Они сели на грузовое судно и успели выйти из гавани до того, как власти перекрыли доступ к побережью. Официально они плыли под флагом Свободного города Шанхай, но это было то самое судно, на котором прибыло его подкрепление. Шанхай был свободным ровно до тех пор, пока это было удобно для Председателя.

Экстренные радиопередачи, вышедшие в эфир тем утром, принесли свои плоды. Его уловка сработала. В прессу уже просочилась информация об анархистской пропаганде, распространявшейся на "Луче Мира". Всех известных агитаторов, поддерживаемых коммунистами, арестовали, а настоящие виновники уплыли. Их должен был забрать имперский дирижабль и доставить домой, а к тому времени, когда Мади будет мочить ноги в Эдо, американские оперативники уже почувствуют на себе всю тяжесть ситуации. Если ему действительно повезет, начнутся репрессии. Все, что вносит разлад в ряды противника, только на руку Империуму.

В коридоре воняло дизельным топливом и потом. Краска облупилась, а обшивка проржавела, что в обычных условиях было бы недопустимо для корабля Империума, но этому судну приходилось притворяться низкосортным торговцем. Мади нашел дверь и повернул ручку. Дверь с громким скрипом открылась.

Целительница лежала на полу. Она зажмурилась от яркого света, ворвавшегося в крошечную каюту. Она выглядела жалкой. Грязная, в порванной одежде, со связанными за спиной руками. Интересно, таким ли его видел Рокусабуро? Скорее всего, нет, потому что он был по крайней мере суровым. Эта девушка из Гримнуара была мягкой, и единственная причина, по которой он решил взять ее с собой, заключалась в том, что Целители, большая редкость.

— Вставай — приказал он. Она захныкала, и он пнул ее по ноге. Не сильно, чтобы не причинить боли, но достаточно, чтобы дать понять, что он настроен серьезно. — Поднимайся, а то я тебя по-настоящему пну. — Он наклонился, схватил ее за руку и рывком поднял с пола. — Нам нужно успеть на рейс.

— Куда ты меня тащишь? — спросила она, морщась от боли.

Он хотел дать ей подзатыльник, но вопрос был справедливым.

— В Ниппон. А оттуда ты отправишься туда, куда решит Председатель. — Она хромала, пока он тащил ее по коридору. — Если тебе повезет, ты останешься в школе Эдо и будешь прислуживать. А если вздумаешь нас взбесить, отправишься в Маньчжоу-го. Поверь мне, сестренка, тебе этого не хочется. Ты слишком хороша собой, а эти мутанты ужасно одиноки. — В ее глазах по-прежнему читался вызов. Он видел, что она думает о том, что никогда не станет служить Империуму, но она была достаточно умна, чтобы не говорить об этом вслух. — Ладно, посмотрим, какая ты стойкая, когда дело дойдет до клеймения — сказал он, волоча ее за собой.

Тошико, Хироясу и остальные ждали их на палубе. Морской воздух обжигал кожу. Вдалеке на востоке виднелась черная точка. Это был новый флагман Председателя, только что сошедший с конвейера Объединенной федерации планет. Он впервые направлялся домой, самый совершенный из когда-либо созданных гибридных дирижаблей. Председатель приказал ему сделать крюк, чтобы забрать свою звездную Железную гвардию и с честью вернуться домой.

— Он прекрасен — пробормотала Тошико.

Так и было. Мади не был экспертом по дирижаблям, но он летал на одном из новых "Кага", которые больше походили на линкоры с тремя бронированными корпусами. Этот дирижабль был не таким большим, но гораздо более обтекаемым. Флагман словно сошел с обложки научно-фантастического журнала. У него тоже было три отдельных корпуса, похожих на длинные серые сигары, но два внешних были скошены спереди, и все это было окружено множеством помещений, балконов и стеклянных перегородок, придававших дирижаблю треугольную форму. Он приводился в движение двадцатью ревущими двигателями, работавшими на водороде, и управлялся исключительно активными членами экипажа.

Империум не развивал свою дирижаблестроительную отрасль так же быстро, как американцы, и когда Мади узнал, что их новый флагман будет построен в США, он обиделся, но все эти мысли вылетели у него из головы, когда он увидел приближающегося сверкающего монстра. Их "Каги" его догонят. Они даже усовершенствовали оригинальную конструкцию "Каги", разработанную в США, добавив "Лучи Мира", работающие на водороде. Это был лишь вопрос времени, когда Империум сможет производить у себя такие же чудеса техники, но пока что председатель будет путешествовать с шиком.

— Да-Ниппон тэйкоку кайгун Токугава. Он называется "Токугава" в честь фамилии председателя — с почтением произнес Хироясу.

— Я думала, что корабли называют в честь людей только после их смерти — сказала Целительница из Гримнуара. — Может, нам повезет?

Тошико отвесила ей оплеуху за дерзость.

— Он бессмертен — сказал Мади. — Нам не хотелось ждать.

***

Четырехмоторный биплан-амфибия PBY[11] "Сильверадо" летел на запад, пока не миновал Пресидио, затем Сан-Франциско и, наконец, не скрылся из виду за почерневшим побережьем. Салливан смотрел в заднее окно грузового самолета, пока не исчезла последняя полоска земли, а затем прошел вперед и занял свое место среди груза, направлявшегося в Перл-Харбор.

Обычно в "Сильверадо" было восемь членов экипажа, но ни одно из орудий не было установлено, так что их было всего четверо — пилот, второй пилот, штурман и механик — и майор Арнольд строго-настрого приказал им не разговаривать с крупным мужчиной в гражданской одежде. На борту было еще несколько пассажиров — солдат, которых перевозили на Гавайи — и они не вняли предупреждению.

— Куда направляетесь? — спросил рядовой, сидевший напротив, перекрикивая грохот пропеллеров.

В самолете было двое солдат. Должно быть, они только что закончили обучение. Неужели и он когда-то был таким же молодым? Он соврал о своем возрасте и записался добровольцем в Первый кавалерийский полк, когда ему было семнадцать, так что, к сожалению, скорее всего, так оно и было.

— Вам не нужно об этом знать — ответил Салливан таким тоном, будто хотел, чтобы его оставили в покое. Он снова уставился в иллюминатор, а солдаты вернулись к разговору.

Память Першинга направила его к человеку на базе Пресидио. На базе была объявлена тревога, солдаты спешно занимали позиции. Солдаты у ворот с подозрением смотрели на Салливана, грязного, покрытого засохшей кровью, в изодранной одежде, целясь в него из пулемета "Кольт Картофелечистка", спрятанного за мешками с песком. Салливан был рад, что снял ствол с пулемета BAR 1929 года и спрятал его в сумке, иначе его бы, скорее всего, пристрелили. Когда он сказал, что у него есть сообщение для майора Арнольда, они послали за ним посыльного.

Майор отвел его в сторону, как только Салливан сказал, что его прислал Блэк Джек Першинг. Салливан в точности повторил кодовые слова, которые всплыли у него в памяти: Пора навестить Пирата.

— Как погода? — спросил в ответ майор.

— Становится жарче — ответил Салливан, как и было велено. — Вот почему нам нужен Погодник.

Лицо майора помрачнело, но он тут же выделил Салливану место, где тот мог привести себя в порядок, и отправил кого-то за едой и сменой одежды. Через полчаса Салливан принял душ, съел яичницу с беконом и выпил чашку кофе, после чего вернулся к Арнольду, который занимался распределением людей и грузов в пострадавший район вокруг Мар-Пасифики.

Когда они остались наедине, майор запер дверь своего кабинета и предложил Салливану сесть.

— Я не знаю, в чем дело, но я пообещал старому другу, что, если этот день настанет, я помогу. Через двадцать минут "Сильверадо" отправится на Гавайи. Вы полетите с ним. — Он достал из стола конверт, запечатанный сургучом. — Я прикажу экипажу "Сильверадо" следовать этим указаниям, но они не будут помогать вам ничем, кроме того, что доставят вас в пункт назначения в рамках учебной миссии. Они не будут пересекать имперскую территорию. Это хорошая команда, и они будут держать язык за зубами. Полагаю, вы знаете, что делать дальше.