Кости оказались целы, чего нельзя было сказать о прочих травмах. Смертные оказались упрямыми садистами. Теперь становилось понятным то зрелище у озера с головами на кольях. Должно быть, это были пленники из разных племен.

Скрежет металла привлек внимание. К этому моменту Джокер уже привык к темноте и мог сносно видеть в полумраке. Звук доносился со стороны смежной стены, где он различил очертания человека. Мужчина. В отличие от оков Джокера, сковавших его ноги, незнакомец был прикован цепями к распоркам в стене и потолке, едва ли не распятый в своем незавидном положении пленника. Голова его покоилась на груди; то ли спал, то ли был без сознания не так давно.

Лязг цепей повторился, в тишине раздался вздох — хриплый и тяжкий. Незнакомец осмотрелся по сторонам, замер, переступил с ноги на ногу и вздохнул еще раз.

-У меня гости, - наконец прозвучал его голос, спокойный, но жутко уставший, - Или наша северная вождь решила достать меня еще и таким образом?

-Гостем меня назвать сложно, - Джокер шевельнул ногой, отчего цепь лязгнула в тишине.

-Хм, - немного удрученно хмыкнул неизвестный, - Обычно смертных убивают сразу, но ты жив. Значит, являешься гостем, несмотря на оковы. Так кто ты?

Фраза об убийстве смертных направила мысли в нужное русло, поэтому Джокер молчал довольно долго.

-Ты такой же вождь, как они?

Время замерло и едва не остановилось для Джокера в ожидании ответа. В конечном счете незнакомец вновь зашевелился в цепях.

-Странный ты даже для гостя, - раздалось в темноте задумчивое бормотание.

-Отчего же? - Джокер повернул голову к неясному силуэту.

Незнакомец вздохнул так, словно Джокер только что сморозил величайшую глупость на свете. Что ж, вполне возможно.

-Что ты знаешь о племенах и долине?

-Ничего, - уходить от ответа Джокер не собирался, как и обманывать собеседника, - С твоими мохнатыми друзьями разговор не вышел, эти двое решили прибегнуть к силе.

-Тогда понятно. Странно, что тебя не убили, раз ты из внешнего мира, - парень помолчал недолго, - Зачем суешь голову в петлю?

-Меня убить непросто, - отозвался Джокер, откидывая голову на стену и закрывая глаза, - Раз уж все равно не спишь, может, расскажешь об этом месте? О вашей долине.

-Для интересного рассказа тебе нужен Рандл, - усмехнулся собеседник, однако протестовать против общения не стал. То ли ночь и вправду длинная, то ли несчастного давно пытают не на шутку и он рад любому мирному обществу.

-Не знаю, кто это. Такой же, как вы?

-Вождь, да.

-Так ты вождь? - Джокер открыл глаза, но в темноте различил только силуэт пленника, - Враждебных племен?

-Именно, - согласился тот, - Всего племен четыре, в каждом свой вождь.

-А девушка – спутница вождя? - предположил Джокер и ошибся.

-Девушка? Если ты про вождя северных, в плену у которых мы находимся, то это и есть она. Сенжи.

-Хм. А кто тот второй?

-Волли, ее слуга. В долине четыре племени, четыре вождя, четыре слуги, - пленник в нескольких метрах от Джокера пустился в объяснения, - Сенжи – вождь северных. Рандл принадлежит южному племени, я у запада, и Коготь у востока. У каждого вождя есть слуга под любую нашу прихоть и приказ. Для племени их жизни не имеют смысла, они пожертвуют ими, лишь бы с нами ничего не случилось. Иногда стоит больших трудов объяснить им, чтобы ценили себя и не шли на поводу у жителей племен.

-Как тебя зовут? - проявил любопытство Джокер. Скорее даже не любопытство, а дань уважения пленнику и благодарность за информацию.

-Галл. С кем я имею честь разговаривать?

-Джокер. Расскажи о племенах? Почему вы воюете и зачем прикрываете тех, кого зовете смертными?

-Они перебьют друг друга, если нас не будет, - голос прозвучал ровно, но не скрыл от Джокера эмоций, - Поэтому мы и существуем. Очень часто вместо битв племен мы сражаемся между собой, чтобы избежать ненужных жертв. Рандл говорит, раньше все было куда более жестоко: подобные нам умирали едва ли не каждое десятилетие. Слуги подменяли вождей до рождения нового, и племя терпело значительные потери. В последнее время мы пришли к некому подобию перемирия: мы не стремимся убить друг друга, только поэтому я жив до сих пор.

-Тебя отпустят?

-Нет. Убьют через неделю, если не соглашусь отдать им слугу и всех детей племени, - Галл, судя по всему, покачал головой, - Но я не соглашусь.

-Глупо.

-Променять одну жизнь на десятки? - удивление скрывать он не собирался.

-Скажи, что я не прав, - равнодушно отозвался Джокер, закрыл глаза и откинул голову назад, - Разменивать будешь одну жизнь на другую такую же, остальные тебе не интересны.

Да, Джокер не сомневался, что из всего пламени Галлу важен лишь его слуга, такой же пробудившийся чемпион, как и он сам. Похоже, этим несчастным хорошо промыли мозги с самого рождения. Иначе как объяснить их желание защищать никому не нужные племена, цель жизни которых свелась к войнам?

Больше всего Джокера занимала причина, по которой племена не ценили своих вождей, раз те умирали, не достигнув совершеннолетия по меркам смертных. Каждые десять лет? Сколько же Ноксус возрождал их в желании заполучить себе? Вот она и причина кардинальных мер: Ноксус послал танцующую с кинжалами собирать будущих чемпионов пока не стало слишком поздно. Сила воли Катаи и мощь самого Ноксуса вполне могли осуществить задуманное, вот только вмешался Джокер и спутал все карты.

Разговор так и не был окончен. Некоторое время они молчали, в темноте думая каждый о своем, а потом стало поздно выяснять детали.

В хижину к пленникам вошли смертные. В крепления на стенах вставили зажженные факелы, и свет позволил Джокеру разглядеть незнакомца в цепях. Тот был высок, почти как сам Джокер, что невольно вызвало у последнего долю восхищения юным чемпионом. Сколько тому лет? Любопытно. Чуть больше сотни, если ощущения не обманывают. А им Джокер привык доверять. Короткий ежик каштановых волос, чуть выгоревших на солнце, с песочными прядями у висков и небольшим хвостиком у левого уха, где тот крепился заколкой с бусинами. Должно быть, именно из-за этой заколки Джокер обратил внимание на уши незнакомца: заостренные кончики, чуть вытянутая форма. Смертные звали эльфами обладателей столь неординарной внешности, пусть и только в сказках.

Странное чувство собственности зашевелилось внутри ежиком. На это осталось лишь расслабиться и постараться не перебить местное племя в желании заполучить парня себе. Себе ли? Всего лишь привести в лапы Ноксуса и позволить тому разжечь новое пламя противостояния между гильдиями и чемпионами. Будет ли Джокер жалеть, что ради своей танцующей с кинжалами пришлось отказаться ото всего прежнего? Возможно. Но огненное создание стоило гораздо большего. Всего.

Зачем смертные пришли в хижину к пленникам? Глупый вопрос. Впрочем, пытать стали лишь одного из двух — скованного по рукам и ногам вождя западного племени. Они походили на садистов, жаждавших сломить выдержку и самообладание парня. В глаза сразу бросились засохшие пятна крови на полу под его ногами, дававшие смутное представление о количестве перенесенных пыток.

Убить этих тварей? Цепи на руках и ногах Джокер звякнули, пока он оценивал, насколько возможно от них избавиться. Позволять и дальше пытать парня в его планы не входило. Это была уже не пытка, а простое уродование и ломка. Хруст кости стал последней каплей.

В тот миг, когда Джокер был готов вырвать цепь из стены и перерезать всех смертных, где-то совсем рядом с хижиной раздался вой. Клич? Его подхватывали другие голоса, в воздухе послышался топот ног и лязг оружия. Джокер проводил взглядом убегающих смертных, после чего вернул внимание обмякшему в цепях парню. Пожалуй, самое неприятное во всех пытках — это сломанная левая рука. Остальное заживет достаточно быстро при должном уходе и знаниях.

Когда же спустя минуту в темноту хижины скользнули неприметные тени, Джокер на полном автомате замер, не желая привлекать внимания. Они двигались так быстро, словно только и ждали ухода палачей. Судя по обрывкам одежды в тусклом свете шаров на запястьях двоих — явно чужое племя. Какая прелесть, пришли за своим вождем. Жаль, но попытки разглядеть или хотя бы почувствовать среди них слугу вождя, еще одного возможного чемпиона, успехом не увенчались. Простые смертные.