Повезло вдвойне: на Джокера никто из присутствующих внимания не обратил. Скорость, с которой снимали оковы, поразила: цепи попросту рубили топорами, не желая тратить время на замки и крепления. Видимо, времени было в обрез.

Бессознательного парня уволокли уже через минуту, скрывшись в темноте.

Джокер некоторое время прислушивался к крикам и шуму, после чего все же вырвал цепи из стены, прибегнув к силам чемпиона. Оставаться здесь не имело смысла, лучше воспользоваться суматохой. Самое главное он узнал: и о племенах, и о пробудившихся чемпионах. Дальше сидеть на цепи и тешить самолюбие смертных нет никакой необходимости. Вместо этого можно попробовать найти Рандла, о котором обмолвился Галл, и выяснить у него истинное положение дел в долине. Тот должен знать больше.

Предрассветный туман окутал деревню, густым слоем укрывая землю между хижинами, скрывая и делая почти незаметным перемещение нежданных гостей. Единственное, что спасало визитеров — исключительная наглость лезть в зубастую пасть северного племени тремя диверсантами. Светлеющее небо на горизонте сокращало время на то, чтобы убраться живыми, до минимума.

Джокер вдохнул ночной воздух, почти тут же уловив запах гари. Похоже, племя Галла подожгло что-то очень важное для северян, раз о пленниках на время забыли. Они должны были предполагать попытку побега. Если только…

Что ж, стоило отдать должное пробудившимся чемпионам: убивать друг друга они действительно не хотели. Без сомнений, Сенжи, вождь местного племени, знала о попытке побега, но делала вид глупой девочки. Может, и сама когда-то попадала к врагам, и ее спасли чьи-то закрытые на очевидное глаза? Любопытно вдвойне.

Наблюдать за паникующими смертными показалось скучным занятием. Оставив их себе на уме, Джокер покинул деревню. Необходимости сливаться с тенями не было: до него никому не было дела.

Рассвело уже через час. Солнце медленно катилось по верхушкам деревьев, наблюдая за раздетым мужчиной в водах лесного озера. Джокер без стеснения смывал с себя грязь и следы плена, размышляя, как бы избавиться от цепей до конца. Звенья он сорвал, а вот браслеты не поддавались, болтаясь на запястьях и лодыжке. Ко дну не тянули, зато разминка с ними была неплохой.

Злость на молодых чемпионов так и не проснулась: детские игры какие-то. А вот смертным Джокер бы убавил пыл, прирезав парочку особо рьяных садистов. Впрочем, были дела поважнее. Например, где бы в глухих лесах раздобыть порядочную одежду, ведь его единственные штаны были разорваны в клочья? Кровь удалось смыть, уже хорошо.

Сумку с деньгами и вещами растащили еще в первый день плена. Денег не жалко, в лесу они не понадобятся, а вот лекарства и комплект чистого белья Джокер не отказался бы получить обратно. Никогда не знаешь, что может понадобиться в следующий миг. Остается искать нужного себе чемпиона и не сгореть на солнце в процессе поисков. Неплохо бы также раздобыть еды. Элита от голода не умирает, но испытывать неприятные ощущения без нужды не хотелось.

Но все это были мелочи.

Джокер поднял голову к небу: далеко за полдень. Взгляд темных глаз окинул окрестности, определяя стороны света. Если информация верна, ему необходимо попасть к южному племени — именно их вождь обладал нужными знаниями. Тащить силой пробудившихся чемпионов не сложно, однако в настоящий момент желания вправлять им мозги не было. Для начала стоило узнать детали. А к силе прибегнуть всегда успеет. Хоть волоком потащит к Ноксусу ради своей девчонки. Но это будет долго.

Вопреки ожиданиям, лес оказался негустым и даже удобным. Ни бурелома, ни оврагов. Ровный склон долины с редкими деревьями, чьи ветви стали отличным ночлегом, заменив Джокеру кровать. Ужин из мяса птицы тоже стал приятным дополнением. Силами Нексуса ему до сих пор удавалось призывать кинжалы, а метать их Джокер не разучится никогда. Слишком много опыта.

Почти двое суток Джокер бродил по лесу в одиночестве: оно никогда не давило на бывшего маньяка арены, привыкшего вселять ужас одним своим видом. Разве только смертники, чемпионы его бывшей гильдии, относились спокойнее к его разрисованному черной краской лицу и внешности убийцы. Даже манера поведения пугала не так сильно, хоть и старались не надоедать ему лишний раз. Все-таки правая рука мастера гильдии.

Жареная без специй птица оказалась немного жестковатой, но съедобной. Джокер выкинул очередную кость в костер и подбросил пару веток. Редкие искры напомнили звездное небо над головой: такое же яркое и притягательное. Разница — в жарком пламени огня и ледяном спокойствии далеких светил. Перед глазами же стояли два молодых чемпиона, словно в подтверждение мысли: огненный и веселый парень из цирка и ледяная девочка-убийца с холодной синевой глаз. Соскучился по своей разношерстной детворе?

Губы тронула ухмылка: эти дети в скором времени превратятся в неплохих чемпионов. Мысль о том, что для них необходимо искать мастеров, заставила Джокера скрипнуть зубами. Неужели Ноксус готов рисковать жизнями будущих глав гильдий, зная натуру маньяка арены? С другой стороны, вспоминая последний поединок с Дантом на арене Ноксуса, их силы были равны. Разница была в опыте, которого у новых мастеров не будет. Их можно и убить...

Желание прогуляться по ночному лесу он не стал гнать от себя. Во-первых, в лесу почти не было ветра, лишь легкие и мягкие прикосновения к телу, не вызывающие никакого раздражения в почти полном отсутствии одежды. Во-вторых, к прогулке располагал большой диск луны, чей свет проникал сквозь кроны деревьев и освещал все вокруг. Игры теней дополняли привлекательную картину. Как раз на вкус маньяка арены. Пусть и бывшего.

Погруженный в мысли об арене и Ноксусе, он некоторое время стоял и смотрел на странное существо, порхавшее в двух метрах от него. Или мысли вдруг стали материальны, или...? Сорванный ранее стебелек перекочевал из одного уголка губ в другой. Джокер осмотрел светящегося мотылька более внимательно, понимая прописную истину: в этой крохе, похожей на маленькую фею, не должно было быть жизни. Интересно, мастер швейного дела, Кеннел, так же видел фей в созданных им нарядах на северных островах Лорда? Возможно.

Небольшой мотылек с ладонь размером часто-часто махал светящимися крылышками, с которых осыпалась яркая пыльца, мерцающая разноцветными блестками, и почти тут же гасла, растворяясь в воздухе. Своеобразное волшебство, подвластное лишь одному богу, известному Джокеру. Ноксус. Опять его игры.

Мотылек тем временем порхнул в сторону и замер у дерева. Гадать было глупо, и Джокер двинулся следом. Куда бы ни звали его силы Ноксуса, стоило прислушаться.

Труп он нашел лишь благодаря мотыльку и слабому свечению, исходившему от тела девочки. Ничем не приметное место, если не считать обломанных веток и небольшого оврага с темной водой поодаль.

Джокер присел на корточки и бегло осмотрел тело. Фея подлетела ближе и села на чуть мерцающий барьер, укрывающий ребенка с ног до головы наподобие кокона. На вид крохе было лет двенадцать по меркам смертных. Элите могло быть сколько угодно, но Джокер предполагал около сотни. Плюс-минус пару десятков. Гораздо интереснее было то, что девочка жива: дыхание, хоть и хриплое, угадывалось, а на запястье прощупывался пульс.

В полумраке раздался скрежет зубов. Опять?!

Когда-то давно Джокер уже сталкивался с попыткой самоубийства при совсем других обстоятельствах. Его танцующая с кинжалами пыталась покончить с собой из-за недовольства собственного дяди. По стечению обстоятельств: главы союзной гильдии. Тогда тоже была ночь. Буйная и мрачная, словно над всем миром нависла угроза. Ливневый дождь и шум леса кричали в тревоге, предрекая гибель маленького чемпиона. В тот раз Джокер сумел удержать хрупкую жизнь в своих руках, связав танцующую с кинжалами с собой. Навсегда. Он хотел ее. Ноксус свидетель: как же он хотел ее! Не верил, что кто-то сможет понять и принять его таким, какой он есть. Маньяка арены. Но именно это чудо с алыми, словно ярчайшее пламя, волосами сумело сделать невозможное. Полюбило его и заставило полюбить себя.