— Ну да… кажется, я тебя знаю, — сказал тот, что с газетой.

— Мы же друзья, разве ты не помнишь… тот случай? Когда мы все собрались вместе? — спросил Дэн, надавливая изо всех сил. Сейчас не время для тонкостей. Он был их приятелем, старым добрым другом. Его магия основана на лжи и принуждении, но все моральные терзания, которые у него были по этому поводу, развеялись, когда он увидел, как работают школы Империума.

— Мне нужна услуга.

Теперь они оба улыбались.

— Все, что угодно, приятель.

— В какой комнате остановился Джейк Салливан?

Громила открыл книгу и пролистал ее.

— Десятый этаж. Девятая комната. Наши ребята сейчас там, чтобы прикончить его.

— Хорошо. Хорошо. Большое спасибо. Это мне очень поможет. А знаете, что еще очень помогло бы? — Оба улыбались и кивали.

— Что?

— Ради друга — хоть на край света!

Дэн замешкался. Он оказался не таким бессердечным, как ему казалось. Сначала нужно было кое-что выяснить.

— Вы плохие люди?

— Я убил троих ради Ленни Торрио! — с гордостью заявил первый.

Второй фыркнул.

— Тоже мне, подвиг. Я как-то сломал старухе бедро, потому что она задолжала мистеру Капоне за защиту, а потом разбил ей голову, потому что она разошлась не на шутку.

Этого было достаточно.

— Отлично, ребята, просто отлично. Окажете мне услугу?

— Без проблем. — Они оба глупо ухмылялись.

— Дайте мне секунду, чтобы отойти в сторонку, а потом я хочу, чтобы вы поубивали друг друга.

Болтун не мог заставить человека сделать то, что он обычно не стал бы делать. Так это не работает. Даже такой сильный маг, как Дэн, мог лишь подтолкнуть человека на его естественный путь. Все, что он мог сделать, это подтолкнуть то, что уже было на пути к цели. Если бы он попросил порядочного человека убить друга, это просто разрушило бы чары. Только отъявленный негодяй мог бы потратить так мало Силы, чтобы совершить что-то настолько отвратительное. Дэн еще не успел зайти в лифт, а они уже начали стрелять.

Генрих успел придержать дверь, прежде чем она закрылась, и проскользнул внутрь.

— Недолго же они ждали.

— Полагаю, среди гангстеров не так много верных людей. Десятый этаж, пожалуйста.

***

Амиш проверил, снят ли предохранитель с его "Томпсона". Он не собирался облажаться. Брик был самым крупным, поэтому он подошел к двери, чтобы пнуть ее. Хосс протянул руку и выкрутил лампочку в коридоре, погрузив их в темноту. Парни уже не раз проделывали такое. Японец просто стоял в стороне со скучающим видом.

В обоих концах коридора были большие стеклянные окна, и в них проникало достаточно света с улицы, так что Амиш мог видеть своих приятелей. Все должно было пройти отлично. Он крепко сжал "Томпсон".

— Давай! Давай!

Брик отпрянул и с силой ударил ногой. Его немалый вес вырвал замок из косяка, и дверь с грохотом распахнулась. Амиш с криком ворвался внутрь, развернулся к кровати, заметил комок на одеяле и нажал на спусковой крючок. Он стрелял от бедра, пробивая пулями кровать, изголовье и стену. Он дернул цевье вниз и продолжил поливать кровать пулями, поднимая в воздух перья и щепки, пока не расстрелял весь барабан на 50 патронов одной непрерывной очередью.

— Вот тебе, тупой здоровяк! Ага! — крикнул Амиш. — Это тебя как следует проучит.

Хосс промчался мимо него с двуствольным ружьем в руках, схватил одеяло и сорвал его с кровати, под которым оказалась лишь груда изрешеченных пулями подушек и одежды. Хосс начал кричать:

— Где..., но тут его грудь и голова взорвались кровавым дождем, когда его прошила очередь из огромных пуль. Хосс рухнул замертво.

Из ванной вышел здоровяк без рубашки, прижимая к плечу огромную черную пушку. Дымящееся дуло развернулось в сторону дверного проема, в котором появился Брик, и раздался оглушительный грохот. Брик исчез в коридоре, а Амиш моргнул, когда что-то горячее и мокрое брызнуло ему в лицо. Через секунду он понял, что его только что забрызгало кровью из черепа Брика.

Пушка нацелилась на Амиша, и здоровяк замер с легкой улыбкой, которая казалась почти грустной.

— Ленни даже не удосужился прийти сам?

Амиш нажал на спусковой крючок и вытащил барабан из "Томпсона", затем пошарил в кармане в поисках обоймы. Тяжеловес лишь разочарованно покачал головой.

Затем все пошло наперекосяк: пол оказался у него за спиной, и Амиш с криком вылетел через дверь в коридор. Как… Он почувствовал, как хрустнула ключица, когда он ударился о стену. Гравитация внезапно вернулась, и Амиш рухнул на ковер в коридоре. Боль накатывала волнами. В дверном проеме появился Тяжеловес, быстро огляделся по сторонам и увидел японца.

— Кто ты такой? — спросил Тяжеловес.

Японец не ответил. Он просто распахнул свое длинное пальто и показал меч. Амиш переводил взгляд с одного на другого и понял, что сейчас начнется настоящая драка.

Но Тяжеловес снова провернул свой трюк с гравитацией, и теперь пол оказался в конце коридора. Японец начал падать, но выхватил меч и воткнул его в пол, зависнув на нем, пока Амиш кувыркался по ковру мимо него. Окно почти не замедлило его падение.

Амиш открыл глаза, и сквозь дождь из осколков стекла увидел, что летит над улицей, которая была на десять этажей ниже.

— Я лечу! — Это было самое чудесное ощущение в его жизни, пока он не достиг границы досягаемости Салливана. Тогда гравитация вернулась в привычное положение, и улица устремилась ему навстречу.

***

— Кто ты такой? — спросил Салливан.

Мужчина в конце тускло освещенного коридора распахнул пальто, обнажив рукоять меча в синей обмотке. Его рука зависла над лезвием в ожидании.

Любопытство Джейка не шло ни в какое сравнение с его страхом перед сумасшедшим с гигантским мечом. Он применил "Шип", изменив направление гравитации. Мертвое тело и косоглазый Чтец покатились по полу, но второй в мгновение ока выхватил меч, взял его двумя руками и вонзил серебряное лезвие глубоко в пол. Ридер проскочил мимо, врезался в окно и утащил за собой все собрание в город.

Мечник повис на конце лезвия, параллельно ковру, и терпеливо ждал, пока действие "Шипа" не закончится, все это время с любопытством наблюдая за Салливаном.

Силы, необходимой для того, чтобы так долго искажать гравитацию, было слишком много, и Салливан отпустил себя, позволив упасть в дверном проёме. Мечник приземлился на четвереньки, а затем не спеша поднялся. Он вытащил клинок из дерева, быстро взмахнул им в воздухе и оставил висеть в руке. Его шляпа улетела в окно вместе с Чтецом, но в остальном с ним всё было в порядке.

— Я и не знал, что американцы до такой степени усовершенствовали своих Тяжей.

— Я люблю совершенствоваться. — Мужчина был азиатом. Салливан уже бывал в нескольких китайских кварталах, а водители грузовиков, которые возили Первый добровольческий отряд по Франции, были вьетнамцами, так что он был знаком с культурой других народов лучше, чем многие его соотечественники. Но этот мужчина говорил по-английски лучше, чем Салливан, и был одет в гораздо более дорогой костюм. Ему было около пятидесяти, но он был крепким и подтянутым, удивительно высоким по сравнению с другими азиатами, которых знал Салливан, в нём было чуть меньше шести футов, и держался слишком самоуверенно. — Ты ведь не местный, верно?

— Я впечатлён вашим мастерством, мистер Салливан, — он отвесил очень формальный поклон. — Для меня большая честь сразиться с таким, как вы.

Салливан приставил пулемёт "Льюис" к плечу.

— В сражении нет ничего почётного, — ответил он, нажимая на спусковой крючок.

Короткая очередь из пуль 30-го калибра попала мечнику прямо в грудь. Салливан опустил пулемёт, но мечник всё ещё стоял на ногах.

— Невозможно.

Даже самого крепкого Громилу должно было свалить с ног очередь из пуль 30-го калибра.

Мечник медленно двинулся вперёд, подняв оружие, обеими руками держась за рукоять, а клинок неподвижно у головы.