По зрелому размышлению, я даже решил отдать ему настоящую голову принца. Какое то время я думал, что будет неплохой идеей отдать ему фальшивку, отправить настоящую голову сестре, а вторую отдать принцессе Софье в качестве военного трофея, как это было с коробочкой сделанной из хобгоблина. Насколько я помнил из истории своего прошлого мира, в средневековье очень любили проворачивать такие штуки и одних только голов того или иного святого по городам Европы находилось столько, что любая бы гидра обзавидовалась. Чем же был хуже второй принц, что с ним нельзя было провернуть такой же фокус? Ну, разве он не святой мученик, если смотреть под определенным углом и невооруженным взглядом?

Однако потом я еще раз обдумал свои действия и решил от них отказаться. Да, принцесса Софья определенно будет в восторге — но хочу ли я, чтобы у нее появилось подобное хобби? Я был в этом сильно не уверен. Думаю, что и ее теперешнее коллекционирование драгоценных веточек, было вполне себе достойным занятием.

Да и сестра как нибудь обойдется… Да, рычага у меня не будет, но и фиг с ним! Все равно мне скорее всего придется, по итогу, вырезать всю королевскую семью севера и большую часть моих бывших соотечественников, если я собираюсь нормально устроиться в этом мире и в этом королевстве. Так что, будет у меня рычаг или нет — итог то все равно будет один! А так никто точно не придерется, если вдруг рядом с королем севера окажется умелец, который может определять принадлежность голов тому или иному человеку. Я не исключал, что у кого то может быть и такой дар или просто некая личная особенность. Умел же Рон как то чувствовать любую направленную на него неприятность и вовремя исчезать? Люди были очень загадочными существами и то, что они оказались на вершине пищевой цепочки этого континента, вовсе не было никакой случайностью. Даже драконы, насколько бы они могущественны не были и какого бы о себе высокого мнения не придерживались, все равно старались людей особо не цеплять, а вот люди их в покое не оставляли, постоянно пытаясь сразиться и показать кто в доме хозяин! Заодно заполучив ценный титул… И пусть большая часть таких людей оказывались сожжены или даже съедены, но имелись истории и с совершенно иным концом — где как раз драконьи головы оказывались прибиты на той или иной стене замка или дворца…

Я довольно подзадержался на пирушке устроенной в честь нашего возвращения, так что, ожидал, что супруга уже будет почивать. Однако, под дверью в нашу комнату горел свет, поэтому я осторожно вошел.

Принцесса Дельфина все еще не спала, сидя у зеркала, как и расчесывающая ей волосы леди Роксана! Причем обе были красные и нервные, из-за чего вздрогнули все в комнате, когда я открыл дверь — включая и меня:

— Эм… Привет милые дамы! — неуверенно и настороженно окликнул я их, почуяв неладное. Если с супругой мы уже виделись, то поздороваться с ее служанкой я не успел.

— Ваше высочество!.. — поклонилась мне леди Роксана, еще больше покраснела и внезапно прекратив свои дела, выбежала из комнаты, заставив меня в недоумении почесать затылок. А вот супруга, наоборот, собралась и, приняв слегка горделивый и равнодушный вид, направилась к кровати, пока я любовался ее тонким силуэтом. Что не говори, а принцесса Дельфина была редкостной красоткой! Еще бы в голове у нее не стреляло иногда и вообще бы, была не девушка, а мечта…

— Как прошла вечеринка?.. — с равнодушно-независимым видом спросила меня супруга, натягивая одеяло до подбородка, — Сестрица опять собрала всех этих… из трущоб?.. Какие же они всегда шумные.

— Да! Большая часть работников фирмы оттуда. — пожал я плечами, раздеваясь и направляясь в ванную комнату, чтобы немного ополоснуться.

— Я знаю… Просто… Она же принцесса как никак, но ведет себя с ними совершенно фамильярно. — с некоторым осуждением в голосе, откликнулась из соседней комнаты супруга.

Это было правдой. И я, и принцесса Мария совершенно не следили за тем, как к нам обращались и вели себя по простецки, из-за чего уже случалось несколько забавных казусов. Некоторые из жителей столицы, которых раньше аристократы не баловали своим вниманием и которые раньше видели благородных людей только в мимо проезжающих каретах, столкнувшись и поболтав с такими принцем и принцессой, а точнее привыкнув к нашей манере общения — пытались также разговаривать и с остальными аристократами. В морском клубе, например, из-за этого даже время от времени вспыхивали драки, когда золотая молодежь не выдерживала панибратского отношения со стороны «разбалованных» нами людей. Сама принцесса Дельфина, когда помогала сестре в фирме, тоже не показывала, что ее трогает простое обращение, но, похоже, сильно этим тяготилась. Вот только воспитание и круг общения у принцессы Марии и Дельфины сильно различались — ей просто негде особо было набраться манер и чувства собственной важности. Плюс простые жители смотрели на нее такими влюбленными глазами, что ей было бы тяжело заставлять их соблюдать какой то там этикет — это было просто неважно.

Однако, благодаря всему этому, градус значимости молодых аристократов в столице слегка поугас, из-за чего они стали значительно ближе к народу, а это в свою очередь сказалось и на всеобщем взаимопонимании нашего народа в целом — по крайней мере в столице. Так что, в общем и целом, я считал это явление скорее полезным, чем нет.

— А что поделать? — откликнулся я, — Такие уж мы с ней люди…

Супруга что то поворчала себе под нос, а потом опять обратилась ко мне, когда я наконец то вышел, ополоснувшись перед сном:

— Расскажи мне, что ты делал на строительстве моста? Как у вас там все прошло? А потом, расскажи, пожалуйста и про вашу военную кампанию. Я уже спрашивала у бабушки, но мне интересно послушать тебя. — с неожиданной жадностью в голосе, спросила меня принцесса Дельфина.

Я кивнул и неторопливо начал рассказывать о горах, о том кто там живет, какие у гарпий перья и какие красивые в горах рассветы и закаты… Пока супруга повернулась в мою сторону, внимательно впитывая каждое мое слово с горящими глазами, и опершись на ладошку.

А я, внезапно, понял то, что они с принцессой Марией очень и очень похожи!.. Не в смысле внешне, хотя и тут у них семейное сходство было, как говорится, на лице — обе были красотками с белизной в волосах. Просто у одной были чисто белые волосы, а у второй с серебряным отливом, почти как у королевы. Нет! Я подумал о том, что они обе всю жизнь просидели во дворце и никуда отсюда особо не выходили. Только вокруг принцессы Дельфины крутились десятки аристократов, создавая видимость того, что она некая важная персона и что вокруг что то происходит особенное, а около принцессы Марии, была лишь одна служанка, да и та за ней не бегала, ну и, может быть, книги — которые тоже что то такое создавали, но менее пафосное. А сейчас, по сути, принцесса Мария видела больше и знала о мире в целом, и о нашем королевстве и его людях в частности, в сотни раз больше, чем ее старшая сестра.

Сколько бы принцесса Дельфина не жалела принцессу Марию, но та жила гораздо более полной, насыщенной и цельной жизнью, чем она сама. А еще ее окружали люди искренне ее любящие и искренне о ней заботящиеся, а не делающие такой вид, в попытке приобрести некие льготы для себя и своей семьи в будущем, когда супруга воссядет на престол.

Обе девушки были умными, целеустремленными барышнями, которые выросли на каких то фантазиях и общих представлениях о реальном мире, а не на том, как все есть на самом деле… И если принцесса Мария уже начала постигать изнанку королевства и довольно неплохо в этом деле продвинулась, то принцессе Дельфине это еще только предстояло сделать.

Интересно, увидела ли это и сама принцесса Дельфина, когда начала помогать своей сестрице в офисе фирмы и не из-за этого ли не хотела идти на праздник, притворяясь, что он для нее слишком шумный?.. Кажется, теперь мне стало более понятным то, почему она так прилипла к принцессе Марии и что это иногда за взгляд я у нее ловил — завистливо-печальный. Возможно, что не только супруга помогала сестре разгрузиться со слишком большим количеством взятых на себя заданий и обязанностей, но и принцесса Мария, помогала сестре кое что понять о столице и ее жителях, а также о королевстве, в котором она выросла и которым готовилась править, так мало о нем зная.