— Нет.

— Отлично.

— Что-то я не вижу, чтобы ты показывал дорогу, — парировала девочка, тыча его локтем в ребра. — В любом случае, у меня просто такое чувство… ага, смотри! Вот и мастерская Зеленко!

Лукан проследил за направлением ее пальца и увидел знакомую вывеску — ВИКТОР ЗЕЛЕНКО, МАСТЕР-МЕХАНИК, — когда они прогрохотали мимо.

— Это совсем недалеко! — крикнула Блоха. — Приехали!

Девочка спрыгнула с тележки еще до того, как та остановилась. Лукан выругался и бросился за ней.

— Поторопитесь! — рявкнула Орлова.

— Что, черт возьми, по-твоему, я делаю? — крикнул он в ответ, бросаясь за Блохой, которая подбежала к входной двери большой мастерской. За ставнями горел свет. Многообещающий знак.

— Матисс! — позвала Блоха, постучав в дверь. — Ролан!

Наступила тишина, нарушаемая лишь криками ветра.

— Матисс! — снова позвала девочка, колотя своим маленьким кулачком по дереву. — Это я, Блоха!

Внутри никто не пошевелился.

— Отойди, — приказал Лукан, поднимая кусок железа из ближайшей кучи. — Матисс! — заорал он, с громким хрустом ударив прутом по дереву. — Открой эту чертову дверь!

Он как раз готовился ко второму удару, когда маленькая решетка отодвинулась, и из-за нее выглянуло скрытое в тени лицо с резкими чертами, искаженными гневом. «Кто ты?» — спросил мужчина.

— Матисс! — крикнула Блоха, снова подходя к двери. — Это я!

Зеленые глаза посмотрели на девочку. Моргнули.

— Блоха? Что ты здесь делаешь?

— Нам нужны твои фейерверки, чтобы остановить дракона! Мы собираемся заманить его на площадь с помощью этого большого металлического диска, и там есть машина, которая его поймает в ловушку или что-то в этом роде, я не знаю, как это работает, а потом мы все это взорвем! Но нам нужны твои фейерверки, чтобы это произошло!

Мужчина просто уставился на нее.

— Блоха пытается сказать, — сказал Лукан, наклоняясь ближе к решетке, — что мы работаем с леди Рецки и Советом Ледяного Огня и собираемся уничтожить дракона, который поджег половину вашего района. У нас есть план, и для его реализации нужны твои фейерверки. Все они.

— А ты кто?

— Это Лукан, — пропищала Блоха. — Он мой друг.

Матисс прищурился.

— Недавно к нам заходили Искры и рассказали ту же самую историю. Я не думал… — Его глаза снова встретились с глазами Лукана. — Зачем они вам нужны? Я не понимаю.

— Нам нужно заманить дракона на Площадь Священных Воспоминаний, чтобы мы могли его уничтожить. — Лукан поднял руку, предупреждая следующий вопрос мужчины. — Нет времени объяснять. Ты поможешь или нет?

— А сколько мне заплатят? — в ответ спросил мужчина. — Я потратил значительную сумму денег на эти фейерверки, я не могу отдать их просто так.

— Тебе возместят расходы. Так сказала Рецки.

Губы Матисса скривились.

— Обещание аристократки…

— Стоит меньше, чем ее дерьмо, я знаю. Как бы то ни было, я ей доверяю.

— Я тебя не знаю, — заметил мужчина. — Твое доверие для меня ничего не значит.

— Ты можешь доверять мне, — вставила Блоха. — И я доверяю леди Рецки. Она довольно страшная и ест сигариллы, но заплатит столько, сколько обещала.

Матисс с сомнением посмотрел на Блоху.

— Ты получишь свои деньги, — сказал Лукан. Он посмотрел вниз по улице, на черный силуэт башни и фиолетовый огонь, ревущий за ней. — Или ты можешь оставить свои фейерверки, — добавил он, поворачиваясь обратно к решетке, — и все равно потерять их, когда огонь доберется до дома. Выбор за тобой.

— Жди здесь. — Решетка захлопнулась прежде, чем Лукан успел ответить. Он тихо выругался и взглянул на небо. Дракона не было видно, но на фоне ночного неба его было почти невозможно разглядеть. Он оглянулся туда, где Орлова и другой всадник ждали его с тележкой. Конструкт мог прямо сейчас броситься на них, а они бы даже не узнали об этом, пока не стало бы слишком поздно. Тем не менее, по крайней мере, это существо не дышало огнем, как, по слухам, делали его живые собратья. Маленькие милости.

Звук отодвигаемых засовов отвлек его от размышлений. Когда дверь открылась, в комнату пролился мягкий свет. «Быстрее, — сказал Матисс, подзывая его к себе. — Входите». Они вошли в мастерскую, где на верстаках лежали наполовину сделанные арбалеты, а на стенах висели готовые изделия. Рядом стоял еще один мужчина, враждебно глядя на Лукана. Черты его лица смягчились, когда он увидел Блоху, и он помахал девочке в ответ на приветствие.

— Это существо, — сказал Матисс, не потрудившись представить другого мужчину, которого, как предположил Лукан, звали Ролан. — Ты назвал его драконом. — Он закрыл дверь и пристально посмотрел на Лукана, в его взгляде читалось сомнение.

— Да, — устало ответил Лукан. — Смотри, я знаю, о чем ты думаешь.

— Я думаю, что, если бы это был настоящий дракон, весь город уже был бы в огне.

— Это ненастоящий дракон.

— Конечно, нет. Они все мертвы. Итак, что это?

— Конструкт Фаэрона, выполненный в виде дракона. И, мы думаем, внутри него душа дракона.

Глаза Матисса расширились.

— Душа дракона?

— Верно. — Лукан отмахнулся от вопроса, готового сорваться с губ мужчины. — Нет времени. Нам нужны эти фейерверки. Я могу все объяснить позже. Если мы еще будем живы.

Ролан внезапно сделал серию быстрых жестов руками, на его лице появилось вопросительное выражение. Матисс ответил своей собственной серией жестов, на что Ролан ответил резким движением.

— Мой муж думает, что ты полон дерьма, — сказал Матисс Лукану.

— Хорошо об этом узнать, — ответил Лукан. — Я тоже рад с ним познакомиться.

На губах Матисса промелькнула улыбка.

— Когда начался пожар, мы перенесли фейерверк в подвал. Следуйте за мной.

У них ушло четверть часа на то, чтобы погрузить фейерверки в повозку, что, судя по все более сердитому выражению лица Орловой, было слишком долго. Несмотря на это, когда они мчались обратно к реке, Лукан пожалел, что они не потратили немного больше времени на то, чтобы закрепить свой груз. Одна из веревок, которыми они воспользовались, уже оборвалась, и они с Матиссом могли сделать только одно — не дать самым верхним ящикам свалиться с повозки. Хуже того, брезент, который они пропитали водой и накинули на ящики, с каждым креном повозки сползал все больше и больше, оставляя некоторые из них незащищенными. Пожар, охвативший округу, к счастью, обошел их стороной, но воздух был полон фиолетовых угольков. Чтобы поджечь их груз, а вместе с ним и их самих, хватило бы одного. Лучше не думать об этом, решил Лукан, изо всех сил стараясь удержать ящики на месте, когда они завернули за очередной угол. Не то чтобы другие мысли, требовавшие его внимания, были лучше. Он продолжал видеть дракона перед своим мысленным взором, пикирующего с башни алхимиков. Если повезет, они больше этого не увидят. Во всяком случае, до тех пор, пока они не захотят его увидеть, а когда это время придет, им останется только надеяться, что фейерверки сработают. Но даже если они привлекут дракона, не было никакой гарантии, что машина Аримы сможет поймать это существо…

Лукан отвлекся от своих мыслей, когда повозка попала в выбоину на дороге, и на мгновение ему показалось, что он вот-вот свалится за борт. Так бы оно и было, если бы Матисс не схватил его за руку. Лукан кивнул в знак благодарности, радуясь, что мужчина настоял на том, чтобы сопровождать их. По словам Матисса, он никому не мог доверить свои фейерверки. Орлова не стала спорить, и Лукан тоже не мог возразить, поскольку никогда не зажигал ничего более значительного, чем случайную сигариллу. Лучше всего доверить запуск фейерверков экспертам, особенно когда ставки так высоки. Матисс, со своей стороны, казался невозмутимым — даже не озадаченным — всем этим эпизодом, и, хотя на его лице было написано беспокойство, Лукан решил, что это не из-за стоящей перед ним задачи, а из-за Ролана, который остался, чтобы помочь бороться с ледяным огнем. Объятия мужчин были краткими, но страстными.