— …а это? — спросила девочка, указывая на необычное металлическое приспособление, когда Лукан приблизился.

— Это называется штопор, мадам, — ответил взволнованный торговец с напряженным терпением человека, который уже ответил на дюжину бессмысленных вопросов и ожидал еще дюжину. Когда Лукан подошел, его глаза наполнились надеждой.

— А для чего он? — спросила Блоха, поднимая штопор и щурясь на него. — Для того, чтобы вытаскивать глазные яблоки?

— Для того, чтобы вынимать пробку из бутылки вина, — сказал Лукан, забирая инструмент из рук Блохи, — как ты знаешь. — Он положил штопор обратно на верстак и одарил мужчину извиняющейся улыбкой. — Однако, — продолжил он, схватив девочку за руку, — я уверен, что мы могли бы сделать для тебя исключение. — Он повел ее прочь от верстака, удивленный тем, что она не сопротивлялась. — Хватит бездельничать. Нам нужно работать.

— Я все равно закончила поиски, — ответила Блоха, вертя что-то в руках, пока они шли. Что-то блестящее и металлическое.

— Во имя любви к… Что это? — требовательно спросил он.

— На что это похоже? — Она усмехнулась и подняла штопор.

— Ты украла его?

— Конечно, — выпалила она в ответ. — Я воровка. Как и Ашра.

— Ты… — Он чуть было не сказал ребенок, но передумал, увидев острый кончик штопора и блеск в глазах девочки. — Не обращай внимания.

Тлеющий Уголек находился прямо через реку от Домашнего Очага, но казалось, что это совсем другой мир. Если Домашний Очаг и Мантия были респектабельными старшими детьми Корслакова, то Тлеющий Уголек был их необузданным младшим братом, обладавшим пылким духом и беспокойной, разваливающейся душой. От вида вращающихся шестеренок, дымящих труб и летящих искр кружилась голова, а какофония промышленности была почти ошеломляющей. Лукан взглянул на Ашру, которая все еще высматривала признаки неприятностей, и спросил себя, как она ожидала их увидеть среди суматохи и бесчисленных людей, заполнивших улицы и мастерские. Он не мог отделаться от ощущения, что любая потенциальная опасность будет дышать им в затылок еще до того, как они осознают ее присутствие.

Но они добрались до места назначения, не столкнувшись ни с кем из потенциальных убийц. Мастерская Зеленко находилась именно там, где и говорил Тимур, — рядом с перекрестком, глубоко в тени башни алхимиков. Лукан ничего этого не замечал, настолько был увлечен видом самой башни, которая возвышалась высоко над ними — вблизи она казалась еще более впечатляющей, чем издалека, ее корона из фиолетового огня ярко горела на фоне серо-стального неба. Только когда он столкнулся с Блохой, получив за это удар локтем под ребра, он понял, что они прибыли.

Если не считать выцветшей деревянной вывески ВИКТОР ЗЕЛЕНКО, МАСТЕР-МЕХАНИК, ничто в здании не говорило о том, что его владелец был одним из ведущих в городе мастеров по изготовлению големов. Мастерская выглядела так же, как и все остальные, мимо которых они проходили. К тому же она была меньше и обшарпаннее, дымовая труба чернела сажей, оконные рамы облупились, наружные детали покрылись ржавыми пятнами, деревянные части вело. Лукану было трудно представить, что тело Грача было построено в таком месте, и еще труднее было представить, что они получат какие-то ответы от человека, который его построил.

И все же, теперь они были здесь.

Была только одна проблема.

— Заперто, — сказала Ашра, отходя от входной двери. Ее сжатые в тонкую линию губы отражали разочарование воровки и соответствовали настроению Лукана. Он вытащил себя из постели в неурочное время и прошел пешком через полгорода, только для того, чтобы обнаружить, что Зеленко даже не потрудился появиться на работе. Это утро идет не так, как я надеялся. Он почувствовал, как что-то коснулось его носа, и взглянул на небо. И теперь снова идет снег. Блестяще.

— Возможно, Зеленко — один из этих непостоянных гениев, — сказал он скорее для себя, чем для кого-либо еще. — Знаете, из тех, кто не придерживается обычного графика работы. Который предпочитает сжигать масло в полночь.

— У которых аллергия на дневной свет, как у тебя? — спросила Ашра.

Лукан пожал плечами. «Нужно знать друг друга. — Он указал на дверь. — Бьюсь об заклад, он сейчас там, спит на куче таких же рисунков, как этот. — Он похлопал себя по карману. — Нам просто нужно его разбудить».

— ПРИВЕЕЕЕЕТ, — крикнула Блоха, сложив ладони рупором у рта. — МАСТЕР ЗЕЛЕНКООООО…

— Кровь Леди, — выругался Лукан, отталкивая девочку. — Только не это. — Он огляделся и заметил женщину, наблюдавшую за ними из дверей соседней мастерской, на ее лице застыло озадаченное выражение, пока она что-то полировала в своих руках. — Подождите здесь, — сказал он, игнорируя оскорбительный жест Блохи. — Доброе утро, — сказал он, подбегая к женщине. — Приношу свои извинения за беспокойство. Никуда не могу ее взять.

Губы женщины скривились в полуулыбке.

— У твоей маленькой подружки хорошие легкие.

— У нее тоже хороший удар. Мы ищем Виктора Зеленко. — Он указал на мастерскую Зеленко. — Он обычно начинает работать поздно?

— Нет, — ответила женщина, нахмурив брови. — Это не так. Обычно я замечаю жар его горна еще до того, как разожгу свой собственный. — Она пожала плечами. — Иногда он уезжает, чтобы навестить свою племянницу, но он видел ее всего несколько дней назад. — Женщина поджала губы. — Возможно…

— Да?

— Виктор… он необычный. — Она улыбнулась, как человек, привыкший к чужим странностям. — Иногда ему трудно сосредоточиться, поэтому он соорудил себе что-то вроде шлема, который блокирует шум. Говорит, что это помогает ему думать. Возможно, он сейчас в нем, поэтому и не слышит вашего стука. В задней части его мастерской есть дверь, которую вы могли бы попробовать — он часто забывает ее запереть. — Она предупреждающе подняла палец. — Не говорите ему, что я вам это сказала.

— Не скажу. Спасибо за помощь.

— Что-нибудь есть? — спросила Ашра, когда Лукан присоединился к ним.

— Дверь сзади, — ответил он. — И шлем.

— Шлем?

— Я был прав. Зеленко — непредсказуемый гений. — Он ухмыльнулся. — Как я уже сказал, нужен такой же, чтобы узнать его. — Когда воровка не ответила, он добавил: — Я принимаю твое молчание за согласие, — а затем повернулся к Блохе. — Мы с Ашрой идем внутрь, а это значит, что нам нужно, чтобы ты…

— Нет, — ответила девочка, яростно качая головой. — Я здесь не останусь. Я тоже иду.

— Но нам нужен кто-то, кто будет караулить.

— Тогда и займись этим.

— Кровь Леди, — рявкнул Лукан, в голове у него снова застучало, — хоть раз в жизни ты можешь сделать то, что…

— Почему, черт возьми, это всегда я? — закричала девочка.

— Потому что… — Лукан раздраженно замахал руками.

— Потому что у тебя самые острые глаза, — сказала Ашра, и выражение ее лица смягчилось, когда она присела на корточки перед девочкой. — Самые быстрые ноги. Самые чуткие уши. Ты идеальный шпион, маджин. И нам нужна твоя помощь.

Блоха хмуро уставилась в землю.

— Прекрасно, — неохотно согласилась она, хотя Лукан чувствовал, что в глубине души она довольна похвалой Ашры. — Я посторожу.

— Спасибо. — Ашра встала и взглянула на Лукана. — Пойдем.

— Как тебе это удалось? — спросил он, когда они обогнули мастерскую. — Как тебе удается так легко убеждать ее?

— Потому что я отношусь к ней как к равной. Ты относишься к ней как к ребенку.

— Она и есть ребенок.

Ашра резко повернулась к нему лицом.

— Блоха из Щепок, как и я. Там ты быстро взрослеешь. Либо так, либо останешься позади. У нее украли детство, как и у меня. Она никогда не знала своих родителей. Потеряла брата. Она провела свои юные годы, наблюдая, как людей режут из-за куска черного хлеба. Бьюсь об заклад, ты все это время ныл, что твоя каша была слишком горячей.

— Обычно слишком холодной. — Он поднял руку, когда лицо воровки потемнело. — Это просто шутка. Я понимаю твою точку зрения.