бесконечные коридоры.
Удар, и дверь кабинета с грохотом отлетает к стене. Следом влетает Рустам. Замирает рядом.
Пусто.
Оглядываюсь, будто это что-то изменит. На пустом кресле знакомая сумка, пальто. Она была здесь.
— Найди Демьяна. Живо! — приказываю все еще на что-то надеясь.
В груди словно взрывается снаряд и разносит внутренности в ошметки. Ничего не чувствую, кроме страха.
Как в тот самый день.
Когда я просчитался. Доверился не тому человеку…
Ничего не предвещало беды.
Но беда случилась.
Теперь опять…
Черррт!
Сжимаю зубы, стирая к херам эмаль.
Я превращаюсь в параноика.
Это не нормально.
Нельзя так реагировать!
Но когда меня это останавливало? Рядом с ней все «нельзя» становятся «хочу», «надо». Необходимо. Как воздух.
Кровь стучит в висках, заглушая даже собственные мысли. Рустам исчез в коридоре, а я остался посреди кабинета, где еще пахнет ее духами — нежная ваниль с легкими цветочными нотками. Как будто она только что вышла, оставив сумку в насмешку.
Рука дрожит, когда касаюсь ткани пальто. Холодной. Значит, ее здесь нет давно…
— Мирон! — Захар врывается хромая, хватает меня за плечо. — Что за истерику закатил? Марк вернулся с процедур, он ждет...
— Арины нет. — Вырываюсь, не оборачиваясь. Голос звучит чужим, низким, будто из преисподней. — Демьян не отвечает. Она пропала. Снова.
Захар замирает. Его молчание красноречивее крика. Он знает, о чем я думаю. О том, что было совсем недавно. Когда я доверил ее не тому человеку, и она чуть не погибла. Всего одна ошибка. Одна гребаная ошибка, после которой она до сих пор вздрагивает от каждой тени.
— Может, просто вышла? — предлагает он, но сам не верит. Клиника — крепость. Без моего разрешения ее никто не выпустил бы.
Телефон вибрирует в кармане. Рустам.
— Где он? — рычу, поднося трубку к уху.
— В туалете, — его голос низкий, с хрипотцой. — Нас обвели вокруг пальца.
— Арина… — единственное слово, которое могу выдавить.
— Ищем.
Мир сужается до точки. Снова. Снова я промахнулся. Снова…
Бросаюсь к двери, сбивая Захара. Он кричит что-то про Марка, про полицию. Но я уже не здесь. Я в той проклятой квартире, где нашел Арину в прошлый раз. С окровавленными губами и пустым взглядом.
Рустам уже у кабинета охраны, когда я выбегаю. Демьян сидит на стуле. Рука прижата к голове, по виску стекает тонкая полоска крови.
— Кто это сделал? — нависаю над ним, хватаясь за куртку.
— Не знаю, — он стонет, глаза мутные. — Я отошел всего на минуту в туалет. Она была в кабинете у дока. Прости, босс…
Прости…
Слово, от которого меня тошнит. Вскакиваю, бью кулаком в стену. Боль пронзает костяшки, но это ничего. Ничего по сравнению с тем, что чувствует она сейчас.
— Найти. ВСЕХ, — обращаюсь к Рустаму. — Поднять всех, кого можем. Камеры, свидетели, чертовы шаманы — не важно!
Он кивает, уже набирая номер. Перепуганные охранники клацают по клавиатуре, перебирая видео с камер наблюдения. Процесс кипит.
